ХВ. Дело № 2 (СИ)

— Поверить не могу! — Татьяна вскочила со стула, едва его не опрокинув, и прошлась туда-сюда по кабинету. — Поверить не могу, что они отправляют нас одних! За границу! В какую-то никому не нужную Палестину! Несовершеннолетних, почти без подготовки…
— Барченко же ясно объяснил, что с этим заданием смогут справиться только такие, как мы. — подал голос Марк. — Несовершеннолетние то есть.
Он, в отличие от Татьяны, говорил тихо, чуть заикаясь. Верная примета, что нервы уже на пределе.
— И потом — им что, отправлять с нами взвод чекистов? Ты-то не была в Иерусалиме, и не представляешь, как плотно англичане контролируют город! А ещё и местная полиция, особенно теперь, после недавних беспорядков. Наши «сопровождающие», тем более, с наскоро сделанными бумагами, там и шагу не ступят, мигом угодят в тюрьму! А дядиЯшины люди там уже давно, освоились, легализовались, документы у них надёжные. Встретят, устроят в безопасном месте, помогут выйти… — он запнулся. — ну, в общем, помогут добраться, куда нам нужно.
— А куда именно — ты знаешь? — Татьяна остановилась перед Марком, уперев кулаки в бока, словно базарная торговка, собирающаяся устроить большой скандал. 
Марк вместо ответа пожал плечами.
— Вот и я не знаю. И сам Барченко, похоже, не очень в курсе. Отправляет нас, как в сказке: «поди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю, что…»
— А вы взгляните на это иначе. — встрял в назревающую ссору я. — Представьте себе, что это героическое приключение, квест, как в рыцарских романах. И, прежде, чем выполнить возложенную на них миссию, участники этого квеста сначала должны понять, в чём она состоит.
Оба воззрились на меня с недоумением.
— Ты это серьёзно? — осторожно осведомился Марк. — Думаешь, Барченко приехал в коммуну вот так, с бухты-барахты, без предупреждения, заявил, что обучение закончено и пришло время для настоящей работы — и теперь отсылает нас невесть куда, и даже без внятно сформулированного задания?
— А тебе что-то не нравится?
— Всё! — категорически заявила Татьяна. — Всё не нравится! Потому что это не задание, а собачий бред!
— Вот так все эти Ланселоты, Галахады и прочие сэры Гавейны и рассуждали. — не удержался я. — однако же шли и делали, что им было поручено. И потом — мы тоже не лыком шиты: Марк, вон, и арабский знает, и с евреями может на их языке объясниться, город ему знаком, как свои пять пальцев… Не пропадём.
— Язык, город — это, конечно, верно. — задумчиво произнёс Марк. — Иерусалим я не забыл, с закрытыми глазами смогу пройти из конца в конец. Но мне это всё тоже кажется подозрительным. А ты, Лёшка, нашёл, чего придумать: рыцари, легенды какие-то… ничего поумнее в голову не пришло? 
Я пожал плечами.
— Как по мне — так очень даже похоже. Сам прикинь: вот нас трое, у каждого свои способности, а вместе, как верно подметил Барченко, мы друг друга дополняем. И очень, надо сказать, неплохо дополняем: в чистом виде квестовая партия получается — вор, псионик и паладин!
— Какая ещё партия? — Татьяна недовольно нахмурилась. — Ты можешь выражаться попонятнее?
…А она права, что-то меня заносит…
— А, ерунда, проехали. — я махнул рукой. В самом деле, не пускаться же сейчас в путаные объяснения насчёт сложной иерархии любимой в далёкой студенческой молодости (да и позже, чего уж греха таить) настольной ролёвки «DD»? Ведь именно по классификации оттуда Марк выступает в роли псионика, способного воздействовать на разум наших оппонентов, Татьяна — вор, отыскивающий любые, самые хитрые тайники. Ну а на мою долю остаётся паладин — персонаж, объединяющий способности клирика, воодушевляющего соратников на подвиги, и бойца-файтера, только и ждущего случая пустить в дело свой со вкусом прокачанный меч. Компания выходит вполне себе сбалансированная — не хватает, пожалуй, боевого мага, разбрасывающего во все стороны молнии, файерболы изаклинания заморозки. Но что делать, если нашему Семёну, превосходно вписывающемуся именно в эту роль, так не повезло?
 
…подумать только, а ведь когда-то я в компании таких же помешанных, мог сутками напролёт мог бродить по, существующим только в нашем коллективном воображении мирам! А то и самому занимать место «донжон-мастера» и водить по этим мирам других… И теперь вот дело повернулось так, что я сам готов занять место в партии приключенцев — при том, что предстоящий квест придётся проходить отнюдь не в сконструированной по разнообразным «гайдам» и «спеллбукам» реальности…
— Так что, соглашаемся? — спросила Татьяна. — Барченко сказал: час нам на раздумье, а потом он хочет получить окончательный ответ.
— А что, ты видишь другие варианты? Я вот, к примеру — ни одного.
Действительно, главный эзотерик и парапсихолог «спецотдела», закончил свою речь следующими словами: «Мы сделали для вас всё, что смогли, и теперь пришло время показать, на что вы способны. Предстоящее вам дело сложное и опасное, а потому заставлять вас никто не будет, отправятся только добровольцы. Но имейте в виду: вы втроём составляете подготовленную группу, и если убрать хоть одного, то шансов на успех не останется. Так что, дав согласие, вам придётся изо всех сил, при любых обстоятельствах, держаться друг за друга».
«Как три мушкетёра! — попытался разрядить обстановку Марк. Барченко шутки не принял — глянул на него тяжёлым взглядом из-под своих проволочных очков, повернулся и, не сказав больше ни слова, вышел, плотно притворив за собой дверь.
— Тогда и спорить не о чем. — Марк хлопнул ладонью по столешнице. — Понять бы ещё, что нам предстоит. Лёшка, Барченко с Гоппиусом ведь успели побеседовать с тобой, перед тем, как собрать всех нас? А ну, давай, колись, что вы затеяли на наши…э-э-э… — он покосился на Татьяну, — …на наши головы?
— Значит, вы так и не выяснили, куда увезли ту книгу? — спросил я. 
— А как бы я мог это выяснить?
Барченко скривился — похоже, это была больная тема.
— Палестинская агентура была целиком замкнута на известного вам человека, с другими они работать попросту отказались бы. Товарищи из Иностранного Отдела ОГПУ собирались послать туда нового резидента, чтобы оживить связи, но к счастью, вовремя одумались: вполне могло получиться и так, что при появлении нового связника агенты попросту сменили бы все явки — и ищи их потом свищи. Была надежда получить запасной, надёжный канал связи, но ничего из этого не вышло — наш общий друг, к сожалению, не успел написать письмо, которому его люди поверили бы. 
Я покосился на Гоппиуса — при словах Барченко о «запасном канале связи» он вздрогнул и отвернулся к окну.
…неужели скрыл от своего непосредственного начальства факт передачи мне той, последней записки? Если так — то выходит, что среди господ красных оккультистов согласием и не пахнет. Это интересно, это надо будет иметь в виду…
— А как насчёт ваших методов? Тех самых, особых?
— На таком-то расстоянии? — он иронически хмыкнул. — Не говорите ерунды, молодой человек, это не в силах человеческих… и нечеловеческих тоже. Я, во всяком случае, ничего подобного даже представить себе не могу.
— А кто может? Англичане? Немцы? Они, вроде бы, плотно работают в этой области?
— Это вам тоже наш общий друг наплёл? — на этот раз Барченко не скрывал раздражения. — Вот уж действительно, позёр: непременно надо ему создать видимость, что он знает всё на свете и ещё кое-что сверх того! Всё это вздор, юноша, и не советую вам забивать им голову. 
— Но как же так? — я изобразил удивление. — Не вы ли в прошлый ваш приезд к нам рассказывали, что у англичан и немцев есть своя программа развития особых способностей у специально отобранных подростков?
— В основном, это относилось к англичанам. — буркнул Барченко. — До нас, правда, доходило что-то подобное насчёт доктора фон Либенфельса, но как по мне, так это пустая болтовня. Впрочем, у немцев с их «обществом Туле», «Теорией Полой Земли» и прочими романтическими бреднями всегда так: масса пафосной болтовни и заумных теорий, а до практической деятельности, тем более, за границей руки никогда не доходили. Тот жеЛибенфельс слишком занят сейчас своим «Орденом Новых Тамплиеров», ни на что другое его попросту не хватает…