Обычная магия 2 (СИ)
Она подошла к прилавку, протянула изящную руку и как будто что-то взяла. Поставила перед собой. Потом снова вытянула руку и снова что-то взяла. А, ей кажется, что она берёт пирожные!
Наконец она вернулась к своему столику, неся перед собой невидимый поднос. Села и принялась пить кофе из несуществующей чашки и есть несуществующие сладости.
Руслан поёжился, и вовсе не от холода.
— Что видишь? — послышался голос наставника.
Руслан уже знал: когда Бьёрн спрашивает так, нужно смотреть особенно внимательно. Не на то, что видно сразу, а на то, что сложно заметить.
Он с трудом отвёл взгляд от девушки и осмотрел здание. Сосредоточься. Так, что у нас тут: если вглядываться, видно, как через игрушечное кафе проступают очертания заброшки. А если присмотреться ещё пристальнее, то можно заметить кое-что, чего вчера не было.
Сначала Руслану показалось, что по стенам ползают какие-то тёмные существа. Но скоро до него дошло: это не существа, это двигается само здание. На стенах вздуваются и опадают бугры. Словно кто-то пытается прорваться наружу.
— Что это? — прошептал Руслан.
— Вроде бы придорожень. Огромный паразит. Раньше их много было: прорастали в стены трактиров и постоялых дворов. Создавали иллюзии и высасывали силу. Он зимняя тварь — по теплу уходит под землю. А так вдоль дорог может ползать. Самых тупых и наглых давно видящие извели, а этот, видно, спал, пока тут стройку не начали. Как раз где-то четыре года назад.
— А почему мы его вчера не видели?
— Он как змея: пожрёт, потом спит несколько дней, пока сытый. Лёха же говорил: девчонку тут несколько дней назад нашли.
С дороги послышался шум: приехал автобус.
— Счас я тут кое-что начерчу, а потом дамочку вытащим и устроим там большой пожар. Придорожня только огнём извести можно. Жди здесь.
Бьёрн вытащил два ножа и несколько колышков. Сунул рюкзак ученику и пошёл к «кафе».
Бьёрн вонзил по два колышка справа и слева от двери. Потом взял по ножу в каждую руку и принялся медленно обходить здание, чертя знаки обеими руками, причём его правая рука выводила один набор знаков, а левая — другой. Вот бы так научиться!
Знаки, сияя бело-голубым, зависали в воздухе. Иллюзия кондитерской сползала с заброшки, обнажая опутанный непрестанно подрагивающими то ли корнями, то ли щупальцами бетон.
Руслан вдруг ощутил холод. Стылый январский воздух заморозил щёки и нос. Пальцев Руслан вообще не чувствовал. Пуховик, казалось, застыл ледяным доспехом. Так и окоченеть можно!
Бьёрн тем временем обошёл всё здание, окружив его светящимся защитным кругом. Вернулся к ученику.
— Теперь тащи сюда дамочку.
Руслан уставился на наставника. Бьёрн усмехнулся:
— А мне тут ещё защиту держать. Или ты думаешь, придорожень запросто отдаст свой ужин?
Он раскинул руки с ножами, будто захотел обнять ученика, и рявкнул:
— Пошёл!
Руслан побежал к заброшке. По пути оглянулся: лезвия в руках Бьёрна засветились бело-голубым — и тонкие пульсирующие светом нити раскинулись от них к знакам и колышкам у поглощённого придорожнем здания.
Руслан припустил быстрее и проскользнул в тёмный разлом, заменивший дверь. Выхватил из рюкзака фонарь и тут же высветил молодую женщину, неподвижно сидящую на полу. Рядом валялись её вещи. Руслан схватил промёрзшую шубу, накинул хозяйке на плечи и принялся тормошить.
— Эй, очнитесь! Эй! Нам надо идти!
Но она идти никуда не хотела. Вяло попыталась оттолкнуть его, но тут же уронила руку и чуть не упала.
Пол под ногами Руслана шевельнулся. Он опустил голову и увидел под ногами сплетение корней-щупалец. Они вздрагивали, будто хотели оторваться от пола.
Так, надо скорее уходить. Неизвестно, сколько Бьёрн сможет сдерживать многовековое, недавно отъевшееся чудовище.
— Эй, вставайте!
Руслан еле-еле заставил девушку подняться, невежливо дёргая её левой рукой.
— Надо идти!
Ему пришлось обхватить её за талию, и девушка навалилась на него, как пьяная. Руслан охнул и потащил её к выходу.
Пол под ногами дрожал уже весь. Приходилось ступать осторожно: ещё не хватало оступиться, рухнуть и потерять спутницу. Или она сейчас груз?
От стены оторвалось тонкое щупальце и стегнуло Руслана, метя по глазам. Отшатнуться нельзя — он зажмурился и наклонился, подставляя шапку. Щупальце неожиданно больно обожгло ухо и скользнуло по плечу.
Пол задрожал ещё сильнее.
Надо идти! Быстрее!
Девушка совсем повисла на Руслане, и он чуть не упал. Нет. Он вытащит эту дамочку.
До выхода три шага. Три очень длинных шага по полу, который дыбится, как море на картинах Айвазовского.
Два очень сложных шага с непомерной тяжестью на левом плече.
Один очень…
Руслан оступился — и лодыжку будто спицей проткнули. Он вскрикнул и из последних сил вытолкнул свой груз в проём. Наверняка она ушибётся, но это такая мелочь.
Со стены рухнуло здоровенное щупальце и со всей дури огрело его по голове. Другое лупануло по ортезу — и ещё не совсем зажившее запястье будто ножом полоснули.
Руслан закричал и шарахнулся в сторону, в тёмную глубину, подальше от обезумевших щупалец.
— Куда⁈ — рявкнул кто-то и вцепился ему в здоровую руку.
Руслана дёрнуло, развернуло и швырнуло в сугроб.
— Цел? — над ним склонился наставник.
Руслан еле-еле сумел кивнуть.
— Тогда вставай — нечего валяться. Замёрзнешь.
Немилосердный наставник вздёрнул его на ноги и встряхнул. А потом зашвырнул в зловещую заброшку невесть откуда взявшуюся в его руках большую тёмную бутылку.
Слышно было, как она разбилась внутри, вспыхнули окружающие монстра знаки — и в следующий миг ревущий столб пламени охватил отчётливо корчащееся здание.
— Надо спецотделу сообщить, что это наших рук дело. И дамочку эту в больничку отвезти.
Бьёрн ещё что-то говорил, потом куда-то звонил, но Руслан уже не слышал, бездумно глядя в огонь.
В себя он пришёл только в такси, когда знакомый усатый таксист вёз их к Бьёрну. Руслан хотел спросить, что с девушкой, но внезапно обнаружил, что наставник спит. Лицо у него было бледное и изнурённое, будто после тяжёлой болезни.
— Не буди, — негромко сказал таксист. — Устал человек.
Безумная пятница
21 января
Спасённая от придорожня девушка, Маргарита, повадилась заезжать к ним каждый день. Привозила то китайскую еду в коробочках, то пиццу, то роллы, то пончики, а как-то притащила огромного запечённого гуся — захотелось и всё тут.
Каждый раз — новый наряд, новая сумочка, новая причёска. От неё приятно пахло духами, и даже Руслан понимал, что дорогими. Красивая, но вздорная и капризная, Марго ему не очень нравилась. Ничего плохого она, однако, не делала, так что он держал своё мнение при себе.
Вот и сегодня Марго снова заявилась и опять заняла его место. Но Руслан едва на неё глянул. Потому что на стуле напротив Бьёрна восседал незнакомый крепкий мужчина лет пятидесяти, а из спины у него торчали чёрные отростки и полупрозрачные ломаные перья. Справа от мужчины стоял рослый парень, но на него Руслан даже не посмотрел: отростки и перья интересовали его куда больше.
— А это мой помощник, Руслан, — сказал Бьёрн. — Знакомься, этот отец Марго, Виктор Семёнович Подольский.
Неужели тот самый? Да, точно: и в газетах его фотографии появлялись, и по телевидению он выступал. Подольский — владелец постоянно расширяющейся сети магазинов и, кажется, какой-то городкой политик.
Руслан хотел поздороваться, но мужчина отмахнулся не глядя и уточнил:
— Так что, точно едешь?
— Еду, — кивнул Бьёрн. — И Руслан со мной.
— Да чёрт с ним, пусть едет. Лишь бы дочке не мешал. Завтра в шесть вас заберу.
Он тяжело поднялся. Руслан продолжал сверлить взглядом его спину: теперь между отростков ему мерещилось какое-то движение. Он прищурился и с изумлением разглядел букву «я», отчётливо прорисовавшуюся на чёрном месиве. Буква тут же исчезла, а чернота зашевелилась как болотная жижа, густо и неприятно.