Люц 3 (СИ)
Чуть прижмем — и в рот отправим!
Чавк и нямк и чмачный нявк!
Да… это были удивительные времена. Они были бедны как церковные мыши, от всего имущества остался крохотный домишко с одной комнатой и всеми удобствами снаружи. Мать тащила двух сыновей на себе, успевая и на работе, и по дому. Они рано повзрослели, рано научились помогать матери, а затем давать всем отпор и защищать друг друга до последнего. Еще тогда они поклялись, что всегда будут очень сильными и невероятно богатыми. Они торжественно поклялись друг дружке, проговаривая эти слова липкими от приставшего зефира губами.
Все сбылось…
И все было хорошо ровно до тех пор, пока он, возомнивший себя слишком умным и важным, не позволил себе расслабиться, за что и поплатился.
Мама… мудрая мама всегда их учила — не играйте с огнем, дети. Не играйте.
Огонь коварен. Огонь зол. Бойтесь огня.
Она говорила это, держа мягкие и пахнущие дешевым порошком руки на их дрожащих от нетерпения плечах — в руках уже были палочки для зефира, на столе лежал огромный пакет, а пламя в жаровне как раз стало идеальным. Но она настаивала — помните, дети, что вы как вот эти зефирки. Стоит приблизиться слишком быстро — и пламя вас обуглит и сожжет. Она говорила это таким серьезным тоном, что они невольно запомнили каждое ее слово. И позднее, уже во взрослой жизни, это детское знание не раз выручало его заставляя вовремя учуять опасность, чтобы тут же отойти и не сгореть. Будь то новый ресторанный бизнес с высокой кухней или сеть простеньких кафешек, будь то инвестиции в глубоко модернизированные фермы или покупка акций нового гиганта по производству лекарств… будь то опасная дружба с харизматичными новыми приятелями, за чьими улыбками чувствовался влажный блеск криминала… Он всегда умел отойти сам и оттащить за шиворот всегда чуть мешкающего братишку.
Он всегда помнил эти три основных правила.
Будь сильным. Будь богатым. Не играй с огнем и бойся его.
Но однажды он нарушил собственные принципы, вдруг решив, что теперь никто не сможет причинить ему вред. Сначала он заигрался с огнем, нарушив интересы страшного существа, а затем проигнорировал всевозможные сигналы о том, что палящий огненный жар уже совсем близко…
— Нрав дракона — прошептал Люц, глядя на темнеющую зефирку.
— Эй! — сильная рука Тефнут отвела палку в сторону, не позволив лакомству превратиться в уголь. С шумом подув, она схватила зефирину зубами, пару раз жеванула и широко улыбнулась — Боже… этот вкус детства… Тебе жарили в детстве зефир, король?
— Ты съела мою зефирку…
— Я спасла ее от огня! — возразила девушка, не зная, насколько сильно она сейчас попала в одолевшие полуорка мысли. Он вздрогнул, но она не заметила, будучи занятой насаживанием на палку новой порции — Вот тебе сразу две. Жарь и мне и себе. И вообще — для чего еще нужны друзья, как не от спасения зефира из огня, верно? Ну и тебя заодно спасу — она широко улыбнулась и осеклась, увидев потемневшие глаза Люца — Эй! Ты чего! Лохр одолел? А ну хватит тут плотву жрать! Иди вон там окуньков возьми свежих.
— Госпожа моя! — пропищал Корнш и бросился обнимать ее блестящими от чешуи ладонями, но получил законный отпор и поспешил к указанному свертку.
— Ты там что-то говорил про дракона? — спросила Тефнут, усаживаясь рядом — Расскажешь? Наши все равно пока не закончили, а вот я уже все — навыки прокачала, заклинания закупила, все остальное по списку тоже.
— А послание?
— То, где надо было завернуть средних размеров жемчужину в бумажку с посланием и пихнуть все это в горло булькающей от изумления желтой ракушке на дне акальроумского фонтана Пяти Истин и Двух Желаний?
— Да.
— Я впихнула. Не верю, что ракушка пережила это насилие, но это уже проблемы самой ракушки и ее психотерапевта…
— Отличная работа, кошка.
— Давай уже! Рассказывай какую-нибудь очередную страшилку. Как раз стемнело, вокруг храпят пираты, там вон Голлум рыбу жрет сырую и глазами светит в ночи… жуть!
— Он Корнш.
— Да знаю я. Тут блин не ошибешься — на фоне нашего лохра Голлум выглядит Аполлоном… Что там о драконе? Эй! Зефир тащи!
Вовремя выдернув лакомство, полуорк неохотно поделился с жадной спутницей — пора бы давно уж объявить зефир угощением лишь для королей, а кто против пусть горестно кричит зуффа-мукку под лезвием гильотины. Ну а пока приходится делиться сквозь душевную боль…
— Не дракон — вздохнул Люц — Нрав дракона. Что ты знаешь о нем?
— Эй! Я тут благодарная слушательница. А ты оратор в драной тоге…
— Ладно… с собеседником даже лучше. Я не учел главного. Я не учел главное — кому именно мы встали на пути…
— Дай угадаю — дракону.
— Правильно. Но кто такой дракон?
— Не поняла?
— Кто такой дракон, кошка? — чуть невнятно повторил Люц, срывая зубами зефирину с ветки.
— Смеешься?
— Опиши мне дракона.
— Так это все знают! Гигантская летающая ящерица! Иногда огнедышащая. Покрытая толстенной и почти непробиваемой чешуей. Очень живуча. Быстра. ПО легендам жадна до злата, хотя в Вальдире это и не так чтобы прямо так, насколько я знаю. Но тут много видов дракона — синие, зеленые, красные, желтые, полосатые, белые… вроде как есть даже легендарный золотой. Вот же повезло кому-то такого пета отхватить! И сам он, наверное, игрок крутой и умный. Но ты о драконах спрашивал… они считаются одними из самых страшных врагов. О! Еще есть мертвые драконы — костяные. Их могут создать и даже сделать своими петами лишь самые могущественные некроманты. Ммм… Драконы могут плеваться ядом и огнем, хотя про огонь я уже говорила… они изображены на многих гербах… рыцари хвалятся их отрубленными головами или плачут над собственными изжеванными задницами… рыцари они ведь такие — либо лыбятся, либо рыдают… ну еще могут нюхать платочки запашистые — чистой воды извраты, да? Ведь как не крути, а если ты сладострастно так нюхаешь какой-нибудь предмет дамского…
— Кошка!
— Да еще на публике!
— Кошка!
— Им дали как символ — а они нюхают! НОрмальыне вообще?! Если где на картинке вижу — так аж трястись начинаю!
— Кошка!
— Говорю же — они главные извраты Вальдиры! А все косят на некромантов и ведьм!
— Все… отдай зефир и уходи…
— Да я тебе душу выплеснула! И предостерегаю — рыцарям не верь! Стоп… а на том изображении с золотым драконом на его спине вроде как рыцарь сидел… Все! Все! Поняла! Про драконов… да я почти все тебе рассказала, что знала. Ну, само собой, во многих величайших романах драконы являются грозными и главными противниками. Еще они бывают вполне себе разумными. Некоторые драконы могут превращаться в людей — но только не в рыцарей, о нет! Слышала, что они крайне похотливы и неутомимы в…
— Неправильно!
— Все же утомимы?!
— Ты перечислила кучу всего… но так и не описала дракона, кошка — медленно произнес Люц, глядя в пламя — Попробуешь еще раз?
— Лучше я тебя послушаю — а то так весь зефир профукаю…
— Но при этом ты назвала немало качеств присущих…
— Драконам? Так их и описывала…
— Драконьему нраву — поправил ее игрок и подбросил хвороста во взметнувшееся пламя.
Жадные дымные языки с шипением ударили по ночной тьме, убив нескольких ночных насекомых, на свою беду подлетевших слишком близко к костру. Люц получил пару единиц опыта.
— Дракон — это не толстая чешуя, не острые когти, не страшные клыки и даже не огненное дыхание. Все это ничто, если не обладаешь самым главным — драконьим нравом. Душа дракона — вот что главное. А все остальное не более чем оружие или грозные атрибуты.
— Так только ты и думаешь — с сомнением произнесла девушка — Задай любому тот же вопрос, что и мне — и он даст такое же описание. Крылья, огонь из пасти, девственницы в пещере и куча кровавого золота…
— Так не будь любой! Будь умной, кошка! У правителей хватает страшног оружия, но он убивает не острым мечом, а тяжелым приказом!