Да, я счастливчик, и что с того?! Том 3 (СИ)
И, о чудо, послышался долгожданный грохот засовов, звуки проворачиваемых ключей. А стоило одной из створок приоткрыться, я ворвался внутрь, отпихнув охранников в сторону. Следом за мной забежала Ксения, плавной походкой вошли Константин со Стервятником, обезьянки внесли тушку французика, после чего парадные двери снова захлопнулись.
— Не так сложно это было, правда ведь⁈ — гневно обернулся к мужикам в мундирах с иголочки. Наружу они явно не выходили. — А сейчас нам нужен лекарь. И не один.
Если Лев Алексеевич не заявится к нам самолично, придется отложить встречу с ним до лучших времен.
Молча переглянувшись и продолжая испытывать мое терпение, мундиры кивнули.
— Мы расположим вас в гостевых комнатах. Следуйте за нами, — с некоторым скепсисом покосились они на моих подданных, из последних сил удерживавших Дамьена на весу.
— Вы вообще видели, что там творится⁈ — отправился за ними по широкой, устеленной коврами, лестнице на второй этаж. — Конечно же, видели. Тогда какого хера заперлись здесь, как в бункере⁈
— Приказ Его Императорского Величества, — ответил один из них, и я плотно стиснул челюсти, чтобы не ляпнуть что-нибудь еще более оскорбительное в адрес людей, которые всего лишь выполняли указания своего господина.
С них взятки гладки. О реальном положении дел во дворце и причине нелепого бездействия можно будет узнать непосредственно у Льва Алексеевича. А до того момента понять, что же произошло с остальными.
Я уже догадывался, что души, вырвавшиеся из тел Полиночки и Дамьена, принадлежали их тварям…
«Это, вообще-то, я тебе сказал, идиот! Потому что у самого мозгов бы не хватило додуматься!»
… но то, что произошло с ними после, напрягало знатно. Да и я понятия не имел, что может произойти с носителем после того, как редкая тварь покинет его разум. Разум, в котором уже изрядно нагадила. Симбиоз, каким бы херовым он ни был, разорвался. Однако я чувствовал, что Полиночка всё еще дышит. Грудь ее мерно вздымалась, а значит, хоть какой-то шанс на восстановление был.
Следующий вопрос касался Романа и Ульяны. Смогли бы они стать новыми носителями? Но если бы всё было так просто, ничего не мешало бы тварям выбирать себе носителей самостоятельно. Покидая разум, «унаследованный» от предыдущего, и поселяясь в том, который был бы для нее более выгоден.
«Ты намеренно меня игнорируешь, малец⁈ Что ж, будь по-твоему… Еще забавнее станет наблюдать, до каких умозаключений может дойти жалкий смертный, который ни шиша не смыслит в Древних, аха-ха-ха!»
Расположили нас в нескольких комнатах. Ульяну и Ксению с Константином, Романа со Стервятником, Дамьена с… теми, кто его приволок, а нас с Полиночкой повели на третий этаж, пусть я настойчиво убеждал мундиров в том, чтобы они разместили нас в одних покоях. Слуги организовали бы дополнительные спальные места, но зато пробуждение каждой из жертв неприятного инцидента можно было бы проконтролировать и убедиться в сохранности их рассудков. Если же будет, в чем убеждаться…
Константин же клятвенно заверил меня, что просмотрит и за Левиной, и за Градовским, и за всеми остальными, включая моих дражайших обезьянок. Ну святой же человек, просто во всех смыслах!
Однако в покои княжны я всё равно зашел, скрепя сердце. Осторожно положил девушку на кровать и сел на краешек. Вздохнул, спрятав лицо в ладони.
«О-о-о… ты только послушай, как прекрасен этот мир без крикливых, возомнивших о себе невесть что, самок! Не было бы счастья,да несчастье неизбежно, аха-ха-ха!»
Лекари заявились в покои только минут через десять. Осмотрели Полиночку, наложили на нее свои сияющие руки, обработали раны и, перебинтовав, отправились к остальным пострадавшим.
— Ее Императорское Высочество — сильная девушка! Она быстро поправится, — обнадежили меня напоследок, прикрыв дверь комнаты.
Разумеется. Кому, как не мне, быть в этом осведомленным? И в то же время, сейчас с ней не было твари, пособничество которой, порой, упрощает восстановление. Или же всё, нахер, портит!
«Ох, вы только посмотрите, как зол этот малец! Аж кулачки дрожат. Но если, в самом деле, так сильно хочешь мне врезать, дай себе хорошего такого леща! Аха-ха-ха!»
Время тянулось бесконечно, потому что на часы я поглядывал с завидной периодичностью. Минута за минутой наворачивал круги по просторным покоям княжны, поглядывая то на нее, то на пол под ногами, то в окно, за которым кишело тварьё.
Не так много в моей жизни было людей, за которых я настолько сильно впрягался и переживал. Намерение о том, чтобы Полиночка поскорее очнулась и вдохнула наконец-то жизнь в эти тихие покои, крутилось в голове без остановки. И вот…
— Э… — едва слышный стон девушки заставил меня отвлечься от бесцельного хождения и скорым шагом направиться к кровати.
— Полина?.. — снова присел на краешек, всматриваясь в ее сонное лицо.
— Гордеев… — слабо улыбнулась она мне в ответ. Покрутила головой, осматриваясь. — Мы?..
—…во дворце. Как себя чувствуешь?
Блондинка сдвинула брови, поджала пухлые губы. Еще некоторое время мы с ней провели в молчании, прежде чем она вновь заговорила.
— Странно…
— А конкретнее? — напрягся я.
— Я… я как будто… как будто я больше не слышу его. Он… он не отвечает мне? — спросила она словно у себя самой. — И ничего не говорит…
— Малал?
— Малал? — тупо переспросила она.
— Та тварь, о которой ты говорила раньше. Которая… — попытался вспомнить ее же собственные слова, —…слала тебя нахрен при любом случае. Предлагала тебе выйти в окно, спалить школу…
— А-а-а… — отвела девушка остекленевший взгляд.
— Видимо, ее в тебе больше нет. И как… как ощущения?
— Странные…
Говорила она тихо, с придыханием. Крайне необычно видеть активную, неуравновешенную, наглую Полиночку в подобном состоянии. Словно из нее не душа паразитического чудовища вышла, а сама жизнь.
— Наверное, тебе нужно время, чтобы привыкнуть, — натянуто улыбнулся я, убеждая в этом, казалось бы, себя самого. — Я могу тебя оставить? Ненадолго.
— Да?.. — то ли утвердительно ответила, то ли спросила княжна, отворачивая голову к окну.
Больше она мне ничего не сказала, но частично я понимал ее реакцию. Если бы Царь поглощал мой разум с самого детства, наверняка его потеря казалась бы мне утратой важной части себя самого.
«Какой же огромный камень в мой огород, малец! Да я же почти всё за тебя делаю, неблагодарный ты смертный! Но соглашусь, что момент пробуждения куда веселее всякой потери!..»
Момент пробуждения…
«Надо же, меня вынули из черного списка! Тук-тук, кто та-а-ам⁈»
Момент пробуждения я помню очень смутно. В моем случае его ознаменовало частичное обращение в тварь с усиленным уровнем восприятия и неистовым желанием разорвать любого человека, чинившего препятствия на моем пути. В том числе собственную сестру, хоть и понимал, насколько чудовищным будет такой поступок.
«Она же всё равно сдохла! Неделей раньше, неделей позже…»
Крохотные остатки человечности остановили меня в тот момент, но я понятия не имел, что произойдет с Ульяной и Романом. Есть же вероятность, что тварь не пробудится сразу. Так же, как произошло в моем случае. Я успел бы поведать им о том, что…
«Если уж я осведомлен о том, каким образом насильно вселившийся Древний пробудится в новом носителе, то ты уж и подавно. Сходи-ка, передерни и сбрось напряжение, аха-ха-ха!»
И тут как гром средь ясного неба…
— А-а-а-а-а-а!!!
Нечеловеческий по своей ярости женский вопль был слышен даже из закрытых покоев. Подскочил, как на пружине, пересек комнату и выбежал в коридор.
— А-а-а-а-а-а!!! — повторилось с прежней силой.
Звук шел со стороны лестницы, а если быть еще вернее, то со второго этажа.
В зоне повышенного риска у нас сейчас были двое, и неприятная мысль о том, что Ульяна могла прямо сейчас познакомиться с Малалом…