Сам себе цикл. Дилогия (СИ)

– По крайней мере, официально, – сказал Джек.
– Ты лучше захлопни пасть и следи за дорогой, – порекомендовал ему Кларк. – А то сболтнешь ненароком какую‑нибудь военную тайну и мне придется убить вас обоих.
– А это сейчас точно был не расизм? – поинтересовался Джек.
– Абсолютно, – сказал Кларк. – Я посоветовал тебе захлопнуть пасть не потому, что ты – не белый, а потому, что ты раскрываешь ее слишком широко.
– Но именно белый контролирует ширину ее раскрытия, – заметил Джек.
– Таково мое бремя, – сказал Кларк и повернулся к Нику. – Самолет доставит тебя на Мадагаскар. Там, прямо в аэропорту, тебя встретит мой человек, у которого будут дальнейшие инструкции.
– А эта поездка точно не закончится в Лондоне? – поинтересовался Ник. Наверное, он был бы не против повидать столицу империи, но вряд ли при таких обстоятельствах.
– Точно, – сказал Кларк. – Поверь мне, у Лондона сейчас хватает и других забот.
– Например, сообщать об ожесточённых боях и выдвинутом в сторону Австралии боевом флоте.
– А они действительно выдвинули боевой флот? – поинтересовался Ник.
– Ну, сложно спорить с утверждением, что они куда‑то его двинули, – сказал Джек. – А вот куда конкретно – это большой вопрос. Сэр Реджинальд, кстати, героически противостоит армии вторжения чуть ли не в одиночку и по ходу этого противостояния противник несет страшные потери.
– Но это же вранье, – возмутится Ник.
– Это политика, – сказал Кларк. – А политика – это продолжение войны другими средствами.
В районе аэропорта действительно обнаружились толпы людей. Кто был с множеством чемоданом и детскими колясками – это, преимущественно, местные – кто с легкими рюкзаками, спортивными сумками или вообще без всего – те, кому посчастливилось сбежать из Австралии. Наверное, тут было какое‑то подобие очереди, но Нику так и не удалось рассмотреть никакой структуры. Больше всего окружающие напоминало ему хаос.
Джек повернул направо.
– Ближе к аэропорту стоят военные, которые мешают людям штурмовать забор, – сообщил он.
– Да кому же в голову придет такое, – притворно изумился Кларк. – Ведь по сообщениям СМИ дела на фронтах обстоят не так уж плохо, и наша армия успешно сопротивляется.
– Здесь слишком много очевидцев из Австралии, которые рассказывают об этом успешное сопротивлении каждому желающему, – сказал Джек. – Впрочем, они рассказывают это вообще всем, независимо от того, желаешь ты их слушать или нет. Но это здесь так. Я уверен, что на континенте большая часть населения верит сказкам про быструю победу и возвращение территорий.
– Что ж, пожелаем им всем быстрее попасть на континент, – сказал Кларк.
– Вы думаете, они смогут донести правду? – спросил Ник.
– Нет, я думаю, что они смогут снова поверить СМИ, – сказал Кларк. – И так будет лучше для их же блага.
– Жизнь во вранье?
– Ты жил во вранье двадцать три года, – напомнил Кларк. – Теперь ты знаешь правду. Ну, так и скажи мне, какой период твоей жизни был счастливее?
– Это другое, – возразил Ник.
– Вовсе нет, – сказал Кларк. – Ложь работает как раз потому, что делает жизнь приятнее. Она работает, потому что в нее легче поверить. Психологически легче. Собственно говоря, это основной ее принцип.
– Но у меня не было выбора, – сказал Ник.
– Как будто у большинства он есть, – сказал Кларк. – Послушай меня, я разведчик, а значит, профессиональный лжец, и я знаю, о чем я говорю.
– Но ты же можешь врать прямо сейчас, – заметил Джек с водительского места.
– Если то, что ты слышишь, делает тебе неприятно, то с большой долей вероятности это и есть правда, – сказал Кларк.
– Или вражеская дезинформация, – заметил Ломтев.
– Так чему тогда вообще можно верить? – спросил Ник.
– Верь тому, что ты видел сам и тому, что ты можешь потрогать, – сказал Кларк. – Это не даст тебе стопроцентной гарантии, но все остальное под еще большим вопросом.
Ник вздохнул.
– Подавляющему большинству людей никакая правда не нужна, – сказал Кларк. – Им нужна спокойная, размеренная, предсказуемая и безопасная жизнь. А правотой обычно оперируют те, кто принимает решения.
 
– Поговаривают, что людьми управляют рептилоиды с планеты Альдебаран, – сказал Джек.
– Врут, – сказал Кларк. – Нет такой планеты.
– Или они просто хотят, чтобы ты так думал.
– Все, я понял, – сказал Ник. – Достаточно. Верить никому нельзя. И вам двоим – тоже.
– Мне – можно, – сказал Кларк.
Ломтев неразличимо для всех присутствующих, кроме Ника, фыркнул.
Дорогу им преградил блокпост. Джек опустил стекло и начал что‑то быстро втолковывать солдатам на языке маори. После непродолжительных переговоров шлагбаум подняли и они поехали дальше.
– Что ты ему сказал? – поинтересовался Кларк.
– Что со мной два великих белых шамана, которым нужно срочно оседлать железную птицу, – сказал Джек. – Это наши туземные тонкости, тебе лучше не вникать.
– Ладно, – сказал Кларк.
Судя по тому, как спокойно и расслабленно он себя вел, Ник сделал вывод, что тут все на мази. Даже на подложке британский отставной спецназовец выглядел гораздо более напряженным.
Они миновали еще один блокпост и через отказные ворота въехали на территорию аэропорта. Там Джек завел машину в довольно просторный ангар и из взглядом предстал небольшой транспортный самолет.
– Пассажирских мест там нет, – сказал Джек. – Но я думаю, что ты сможешь разместиться там среди коробок.
– Вот так просто, – сказал Кларк.
– А зачем тогда паспорт? – спросил Ник, убирая пакет с документами в карман.
– На всякий случай, – туманно объяснил Кларк.
К машине подошел маори в одежде обслуживающего аэропорт персонала.
– Иди с ним, – сказал Кларк. – Он протащит тебя на борт, а в пункте прибытия тебя встретит его коллега. До тех пор, пока не попадешь на Дальний Восток, можешь ни о чем не беспокоиться.
– Что ж, – сказал Ник просто потому, что чувствовал себя обязанным хоть что‑то сказать. – Спасибо вам. За все.
– Передавай привет отцу, – сказал Кларк и протянул Нику правую ладонь.
– Да, – сказал Ник. – Передам.
Пока он шел от машины к самолету, он чувствовал себя посылкой, которую передали от одного курьера к другому. Никакой свободы воли, никакого выбора, ты просто делаешь то, что тебе говорят.
Разумеется, ради твоей же безопасности.
Перед тем, как подняться на борт самолета, он оглянулся и еще раз посмотрел на машину. Кларк и Джек наблюдали за ним, опустив стекла. Ник помахал им рукой, думая о том, станут ли они дожидаться взлета.
Не стали.
* * *
Джек остановил машину за соседним ангаром, зажмурил глаза, скрестил руки на груди и сжал кулаки. Его кожа начала белеть, кудряшки на голове распрямились, а черты лица стали более куда более европеоидными. Вся трансформация заняла не более двух минут, которые Кларк провел, куря сигарету и стряхивая пепел на бетон.
– Джек, значит? – ухмыльнулся Чавез. – Ты не мог придумать ничего более оригинального, Джон?
– Первое, что пришло в голову, – отмахнулся Кларк. – Да и какая разница?
Чавез вышел из машины, достал из багажника сумку и начал переодеваться.
– Первый пилот? – предположил Кларк.
– Всего лишь бортмеханик, – сказал Чавез.
– Ты же знаешь, что в Метрополии твои фокусы не сработают? – поинтересовался Кларк. – Там есть гораздо более совершенные способы идентификации, а ты даже рост с весом поменять не способен.
– Знаю, – сказал Чавез. – Поэтому я и продолжаю перебиваться в этом захолустье.
– В средние века тебе вообще цены бы не было, – заметил Кларк. – Идеальный шпион и убийцы. А потом придумали сетчатку смотреть и ДНК проверять… Да и прочая антропометрия тебя выдаст.
– Я все равно решил больше не играть в шпионов, – сказал Чавез. – Это был последний раз и то только потому, что ты попросил.
– Я это ценю, – сказал Кларк. – Проследишь, чтобы с ним все было нормально?