И вырастут крылья (СИ)

Калина зло засмеялась.
– Лучше замолчи, Джей! Я уже слышала подобное! Напомнить когда и где?
Шорох и сдавленный голос альфы.
– Не сравнивай нас, Кали!.. У наших историй разные исходные данные. Я с самого начала был настроен на брак с тобой, видел в тебе свою пару. А то, что случилось позже, объясняется тем, что я самоуверенный болван. Воронцов же с самого начала знал, что не женится на Даше. Это другое…
Остальное мне не удалось расслышать: оборотни скрылись за поворотом. Да большего и не требовалось. Я торопливо побежала наверх, лежала в своей постели и думала. Вспоминала слова лайдира – не ровня. Артём был жестче – пустышка. Они оба правы. Что ж, получается, мне всего лишь указали на моё место. А то, что после этого у меня душа в клочья – лишь моя проблема. Я забылась, решила, что любовь может всё. Вот и получила. Наверное, в глазах Воронцова – да и не только его – я действительно выглядела наивной простушкой и глупышкой. Меня впустили в мир сильных ненадолго, а я уже размечталась. Захотела семью, детей!.. Жалела ли я, что выбрала расстаться с Артёмом и сохранить самоуважение, – нет! Ни разу! Лучше потерять мужчину, чем потерять себя. Но время игр закончилось. Пора возвращаться в реальный мир!
Я даже не знаю, когда мне в голову пришла эта мысль. Может, она мне приснилась. А может, появилась, когда Лина показала свой рисунок…
– Что это, крошечка? – я с интересом разглядывала лист, испещрённый волнистыми линиями.
– Море.
– Такое большое?
– Огромное! – Лина развела ручки в стороны. – Видишь, какое? Кораблям надо много места.
И тут же подрисовала ещё несколько линий. Я не смогла удержаться от смеха.
– А где же отдыхать бедным морякам? Они же скучают по дому, по суше.
– На берегу, – тут же последовал ответ. – Моряки должны жить на берегу. Чтобы недалеко было!
Мы сидели с дочкой и рисовали дом для морских путешественников. Вернее рисовала Лина, а я любовалась ею.
– Второй этаж?
– Да, чтобы видеть все проплывающие корабли.
У моей девочки был ответ на любой вопрос!
– А зачем забор? Там же пляж кругом?
– А это только наш пляж. Другим сюда нельзя.
– Так это наш дом?
– Да. Смотри, – Лина от усердия высунула кончик языка. – Утром проснулся – и на море. А там волны шумят, чайки летают! И корабли! Хорошо же?
– Да, Линочка… Хорошо!
Я смотрела на детский рисунок и окончательно дозревала в своём недетском решении.
Узнав о нём, Калина разволновалась:
– Ты опять улетаешь?
– Да. Так будет лучше. Прошло уже два месяца. С Артёмом мы больше не виделись. Я перестрадала наш разрыв и готова двигаться дальше, – зажмурилась и с наслаждением вдохнула свежий воздух, чувствуя манящий вкус перемен. – Я готова начать новую жизнь.
– Но почему так далеко? Почему юг?
– Калина, милая, я хочу улететь отсюда. Хочу улететь туда, где никто не знает ни обо мне, ни о Лине. Где нас изначально воспримут как единое целое.
– Это же не единственная причина? – догадалась кошка.
– Нет. Мы летим в Ханорум, потому что там море…
– И корабли! – добавила счастливая Ангелина.
Наверное, кто-то назовёт меня слабой, а мой поступок бегством. Но это не так. Всё перегорело. Я действительно больше не чувствовала ни обиды, ни гнева на Артёма Воронцова. Он не достоин даже моей злости. Сейчас мне было противно. Это как с той самой порванной кофточкой.
А меня словно что-то гнало вперёд. Какое-то предчувствие, интуиция, ощущение, что там – в другой стране, на берегу моря – я найду своё место.
  
Глава 21
 
Прошёл почти год, как я стала мамой Ангелины. Моя крошечка сильно изменилась. Она уже не походила на то запуганное, замученное существо, которое я нашла во сне. Девочка окрепла, поправилась, а за лето ещё и вытянулась. Белокурые волосы заметно отросли. И мы с дочкой накупили кучу заколочек и ободков, полюбили носить красивые платья и яркие кофточки. Модничали, одним словом! Самое бесценное для меня – то, что моя девочка больше не боялась. Не опускала глаза при встрече с незнакомыми людьми, не сжималась комочком, а, держа меня за руку, с интересом и любопытством познавала окружающий мир. Мы много гуляли, смеялись, слушали уличных музыкантов и покупали у местного пекаря полокко – вкусные пирожки со сладкой ягодной начинкой. Увлечённо знакомились с другой страной, ставшей нам домом.
 
Да, забыла сказать, жили мы теперь в Галингане – столице Ханорума. Это был совершенно фантастический приморский город! Даже не верилось, что отныне мы его часть. И всё благодаря Виджею Тандекару. Планируя покупку жилья, я рассчитывала на помощь его адвокатов. Всё-таки мошенников везде хватает. Кен Аддерли помог мне продать квартиру в Паг-Авите и нашёл нормальное риелтерское агентство в соседней стране. Вместе со мной летал в Ханорум, смотрел квартиры и домики. Но вот чего я не ожидала, так это уже подписанного договора на покупку небольшой виллы. Я помнила её: красивая, современная, в хорошем районе. Реально классная! Поэтому и цена была приличная. Мы тогда для вида прошлись вместе с риелтором, посмотрели, полюбовались, но я знала, что не осилю такую покупку. И когда альфа протянул мне документы, неосознанно попятилась.
– Это очень дорого!
– Уже всё оформлено. Вилла твоя, – Тандекар указал на моё имя в графе «покупатель». – А за свои деньги сделаешь ремонт и купишь мебель.
Я упрямо трясла головой, потому что даже у благотворительности должны быть пределы и они явно меньше одного миллиона шелетов. Лайдир сжал мои руки.
– Даша, не спорь! Мне в радость помочь тебе.
– Почему?
– Считай, это мой кармический долг.
Иногда эти оборотни такие загадочные!..
Я скучала по ним.
Итак, в вересне, ещё до Мабона, мы улетели на юг. Лина любила тепло и море, а я любила Лину. И мне было без разницы, где нам с ней жить, лишь бы подальше от… Но не будем об этом!
Наш новый дом находился в загородном жилом комплексе. Сам Галинган был недалёко, и, выходя утром на берег, мы видели его небоскрёбы. А здесь царили тишина и спокойствие, которые так любила Ангелина. Вилла была небольшая, в сравнении с соседними, но уютная и компактная, с большими панорамными окнами, через которые проникало много света. Мне здесь понравилось ещё в первый раз, когда нас привёл риелтор. Я, словно зачарованная, осторожно ступала по светлому полу и на пальчиках поднималась по лестнице. Поражалась тому, насколько всё светлое, белое, чистое! Наверное, именно тогда Кен Аддерли всё понял и рассказал лайдиру.
– Вот это тебе, Дашуня, повезло! – восхитилась моя Ирка, попав сюда в первый раз, и тут же заявила: – Как хочешь, но следующим летом я гощу у тебя!
– Мы будем только рады!
Засмеялась я, подхватывая Лину, спускающуюся по лестнице. Именно Беганская помогла мне сделать ремонт и купить мебель. Знаете как? Пригнала свою подругу-дизайнера. Та важно процокала на своих каблучищах.
– Вообще-то, я ведущий дизайнер агентства и расценки мои…
– Кеша, рот закрыла! – осекла её Ира.
Лукерья сокрушённо вздохнула.
– За что я всё это терплю? А?
– Я потом тебе напомню.
Не знаю, что связывает этих двоих, кроме спорта, но дизайнер постаралась на славу. Благо после «помощи» Тандекара денег хватало, и мы с Линой смогли обустроить дом так, как нам хотелось. У каждой из нас была своя комната на втором этаже, а на первом – гостиная и столовая, отдельная от кухни. Во дворе – зелёный газон с качелями. По задумке архитекторов это место отводилось под бассейн, но я попросила убрать его. У меня дома шестилетний ребёнок, которому всё интересно. И в стремлении найти ответы на свои вопросы, он просочится сквозь любые замки и обойдёт самый тщательный присмотр. Поэтому на семейном совете мы решили, что купаться будем в море, а во дворе посадим красивые цветочки.
 
И работа мне нашлась. Пришлось, конечно, походить, поспрашивать, задействовать старые связи. Мой бывший начальник замолвил словечко перед давним партнёром, и меня взяли логистом в одну транспортную фирму. Зарплата была меньше, но я могла работать дома, а это в нашей ситуации немаловажно. Кстати из Управления Межмирового контроля и правопорядка я уволилась без особых проблем. Кажется, Сторожа даже были рады избавиться от лишнего работника, появившегося благодаря непонятной блажи начальства. С новым инспектором мы обсудили график посещений, договорившись встречаться раз в полгода, а потом, если всё будет нормально, и ещё реже.