Трусливая Я и решительный Боха (СИ)

Павлина. Красавица брюнетка с аристократически прямой спиной. Она из ответвления от Малборгов по очень давним материнским предкам. То есть в семье давно уже ни денег, ни амбиций. Ей доверю камни. Легенды, сплетни и местечковые страшилки. Нам очень скоро станет интересно абсолютно всё.
Последние из четырех - Ростинка и Ирэнка. Две подруги. Кудрявая милашка и интеллектуалка с носом «обзавидуйся, Армен». Родители обеих – мастера не последние из ремесленной столичной слободы. И их невозможно разлучить (я про девушек). Вот пусть и разбираются совместно. Во-первых, с темой «Школы ремесла» из закромов Государыни Дарьен (идея знатная и почему ее не воплотить?). А, во-вторых, с религиозными аспектами поддержек моих собственных рекламных и хозяйственных кампаний. Менталитет среднестатистического крайлабца обязывает иметь подобную поддержку нововведений всех в стране.
А что же остается мне? Руководство и кузнец Подковный Колован. С ним запланировано несколько больших проектов. Лишь только с девушками договор о неразглашении и трудовой составим и подпишем. Но, вот в чем прелесть явная верховной власти: у меня самой документа, удостоверяющего личность, нет. И в общем-то меня официально в этом мире нет – не вписана я еще в книгу рода Катборгов. Так что, оформляем наш деятельный междусобойчик на Бозену. Вот от чего она и пыжится растерянно, и не по делу опекает... Бедная девочка, прихлопнутая грузом власти. Ну а с другой стороны, кому сейчас легко?
К самому вечеру от настроения хорошего, как от сугробов, наметенных ночью, не осталось и следа. А кто в том виноват? Да тот, кто к нам пришел испортить всю еду. Сердитый господин Матус. Вот именно это нас с Бозеной сразу зацепило – отсутствие его самоконтроля:
- А позвольте вас отвлечь?
Сидящий с нами за столом, глава охраны резко встрепенулся.
- А вы не присядете? – улыбнулась я.
Наш главный казначей остался возвышаться статуей:
- Сколько я должен внести в казну за дочерей?
- Десять золаров, - уточнила я.
Бозета хмыкнула, уж не таясь:
- Вы тоже, видимо, Приказ не видели и не читали.
- Я? – изумился господин Матус.
- Так это ж очевидно!
- Бозена, погоди.
- Да, очевидно! Как и то, что вы не одумались еще! Да вы заигрались, запрыгались, глу… наивные фантазёрки. И тот ураган, что поднимаете, вас первыми и сметёт. Или вы думаете, Государю любы будут подобные тычки в зад… в престиж уважаемых людей? Наивны вы! – звенящим фальцетом выдал господин Матус.
- Ну, не наивнее всех тех, кто…
- Бозена, постой! Прошу тебя. И… господин главный казначей сейчас прав.
- Дарья?
- Да, он прав. И нам нельзя забывать о мнении нашего Государя.
- Да что с тобою?!..
- А что со мною? Задумалась я.
- О чём?!
- Прошу, немного помолчи. И… господин Матус, мы завтра с вами все обсудим лично и наедине, - дверь хлопнула демонстративно за мужчиной, заставив вздрогнуть. Вот, чень кудлатый! Надо меры принимать. Ох, надо. – И чтобы непременно были заняты: а) телефон, б) телеграф[3].
- Я жду, - сцепила руки на груди моя сподружница.
- Нам нужно срочно устанавливать контроль за их почтовой перепиской.
________________________________________________Сноски:
[1] Главный сборник законов жизни Крайлаба.
[2] Самая умная собака на Земле, интеллект которой соответствует интеллекту трехлетнего ребенка.
[3] Цитата из «Советов постороннего» В.И. Ленина, весьма популярная среди рекламщиков.
 ГЛАВА 12 
Некоторые решения, правильные и единственно верные, вырабатываются тщательно и постепенно. А другие сшибают тебя и… они просто сшибают. И ничего, если так срабатывает развитая не в меру профлогика - я к ней привыкла уже.
В данном конкретном случае логика эта гундела и гундела в моей голове с самого раннего утра, морозного и солнечного: «Выманить и расслабить. Только так. Выманить и расслабить».
 
- А, позвольте узнать, Владетельная госпожа, почему?
- Мы ведь поговорить с вами хотели. Лично и наедине. Так, господин Матус?
Мужчина для собственного «бережливого» возраста весьма прытко развернулся в тесных наших санях и вонзил взгляд прямиком в пару наездников, рысящих следом, но в относительном отдалении: Хонзу и слегка растерянного за стенами замка Игнаса. Затем перевел свои глаза на меня. Я лишь дернула плечом и улыбнулась. Да так дебиловато, что главный казначей сразу раздумал отправлять мне мысле-импульсы явных сомнений. Он лишь вздохнул. Я вдобавок к улыбке еще и закивала. А потом и вовсе отвернулась от мужчины. Впервые ведь! Моя мечта, наконец-то, сбылась! Я – в Хлавне.
Город за громоздкими воротами замка распахнулся немедленным шумом и яркими красками улиц среди общего белоснежья. И я в первый миг даже зажмурилась – ведь не поверилось в это, увиденное только что волшебство. Как в Кустодиевском полотне. Есть у него целый масленичный цикл из картин. 
Но, Хлавн оказался прекрасней. Он уже готовился к Новолетью. Высокие бревенчатые и каменные городские дома с одинаково резными наличниками на больших светлых окнах украшали удачливые штворки – символы Дня весеннего равноденствия. Одни деревянными расписными фигурками висели над подоконниками с внутренней стороны рам, другие зорко выглядывали на улицу, стоя на них, а третьи бумажными картинками красовались прямо на стеклах. И мне, вдруг, отчетливо вспомнился совершенно другой, но тоже слишком значимый праздник:
- Если только мелом. Растолочь его и… точно.
- Владетельная госпожа!
И я очнулась, обхваченная очень даже сильными руками господина Матуса. Мужчина, сдвинув хмурые брови, недовольно покачал головой, глядя на меня снизу в верх. Пришлось сползать на сиденье, отдирая пальцы в пушистых варежках от его спинки, закиданной шкурами.
- Увлеклась одной идеей, - поправив теплый платок, смущенно сцепила я руки на коленях, спрятанных в длинную приталенную дубленку (вновь обматываться поверх палантином я наотрез отказалась. Наотрез!).
Господин главный казначей данной теме ощутимо обрадовался. По крайней мере тут же в пол оборота развернулся ко мне. Он, понимаете ли, был упаковал аналогично - объемный тулуп с меховым воротником, закрывающим голову по самую верхушку шапки «а-ля пирожок». Так что телодвижения одного в наших санях рождали немедленный отклик в диспозиции другого… «Общение наедине». Да кто ж знал?! Я не знала.
- Новой идеей? – вопрос был задан вполне нейтрально, но, дорогой вы мой, нечего было за несколько секунд до него так скакать!
- Новейшейшей! – отрапортовала я на Отилин манер. – Но, она на праздник, так что несерьезная. Ага. Не продать – не купить.
- А ум-м-м…
- Что вас так заинтересовало из моих старых?
Пожилой господин как смог сделал отстраненно безразличным свою, сверх меры сморщенную от морозца физиономию. Я же наоборот изобразила огромное желание с ним поделиться. Да и в этом плане «изображение» отчасти было искренним, ведь не таились мы. А что толку? Господин Матус – не торговец идеями. Он присосётся уже на стадии производства и сбыта. Да и скрыть и то и другое от такой осведомленной личности вряд ли у нас выйдет. Так что, жгите, господин главный казначей. Ну и он, конечно, зажёг:
- Зофи Омылейка. Зачем она вам? Млада хоть и толковая, но взбалмошная. И к отцу без уважения. Вот и сейчас собрала вещички и к вам на половину под крылышко.
- Так ведь совершеннолетняя! – удивленно распахнула я рот.
В это самое время наш кучер, до того момента гнавший двойку вороных хоть и быстро, но вполне грамотно, вдруг, расставив локти, резко натянул свои вожжи: