Принцесса для дракона (СИ)

– Алекса, а до того, как мы добрались до твоего хранилища, как ты заставила меня летать? Только не говори, что я случайно споткнулся. Я ведь так понимаю, что чамп отправился в полёт примерно таким же способом?
Я давно ждала этого вопроса. И решила, что если Рэю потребуется, то я просто обязана поделиться своими знаниями. Проблема только, откуда они взялись.
– Наверное, кто-то меня научил. Этого я ещё не вспомнила, – привычно сослалась я на потерю памяти.
– Но сами действия помнишь? – нога Рэя невзначай коснулась моей, и с памятью резко стало хуже. 
– П-помню. Они включаются в момент опасности. Если человек, которого я испугалась, меня схватил. 
– То есть? На расстоянии это не сделать? – Рэй наклонившись оперся рукой позади меня на спину Рены, в опасной близости от моей пятой точки сразу же превратившейся в вариант чувствительной антенны.
Я покачала головой, но, сообразив, что в темноте Рэй может не разглядеть, ответила:
– Нет. Нужно, чтобы он потерял равновесие. Т-телесный контакт.
– Насколько близкий? – рука уже лежала на моей талии, а я вместо того, чтобы отстраниться, делала вид, что не замечаю. Прямо как в анекдоте, когда Штирлиц шёл по Берлину, не обращая внимания на волочащийся за ним по земле парашют.
Я повернула голову, чтобы ответить. Лицо Рэя оказалось очень близко, и я, понизив голос до шёпота, ответила прямо ему в губы:
– Могу сказать только одно, – Рэй коснулся уголка моего рта, а затем чуточку отстранился, позволяя продолжить. И я судорожно вздохнула, прежде чем сказать: – Ч-чем больше человек, тем легче его уронить. 
– Ты ведь покажешь мне, как это делается? – и он перекрыл мне дыхание, на этот раз надёжно, видимо, чтобы я случайно не сказала «нет». И я опять растаяла, позвоночник превратился в пластилин, и я самым естественным образом прижалась к Рэю, чтобы не стечь с седла. 
– Алекса, – Рэй позволил мне дышать, продолжая придерживать одной рукой, и давая время собрать мозги в кучку:
– Но ты ведь можешь вывести из равновесия и воздушной волной.
– Наверное, – протянула я неуверенно, облизываясь, словно кошка, которой дали миску со сливками и сразу же отобрали. – В тот момент я не думала. Чамп схватил… ну и я делала, что могла.
– Он ведь погиб на месте.
– Это случайность, он упал на камень, я не видела, – меня передёрнуло при воспоминании о том, как содрогалось тело убитого мной человека, и Рэй успокаивающе прижался губами к моему виску. 
– А мне грозило то же самое, если бы там в лесу оказался камень?
– Нет, – с жаром вырвалось у меня, и я протестующе отстранилась. – Я не узнала тебя, но почему-то подстраховала.
– Что сделала?
– Придержала за руку чуть дольше.
Так, хватит допросов, пора перехватывать инициативу. Теперь пусть он кое-что прояснит.
– А вот почему я тебя не узнала? 
– А мне откуда знать? 
– Мне показалось, что вижу глаза такие, как у Рены. 
Рэй неожиданно засмеялся.
– Что смешного?
– Я не над твоими словами. Кое-кто обиделся, что его глаза сравнили с очень красивыми, но всё же глазами ящерицы.
Так, спокойно, Саша, у нашего принца мания величия? Это он о себе в третьем лице?
– Рэй, – подъехал Ротан. – Отъедем. Поговорить надо.
Рука Рэя медленно и явно с большой неохотой сползла с моей талии, выбирая не самый короткий маршрут. Мне пришлось закусить губу, чтобы не смущать Ротана неприличным стоном.
Мужчины отстали, а я, продолжая чувствовать взгляд Рэя, попыталась собрать свои растрёпанные мысли. Так, на чём нас прервали? Глаза? А ведь желтые глаза с вертикальным зрачком мне мерещились уже дважды. Догадка мелькнула, но была тут же отвергнута. Всё-таки нельзя так явно нарушать законы физики. Если есть ящеры, то поверить в летающего ящера, то есть дракона, можно, но в оборотней и превращения… это уже чересчур. Фэнтези есть фэнтези, а в жизни просто обязаны работать законы, вроде того, что ничего из ничего не возникает. Иначе опять моё материалистическое мировоззрение скатится к мысли о коме.
А интересно, есть для мозга отличие реального и воображаемого? Ведь эмоции есть, гормоны выбрасываются. Не всё ли равно? 
 
Я оглянулась, в отдалении держа приличную во всех смыслах дистанцию, за мной ехали трое воинов. Рэя же не было видно, и сердце защемило. Не всё равно. Да и как может быть такая связная последовательность событий, если это сон. А главное, сама гамма ощущений. 
Я, как положено в таких случаях, ущипнула себя – больно. Вдохнула ароматы ночного леса, тут не определить – лес как лес, прелые листья, запах хвои. А вот шуршание лап ящеров с одновременным подрагиванием почвы, ну как такое может придуматься в моей голове. 
Где-то ближе к рассвету мы свернули с тракта на более узкое ответвление. Еще не тропа, но и уже не дорога. В ширину не более одной телеги.  Ящеры пошли парами. 
К этому моменту я уже давно отказалась от командования ящером и вовсю клевала носом. Рена разобралась сама. Моя умная девочка шла в строю, и единственная эмоция, которую я у неё чувствовала: радость от того, что она со мной. 
Всё-таки ящер – лучшее средство передвижения по бугристым лесным дорогам. Ну никакой разницы, торная дорога или изрытая колеями. Ровный и плавный ход без тряски. Я было снова задремала. Упасть не боялась. Рэй ещё до выезда заботливо сделал не просто спинку для удобства, но и бортики с боков. Получилось вполне безопасное кресло. 
Вернулась из полудрёмы в реальный мир, когда Рена резко остановилась, шипя, как масло на раскалённой сковороде. 
  
Глава 19.
 
Рэй
«Нет, ты слышал, глаза у меня как у ящерицы».
«Ари, успокойся. Когда ты явишь себя во всей красе, ей и в голову не придёт сравнивать. Ты больше человека, и глазищи у тебя размером с голову Рены», – Рэй, конечно, преувеличил, не с голову, с полголовы, или даже с четверть, но пришлось немного польстить разобиженному дракону.
«Ага, понял, – неожиданно успокоился Ариан. – Ты просто очень мелкий, и, когда пользуешься моим зрением, то и глазки мои кажутся крохотными. Но цвет у меня ярче.»  
«Ярче, ярче, но это видно только, когда они большие».
«Позоришь ты мою чешую своими размерами. Что девочка обо мне подумает, когда узнает».
«Это ты про какие размеры?» 
«Э-э-э, только про глаза», – осторожно уточнил дракон. 
– Ну всё, пообщались? – Ротан терпеливо ждал, пока в зрачках Рэя исчезнут язычки пламени, которые появлялись всегда, когда он общался с Арианом. Почти незаметные днём и такие яркие в темноте.
– Гарцует дракон перед Алексой, глаза она его не в том цвете и объёме увидела.
– Оба вы… гарцуете. Она уже знает о твоей второй ипостаси? 
– Не сказал, кто её знает, как она к нам отнесётся. 
– Оно и к лучшему. Мало ли…
– Что мало ли? 
– Я полагаю маячок на ящера поставил белый воздушник. А значит, он не успокоится, пока не найдёт её. 
– Я её не отдам. 
– Всё настолько серьёзно? – хмыкнул Ротан.
– Более чем. 
– Рэй, если она и правда невеста этого белого, то для империи это не худший вариант. Нам главное, чтобы она к чампам не попала.
– Ротан, – голос Рэя зазвучал очень тихо, даже задушевно. – Мне всё равно, я её не отдам.
– Конфликт между империей и Хорнией тебя не пугает?
– Конфликт в любом случае неизбежен. Правитель предназначил её для чампов. 
– Но белый увёл её у отца, мы вроде как можем в стороне остаться, – Ротан осёкся, в глазах Рэя пылало пламя. – Что там дракону не сидится?
– Хочешь с ним поговорить? – в голосе Рэя послышались раскаты.
– А ты готов обернуться на чужой территории? Оставить след на десятки километров? – Ротан покачал головой. – Мне казалось, Рэй, что хотя бы ты вырос.
– Не сердись, учитель, – Рэй примиряюще положил ладонь на плечо Ротана. – Ариан её принял. Наша она. 
– Принял, – проворчал Ротан. – Твой дракон молод, женщин ещё толком не видел, – и слегка повысил голос в ответ на отблески разгорающегося пламени. – И не возражай, Ариан, горничные и фрейлины не в счёт. И те барышни, которые глазки закатывают, мечтая о троне.