Уйди с дороги, Грейнджер! (СИ)

  
Часть 1. Начало учебного года
 
Равномерно покачиваясь в такт движущегося поезда, Гермиона неторопливо шла вдоль купе в приподнятом настроении.
Улыбалась уголками губ, мурлыкала про себя незатейливую магловскую мелодию, которую всего пару часов назад слушала в спальне, когда собирала чемодан со всеми школьными принадлежностями.
Как же хотелось снова оказаться в Хогвартсе. Снова влиться в эту волшебную и дружескую атмосферу учебной жизни. Каждый день видеться со своими друзьями, посещать безумно интересные занятия, ведь не так давно казалось, что этого всего могло больше не произойти.
Но о плохом она больше думать не хотела.
Хватит с неё.
Это в прошлом. Теперь всё будет хорошо, только позитивный настрой, предвкушение, и…
— Сука, Грейнджер, смотри, куда прёшь, — она даже не заметила, как врезалась на лету во что-то большое, и чуть не упала, успев зацепиться за поручень.
Ну конечно, Малфой.
Надменный, плюющийся ядом, мерзкий слизеринец.
А нельзя было оставить свою аристократическую задницу у себя в мэноре?
Тогда этот год был бы точно самым лучшим в её жизни.
Малфой резко вышел из своего купе, и Гермиона просто не успела среагировать и отойти.
— Малфой, это ты смотри, куда прёшь, ты не у себя во дворце. Поезд — общественное место, и, представь себе, тут ходить можешь не только ты, — она сказала это на одном дыхании, даже без раздражения; слишком долго она ждала этого дня, чтобы что-то или кто-то смог испортить ей настроение.
— Заучка Грейнджер, можешь просто заткнуть свой рот и… — дальше она не услышала, так как с улыбкой на губах была уже в конце вагона, намереваясь быстрее найти своих друзей и раствориться в последних новостях о жизни таких уже родных людей.
Малфой недоумённо посмотрел ей вслед.
Просто так ушла?
Даже не продолжила словесную перепалку? Проигнорировала?
Долбанная сука, ещё даже в Хогвартс не приехали, а он успел наткнуться на это гриффиндорское недоразумение, вызывающее в душе только ненависть и жгучее раздражение.
Уже забыв, зачем вообще выходил с купе, он хлопнул дверью и вернулся к своим сокурсникам.
Отыскав друзей, Гермиона плюхнулась рядом с Гарри и окинула взглядом каждого. Гарри, Рон, Джинни и Невилл, улыбаясь наперебой, рассказывали о последних событиях.
— Представляешь, мама совсем не хочет, чтобы мы куда-то переезжали с Гарри. Говорит, что нам всем нужно держаться вместе, и я её понимаю, ведь ей сейчас нелегко… Но я просто не представляю себе, как это — жить всем под одной крышей, я бы хотела точно не этого. Хочется уединения, — Джинни бросила влюблённый взгляд на своего парня. — Гермиона, ты не против, если Гарри будет жить этот год с нами в спальне?
Гарри поперхнулся и удивлённо посмотрел на свою девушку, а Гермиона только хохотнула:
— Да без проблем, но в таком случае я тоже поселю кого-нибудь, и будем жить счастливой большой семьёй.
В этот раз поперхнулся Рон, уставившись на Гермиону так, как будто в первый раз её увидел.
— А если серьёзно, то я вообще не понимаю, почему нельзя было поселить нас с Гарри в одну комнату, как будто мы дети малые, ей Богу… — Джинни продолжала болтать о тяжёлой судьбе, жаловаться на родных, которые, как она утверждала, её не понимали.
Гермиона, перестав слушать разгорячённую речь Джинни, разглядывала родные лица и удивлялась, как же все они повзрослели. Взять хотя бы Невилла: парень заметно вытянулся, возмужал, и следа не осталось от того круглолицего неуклюжего паренька, что постоянно вляпывался в какие-то нелепые передряги. Он сидел, подперев голову кулаком, и увлечённо слушал, ухмыляясь, гневную тираду рыжей подружки. Его тёмные волосы, ровный нос, глаза — такие же карие, как у неё самой; небрежная поза, лёгкость и уверенность в движениях… Чёрт, а он очень даже ничего.
Стоп. Что?
Гермиона тряхнула головой, перестав так детально сканировать своего друга.
Боже, о чём ты думаешь?
Взгляд медленно сместился на Рона. Тот, заметив её внимание, подался чуть вперёд, одновременно хмыкнув и улыбнувшись. Как-то неуклюже получилось. В общем, как всегда. Это же Рон. Вечно невпопад, наперёд и как-то не так, как хотелось бы. Чего-то ему не хватало.
 
Точнее ей. В нём.
Улыбнувшись ему своей такой дружеской Гермионинской улыбкой, она отвернулась в окно.
Воспоминания пролетели в голове постыдным вихрем.
За месяц до этого дня она приезжала в гости к семейству Уизли. Она очень любила каждого члена семьи, ведь они стали уже как родные ей и Гарри. Но от последнего визита остался немного неприятный осадок.
Вспомнились руки Рона, лапающие её ягодицы, и его язык, которым он как будто пытался выдавить Гермионе все зубы. В общей гостиной уже никого не осталось, все разошлись по своим комнатам. Уизли зажал Гермиону возле лестницы, чего она в тот момент, ну, никак не ожидала, потому что направлялась в гостевую комнату, выделенную для неё. Она его не оттолкнула и попыталась ответить на поцелуй, но, как оказалось, могла просто открыть рот и больше ничего не делать, потому что Рон на какой-то своей волне вдавливал своё тело в её и, возбужденно пыхтя, шарил руками по телу слишком агрессивно и нелепо. Но Гермиона никак не планировала, чтобы это недоразумение переросло во что-то большее. Ей удалось вырваться из его объятий; она даже не помнила, что тогда буркнула, умчавшись в свою комнату.
Складывалось впечатление, что Рон просто хотел набить руку в любовных делах и выбрал её для себя мишенью.
Ну нет, не готова она к отношениям с Роном.
Раньше да, были такие мысли, даже как будто что-то намечалось, но в один момент всё сошло на нет.
Во всяком случае, у неё.
Не было огня.
Он был ей как младший брат, за которым надо присматривать и направлять на верный путь. Конечно, напрямую ничего не было сказано ни с одной, ни с другой стороны. От Рона она никогда не слышала о любви, отношениях и всё в этом духе. Только ухмылочки, повышенное внимание, нелепые шутки, иногда даже смешные. Гермиона ничего ему не обещала, а значит — ничего и не должна говорить.
Пусть всё идет своим чередом.
В конце концов, целый год впереди, может, он кого и найдёт себе, когда поймёт, что от Гермионы ничего не добиться.
— Гермиона, ты вообще где витаешь? — помахал рукой перед её носом Гарри. — Тебе не пора в вагон старост? Обязанности, все дела?
Густо покраснев, Гермиона хлопнула себя по лбу:
— Я же вам не сказала, — она обвела всех виноватым взглядом. — Я отказалась быть старостой школы. И гриффиндора тоже.
Молчаливая пауза. Недоумённые взгляды.
Такое вообще возможно?
Это же Гермиона Грейнджер.
Или её подменили?
— Почему? — выдавил из себя Гарри.
— Потому что в последний год учёбы я не хочу взваливать на себя дополнительные обязанности. Хочется просто отдохнуть, что ли, — Гермиона взглянула на Джинни, та в свою очередь понимающе хихикнула.
В этом году в Хогвартсе совершенно точно будет весело…
* * *
— Приветствую вас, уважаемые ученики. В новом году у нас произошли некоторые изменения в педагогическом составе. Хочу представить вам нового преподавателя Защиты от тёмных искусств — профессора Рейна Корра, — МакГонагалл широким жестом указала на соседнее место рядом с ней, откуда сразу поднялся высокий хмурый мужчина лет так тридцати пяти. Поклонился ученикам и сел на место, рассматривая всех из-под густых бровей. — А также хочу сообщить о новых назначениях в старостат: мисс Чжоу Чанг и мистер Блейз Забини возьмут на себя ответственные должности, примите мои поздравления, — по Большому залу пронеслись аплодисменты и тут же затихли, МакГонагалл продолжила свою вступительную речь: — Я очень надеюсь, что студенты седьмого курса очень серьёзно подойдут к учебному процессу, так как в конце года вы будете сдавать заключительные экзамены, результаты которых напрямую повлияют на вашу дальнейшую судьбу. Поздравляю всех с началом учебного года, мне очень приятно снова видеть всех вас. Приятного аппетита! — закончив речь, МакГонагалл села за стол, широко улыбаясь, и сразу же завязала разговор с новым профессором Рейном.