Люц 3 (СИ)
Как Люц не старался, но даже на самый поверхностный рассказ о нем самом и его бывших сотоварищах ушло больше часа — а ведь он перескакивал с события на событие, иногда пропуская даже самое примечательное, отчего испытывал легкую грусть. Еще бы не испытывать! В свое время они были легендарны… Да чего душой кривить — они и сейчас настоящая легенда, просто та легенда, что вдруг исчезла и от этого засияла ярче и… фальшивей, как случается, когда про кого-то начинают усиленно врать, приписывая им чужие деяния. В любом случае они всегда были анонимны для большинства. И все же обидно вот так вот скомкано описывать то, на что он потратил немало времени и сил…
Закончив, он помолчал, глядя в оживленный очередной вязанкой хвороста огонь, швырнул туда обгоревшие палочки от зефира и, отломив здоровенный кусок сыра, насадил его на вытащенный из бревна ржавый гвоздь и щедро осыпал знаменитой бурой гномьей солью, прежде чем подсунуть ближе к пламени.
— Вот как-то так — глухо обронил он, стараясь скрыть охватившиеся его эмоции — Теперь ты знаешь чего и кого бояться. И знаешь, что может с тобой произойти там — в реале.
— Знаю — согласилась задумчиво молчащая девушка — Что ж… это куда страшнее, чем я могла предположить. Я сохраню твою тайну, Люц.
— Я знаю — спокойно ответил полуорк — Уже успел понять тебя и твои принципы. Поэтому все и рассказал. В тебе скрыто не меньше потенциала чем в доброй половине моих бывших соратников. А может и больше — а они слабаками и тугодумами никогда не были.
— Спасибо. Твоя оценка дорогого стоит. Погоди…
— Гожу. Сижу. Сыр жарю.
— Очень смешно! Я не совсем поняла… Получается ваш враг — истинный дракон.
— Да.
— И он бессмертен?
— Почти бессмертен — поправил ее Люц — Я до сих пор не выяснил как вообще этому монстру удалось пробудиться. Он слишком читерский, учитывая главные утверждения создателей Вальдиры.
— Какие утверждения?
— Их много, но я сейчас говорю о их словах касательно игровых божеств. Ты читала манускрипт или смотрела видео оглашения Ангельского Гласа № 7?
— Нет.
— Седьмой Ангельский Глас весь посвящен богам. Там рассказывается про ипостаси, про натуры божеств, про паству дарующую богам энергию… И там же четко и ясно говорится, что каждый бог может быть низвергнут. Что это будет непросто — но это возможно, а в некоторых случаях и потеть не придется, ведь большая часть всех этих золотокровых созданий никогда не станут достаточно популярны. Еще в манускрипте четко оглашено, что каждый бог имеет свои слабые и сильные стороны, которые ему самому нивелировать не удастся — только с помощью той же паствы, которая, грубо говоря прикроет тебя с флангов. На самом деле задумка искусная и красивая. Очень продуманная. И работающая — уже годы. Работающая и доказывающая честность манускрипта. Боги возвышаются, боги низвергаются… и убиваются втихую как редкая краснокнижная дичь.
— Как это?
— Когда-нибудь слышала о светлой мелкой богине Златне Пиеннене?
— Нет.
— Златна Пиененна. Она же Пинни Улыбка для знавших ее простых смертных. Богиня полевых и лесных одуванчиков — улыбнулся Люц — Я помню ее. Добрая и красивая светловолосая девушка с веселым характером. Шикарная фигура, всегда босоногая и с распущенными волосами. В ее глазах можно было утонуть. И она была той еще дурой.
— Эй… ты все же о богах говоришь…
— Но это так. Веселая разбитная дуреха, проводящая все дни в дороге, а вечера коротавшая на сторожевых постах у костров добросердечных путешественников, всегда готовых поделиться пивом или вином. Ее убили одним ранним вечером в десяти лигах к югу от Великой Северной Пустыни. Убили ни за что.
— Кто? — Тефнут придвинулась ближе и завороженно уставилась на освещенного пляшущим огнем полуорка.
— Клан Архитекторов. Они все сделали лично и очень быстро, использовав максимальную маскировку. Короткая жестокая резня. Убили не только Пинни, но и вырезали весь караван, к которому она примкнула, чтобы выпросить у них бурдюк с кислым вином. Ее мучило похмелье после вчерашней ночи. Бог ты или нет, а похмелье никого не щадит…
— Погоди. Откуда столько подробностей?
— Я был там. Примчался сразу как только узнал — спокойно ответил Люц — Но сильно опоздал, конечно. Там уже побывал особый отряд стражи Альгоры и они, изучив само собой подброшенные грамотные улики сделали ожидаемый вывод — нападение совершил Клан Мертвых Песков.
— А это еще кто?
— Невероятной силы воины-маги с очень непростой историей. Они обитают в Северной Пустыне и враждуют буквально со всеми, успешно отбивая все атаки. С востока нападают озлобленные гномы, с юга атакует королевство Альгоры, с запада нет-нет да заглядывают полуорки Рогха, мечтающие завоевать дополнительные земли. Клан Архитекторов специально подстерег день, когда глупая Пинни отправится по нужной им дороге — той, где воины Мертвых Песков иногда устраивают нападения на караваны. Пустынников заклеймили проклятыми убийцами, дело закрыли. А я не поверил и начал копать.
— А почему не поверил?
— Потому что как только я увидел найденный стражей метательный сюрикен пустынников, я сразу рванул к ним в главный лагерь, зашел в пропыленный шатер одного из верховных воинов и напрямую задал вопрос — вы или нет. Он ответил отрицательно.
— И ты поверил?
— Да, поверил. После чего вернулся на место убийства и начал все с нуля. Мне потребовалась неделя, чтобы выяснить виновных. Но речь ведь не обо мне и истории старой свершенной мести. Речь о том, что Ангельский Манускрипт № 7 правдив — богов можно убить. Почти убить, но низвержение в божественный ад еще похуже, судя по слухам.
— Ты отомстил клану Архитекторов?!
— Я этого не говорил.
— Ты сказал про свершенную месть! И брови сдвинул характерно!
— Характерно брови сдвигают простолюдины, а я это делаю царственно!
— Ты отомстил самим Архам?! И зачем они убили Пинни?
— Зачем убили? Это вызвало мою особую ярость… Они выполняли уникальный квест от одной из фавориток альгорского короля. Дело в том, что вещественная ипостась Пинни представляет собой невероятной красоты пышный золотой одуванчик, исторгающий сотни тычинок, медленно плывущих во все стороны, а вокруг все покрыто ковром обычных одуванчиков.
— Ух! Но зачем ей одуванчик?
— Зачем? Тут все просто — она очень сильно желала как-то освежить ее начавшую затихать любовную жизнь с королем. Задалась мыслью, полистала древние фолианты и наткнулась на описание слабенькой богини… Дальше все просто — выдать родивший квест верным чужеземцам. Абы кого о таком не попросишь — речь все же о светлой богине. В Альгоре за такое быстро отправят на эшафот, а в лучшем случае на тюремный остров, откуда не возвращаются. Архи же исполнили сладкое пожелание фаворитки без раздумий — дружба с находящейся в фаворе любовницей равносильна дружбе с самим королем. Она шепнет на ушко нужное… Чистой воды политика. Богиню убили, пустынников подставили, сумели под это дело еще и проспонсировать за счет альгорской стражи свою экспедицию в пески. А фаворитка поместила цветущий золотой одуванчик в свою опочивальню и говорят его величество был очень рад такому вот ложу для любовных утех…
— Да ты шутишь!
— Не-а.
— Вот твари! Бедная Пинни! Ты ее цветок забрал?
— Не смог. Пробраться во дворец Альгоры почти невозможно, кошка. Это действительно одно из самых охраняемых мест Вальдиры — и особенно это касается внутренних личных покоев. Но у меня имелся хитрый план, я уже даже начал описывать его вчерне… но просто не успел — нас настигла ярость дракона.
— Да к черту дракона! Убить богиню из-за такого?! Вот твари! Как ты отомстил?
— Я раз за разом убивал всех, кто был напрямую причастен к убийству Пинни. Всех, до кого смог дотянуться и до того, как они надолго попрятались в цитадели Архов. Я разрушил их репутации и их дома. Я собирался сделать куда больше… но в дело вмешался дракон. Я не успел. Но еще успею — ведь я король, а короли ничего не забывают.