Охотница. Пробуждённая кровь. Книга (СИ)

Но всё это отошло на второй план, когда на ринг вышла охотница. Нику стало физически плохо от того, какая она маленькая по сравнению с огромным оборотнем, готовым разделать её, как мясо, и ещё хуже стало, когда она сама с ним разделалась, а потом продолжила в том же духе, пачкаясь в чужой крови раз за разом. С отсутствующим взглядом, словно опустошена изнутри, но с яростью на лице, Рина была обнажённым клинком, который когда-то пронзил его сердце, а кусок стали навсегда застрял внутри и причинял невероятные мучения. Как вытащить её оттуда теперь, после всего? А самое главное, хочет ли он этого?
Вампир едва удержался на месте, когда они сцепились с последним противником, но к счастью всё обошлось малой кровью, однако тот удар мужчина ощутил на себе очень отчётливо, и всего терпения Нику стоило не сорваться вслед за волком. Он действительно собирался преподать парочку уроков здоровяку, нагнав того после боёв, но на улице услышал весьма любопытные вещи и понял, что найдутся другие желающие расправиться с оборотнем. Сам он не будет вмешиваться, позволив охотнице решить это дело, однако присмотреться к незнакомцу лишним не будет.
Громов позволил Князеву увезти Рину, а сам побродил ещё немного вокруг, но вскоре решил вернуться домой вслед за укатившей парочкой. Ревность сжигала кровь при мысли о том, что эти двое останутся наедине, потому он не отдавал себе отчёта в том, что делает – вернее, отдавал, но не был этим обеспокоен, когда пламя перенесло к дому Дарины на рассвете. Иллюзия могла держаться на нём хоть сутки, а то и больше, поэтому мужчина по-прежнему оставался незамеченным и, дождавшись, пока они приедут, принялся наблюдать. Убедившись, что оборотень довёз её до дома, вампир какое-то время просто стоял и смотрел на окна её новой спальни, а после что-то внутри него перемкнуло.
«Давай докажем, что мы лучше каких-то драных рысей!» ─ предложил зверь, и Громов в кои-то веки был с ним солидарен.
─ А почему бы и нет?
Тот факт, что он умудрился произнести эту фразу с рычащими нотками, вовсе его не заботило, и брюнет молниеносно переместился в дом. Вампир не может войти без приглашения, но Высший вампир, вернувший магию – сделает это легко и без зазрений совести, а если в доме кое-что очень желанное, никаких преград на пути не возникнет.
Внутри было тихо – лишь со второго этажа доносился шум воды, значит, охотница в ванной, и эта мысль так понравилась обоим – как ему, так и довольно прорычавшему хищнику внутри, что тело начало реагировать вполне ожидаемо.
«Заберёмся к ней в душ или подождём здесь?» ─ предприимчивый кот знал, что предлагать, но Ник пока ещё не окончательно рехнулся, чтобы так пугать Рину.
«Мы подождём», ─ одёрнул свою сущность вампир, заранее запасаясь терпением.
«Да сколько ещё можно ждать?! Хочешь, чтобы её увели?» ─ не сдавался зверь, но брюнет уже взял себя в руки. Почти.
На лестнице внезапно появился чёрный кот, при виде Ника встопорщивший шерсть и угрожающе зашипев, но видя, что условный враг не несёт угрозы, успокоился и спустился. Удивительно, сколько всего могут видеть теневые…
─ Не выдавай меня, приятель, ─ попросил вампир, и животное примирительно потёрлось о его ногу, исчезая в чёрной дымке – видимо, признал в нём того, кому можно доверить свою хозяйку, и отправился по своим делам.
Брюнет же в скором времени преодолел ступеньки, осторожно заглядывая в комнату. Дверь в ванную была приоткрыта, и мужчина, почти не дыша, наблюдал за тем, как девушка смывает с себя остатки дня и ночи, вернее, просто позволяла потокам воды падать вдоль уставшего изящного тела. Как же в тот момент ему хотелось подойти к ней со спины и просто прижаться, прошептать, как он скучал, а дальше фантазия увела его в совсем грешные дебри, откуда с трудом удалось вернуться, когда Рина уже замоталась в полотенце, быстро высушила волосы магией и вернулась в спальню.
Он наблюдал за каждым её движением, всякий раз страшась выдать себя чересчур громким вздохом, но пока удавалось не попасться. Охотница тем временем подошла к кровати, озадаченно на неё посмотрела, словно не ожидала увидеть здесь предмет мебели, но потом уверенно заползла рукой под матрац и выудила оттуда – он сперва не поверил – початую бутылку текилы. Затем, Рина взяла с прикроватной тумбы какие-то пузырьки явно с лекарствами и, высыпав содержимое на ладонь, закинула всю эту горсть в рот, а потом сделала огромный глоток спиртного и всё проглотила, едва поморщившись.
 
Он испугался. Замер от настоящего ужаса, сковавшего на миг всё тело, ведь не может его Ветерок быть столь несчастной, столь опустошённой, что ведёт себя вот так. Не может эта девчонка настолько не ценить свою жизнь!
Какое-то время Ник боролся с собой, чтобы не появиться перед ней и не прочитать лекцию о том, как не стоит поступать, но что-то его остановило. Он продолжал наблюдать, как Рина ложиться на постель, даже не переодевшись, и просто прикрывает глаза.
─ Я всё, ─ устало выдохнула охотница, немало заставив вампира напрячься, ─ и если ты вздумаешь ещё что-то вякнуть по этому поводу, я найду способ изгнать твою призрачную задницу из моей жизни.
Сперва Громов решил, что она его видит, но девушка явно обращалась не к нему, и в очередной раз задумался о том, что происходит с Дариной, которая почти мгновенно погрузилась в сон. Мужчина подошёл крадучись, искренне веря, что Рина не притворяется спящей и не нападёт внезапно, однако всё было спокойно. Размеренное дыхание, ровное сердцебиение – она действительно спала, и Ник совсем осмелел, встав рядом и присматриваясь к любым изменениям.
Почувствовав её такой родной аромат, вампир, словно наркоман вдохнул его, наклонившись над желанным телом. Руки сами вдруг потянулись распахнуть полотенце, и мужчина отчего-то был уверен: она не проснётся сейчас, потратившая слишком много сил в поединках, да и когда у него вновь будет такая возможность? Угрызений совести он не испытывал вовсе.
Мыслей в голове тоже больше не осталось, когда вампир вновь увидел перед собой обнажённую грудь и всё то, что располагалось ниже, как мальчишка пялясь на неё с участившимся дыханием и открытым ртом – не хватало капающей из уголка слюны. Что им в тот момент руководило, Громов не представлял, но склонился ещё ниже, легко коснувшись губами девичьей шеи, скользнул ниже к ярёмной впадине, а после мужчину было уже не остановить. Рина выдохнула сквозь дрёму, почувствовав прикосновения, и от этого звука Ник просто воспламенился изнутри, подгоняемый собственным зверем.
Язык безо всякого стеснения прошёлся по груди, задержавшись сперва на одном соске, губы ласково втянули второй, двинулись вниз по животу и медленными, короткими поцелуями задали направление ещё ниже. Голова совсем опустела – остались лишь древние, первобытные инстинкты обладать, пометить собой, остаться в ней, присвоить, наконец, и больше ни в чём не сомневаться. Клыки непроизвольно вырвались, когда вампир лизнул чуть припухший комочек плоти, и запах возбуждения охотницы проник в его лёгкие. Рот наполнился вязкой слюной, на собственных руках отчётливо проступил родовой рисунок, и Ник, не думая о последствиях, слегка прокусил кожу на бедре девушки.
Жить ему оставалось недолго.
* * *
Вернувшись домой на рассвете, я была такой уставшей и вымотанной, что едва доползла до ванны. В комнате обнаружилась уже заботливо застеленная кем-то кровать и даже тумбочка рядом, но удивляться этому сил не осталось, да и мышцы ныли так, что без таблеток было не обойтись – иначе просто не усну, а утром буду жаловаться, как старуха.
Не знаю, кто постарался с мебелью, но я чисто интуитивно просунула руку под матрас, обнаруживая спрятанную в шкафу бутылку текилы, оказавшейся как нельзя кстати – значит, домовой удружил, – и запила лекарства. Знаю, мои решения порой гениальны, но каждый по-своему облегчает свою боль – не важно, душевная она или, как в моём случае, ещё и телесная. Жаль, лекарства от виденья призраков в собственной спальне у меня не было.