Красавица и игрок (ЛП)

Мама дала мне корни и крылья, чтобы поверить, что я могу быть кем угодно, жить где угодно, но Блу Белл — это место, где живет мое сердце. С Сабиной, которая рядом со мной. Ее корни здесь, и я хочу дать ей такие же крылья. Смотреть, как она летит.
Я нашла свое сияние. Это Ронан. Но это еще и дом.
Он закрывает глаза.
— Нова. Я люблю…
Я приложила палец к его губам.
— Я не думаю, что смогу принять эти слова. Просто поцелуй меня и скажи, то, зачем ты пришел.
— Нова… — Его лицо вытягивается. — Я… я не могу попрощаться.
Мое горло сжимается, и я сжимаю его руки.
— Послушай. Найди свое сияние. Откройте для себя все возможности. Дотянись до звезд. Никто не заслуживает этого больше. Ты чертовски хороший тренер. Ты заботился об этих детях и о том, что с ними происходило. У тебя есть честность. Верность. Настойчивость. Была причина, по которой ты получил Хейсмана. Ты лучший квотербек, которого я когда-либо видела. А это предложение? Это твой второй шанс быть ближе к тому, что у тебя было. Я хочу весь мир для тебя. Я хочу для тебя всего, Ронан: добра, любви, успеха, всех футбольных достижений и почестей… — Мой голос срывается, и я беру себя в руки. — Ты заслуживаешь работу своей мечты. Возьми это. Хватай ее и будь счастлив.
— Боже. Нова… — Он закрывает глаза. — Пожалуйста. Ты меня убиваешь.
Я встаю на цыпочки и прижимаюсь губами к его рту. Он приоткрывает губы и крепко сжимает меня, его руки поднимают меня. Я цепляюсь за его рубашку, и поцелуй становится жестче, отчаяние смешивается, когда мы жаждем большего.
Я отстраняюсь, хватая ртом воздух.
Его грудь вздымается, взгляд сияет от не выраженных эмоций.
— Нова…
— Иди и получи ее, дорогой. — Я выдавливаю водянистую улыбку, вырываюсь из его рук, а затем захожу внутрь дом.
  
Глава 27
 
Ронан
Я выхожу из вертолета, и шофер провожает меня к ожидающему черному внедорожнику. Водитель спрашивает, все ли меня устраивает, и я отвечаю ему "да", прежде чем мы выезжаем с вертолетной площадки в нижнем Манхэттене и направляемся к офису владельца Питонов Деймона Армитиджа II.
Утро началось с того, что личный самолет Дэймона забрал нас с частной взлетно-посадочной полосы в Остине. Мы приземлились в аэропорту Кеннеди, затем запрыгнули в вертолет. Все это должно было произвести на меня впечатление. Я разглаживаю свои синие брюки и белую рубашку. Мои руки дергают мой серебристый галстук.
— Ты выглядишь немного бледным, — говорит Так, усаживаясь во внедорожник. Он берет одну из бутылок наливает воду и протягивает ее мне. — Это была ухабистая поездка.
Я ставлю стакан на стол и вытираю лицо.
— Я не спал прошлой ночью.
— Адреналин от игры. Я понимаю. — Его карие глаза изучают меня.
— Да, точно. — Я откидываюсь на спинку сиденья.
Я не мог заснуть из-за нее.
Ее слова. Этот прощальный поцелуй.
Я смотрю в окно на финансовый район. Люди ходят взад и вперед по Нью-Йорку, идут, опустив головы, когда они переходят с одного места на другое. Суета, высокие здания и гудящие клаксоны — это приспособление. Я несколько раз посещал Така в последние месяцы, но на этот раз город кажется более оживленным, более напряженным. Я думаю о своем гамаке в Блу Белл.
Нас выводят из внедорожника, и нас приветствует личный помощник Деймона. Я оставляю Така и поднимаюсь на лифте вместе с помощником тренера и направляюсь в его офис.
Когда я прихожу, его там нет, поэтому я расхаживаю по комнате, мое сердце колотится, ощущение сюрреалистичности постепенно нарастает. В течение двух сезонов моя жизнь вращалась вокруг детей в Техасе, я пытался помочь им стать чемпионами. Я придумал наш девиз: " Завоюй сердце, выиграй все", и эти слова засели у меня в животе, как кусок цемента.
Что сейчас делает Тоби? Он работает посменно в книжном магазине? Беспокоится ли он о своей маме? Черт возьми, я должен был проверить ее прошлой ночью…
Бруно… он планирует свидание со своей горячей девушкой из группы поддержки.
 
Майло… он будет у Лоис играть в видеоигры.
Скитер? Он станет главным тренером и выведет Бобкэтс в чемпионат.
Может быть, Эндрю подаст заявление и получит работу в следующем году.
И Нова… Мое сердце разрывается на части. Я закрываю глаза и заставляю себя прогнать ее образы.
Выдохнув, я направляюсь к витрине с трофеями в правой части комнаты.
— Если все это сработает, мне понадобится еще одна полка, — произносит скрипучий голос позади меня. Я поворачиваюсь, чтобы увидеть Дэймона Армитиджа II, владельца, Брюса Харди, главного тренера Питонов и моего агента, Реджи.
Опираясь на трость со змеей на золотом набалдашнике, Деймон заходит за свой стол, затем садится. Одетый в черный сшитый на заказ костюм, дополненный аскотом и бутоньеркой, ему за семьдесят, он чертовски богат и известен как эксцентричный зачинщик.
— Я рад, что ты смог прилететь, Ронан. Мы могли бы поболтать по телефону, но я хотел, чтобы ты был в этой комнате. — Он обводит руками свой просторный кабинет. — Ничто не сравнится с тем, чтобы увидеть человека лицом к лицу и оценить его.
— Верно, — говорю я.
— Мы все встретились в лифте, — говорит Реджи, кивая. — Рад видеть тебя, Ронан! — Ему около сорока, он одет в элегантный костюм, его темные волосы подстрижены вокруг ушей.
— Я тоже, — говорю я, и мы вчетвером пожимаем друг другу руки.
Тренер Харди улыбается мне. Высокий мужчина под пятьдесят, он сидел у моей кровати в больнице в течении трех дней после аварии. Он доставил мою маму из Чикаго в Нью-Йорк на самолете команды в ночь, когда это случилось. Когда я проснулся в первый раз в своей комнате, они были там и ждали.
Мы болтаем о пустяках, наверстываем упущенное, затем болтаем о его новом квотербеке Лукасе Пайне, новичке из Айовы. У него проблемы с переходом из колледжа в профессиональный футбол, он пропускает щелчки и игровые звонки.
— Как дела у тренера Диксона? — Спрашиваю я несколько минут спустя. — Так сказал, что он летит в Хьюстон для лечения.
Тренер Харди засовывает руки в карманы своих брюк цвета хаки.
— Ты, вероятно, разминулся с ним, где-то в Индиане. Нам будет его не хватать на поле. Адский человек и тренер.
Реджи садится.
— Это трагедия. — Он смотрит на меня. — Но это дает Ронану шанс вмешаться. Я думал, что мы начнем с того, что делал Диксон…
— Подожди, — резко говорю я, опускаясь в кожаное кресло. — Я ценю срочность, но еще не было сделано ни одного предложения, ни одного я не принял. Это были просто разговоры.
Реджи вздрагивает, свирепо глядя на меня.
Деймон хмурится, поправляя свой аскот.
— Не будь застенчивым, Ронан. Зарплата будет отличная. Мы знаем тебя, твой талант, твою трудовую этику. Мы видели, что ты сделал с той командой в Техасе. Ты наш выбор, черт возьми, прежде чем тебя заберет Стэнфорд! — Он хлопает ладонью по столу и издает хриплый смешок.
Я откидываюсь назад и улыбаюсь, притворяясь спокойным, когда я совсем не такой. Мой желудок просто не успокаивался.
— Я позвонил Хайту и отказал ему.
Реджи кивает, а двое других улыбаются, явно довольные.
Я прочищаю горло и складываю руки.
— Дело в том, что я взял на себя обязательства, Деймон. Плей-офф старшеклассников стартует первого декабря. Решение подождет до этого времени?
Он берет трубку со своего стола и раскуривает ее.
— Нет. Извини. Мы хотим объявить об уходе Диксона из команды, а также о его замене в понедельник. Наши тренера готовят воскресную игру, но мы уже проиграли две, которые должны были выиграть.
— Я в курсе, — говорю я. — Я вижу ошибки и плохие решения.
Он смотрит на меня глазами-бусинками.
— Почему бы вам с тренером Харди не наверстать упущенное и не встретиться с персоналом, может быть, с несколькими игроками, а потом прогуляться по стадиону. Он попыхивает трубкой. — У тебя там есть воспоминания. Черт возьми, у меня встает каждый раз, когда я сижу в ложе владельца. Неплохо для старика, а?