И вырастут крылья (СИ)

– Что ты ответила Воронцову?
– …
– Я и не сомневалась.
Кошка ждала, что девушка скажет ещё что-нибудь, но в трубке воцарилась тишина – мучительная, давящая, болезненная. Оборотница понимала, Даша не жалеет о своём решении: слишком чистой и правильно воспитанной она была, чтобы согласиться на роль тайной любовницы. Но кошка даже боялась представить, каково сейчас этой девушке. Скорее всего, Даша по косточкам разбирает себя! Ищет причину именно в себе! Бедная девочка!
– Я прилечу к тебе.
– Калина, не надо. Я справлюсь… – говорила Даша чётко, уверенно, вот только голос был сухой и безжизненный, как пепел.
Кошка сморгнула выступившие слёзы.
– Я знаю, что ты чувствуешь… Ты не будешь одна. Не сейчас!
Оборотни прилетели вечером. Я приветливо улыбнулась кошке, топтавшейся на пороге.
– Проходи!
А сама заглядывала ей за спину, ища остальных: чтобы альфа отпустил жену одну в столицу, где живут преимущественно маги? Никогда! Значит, должен быть или он сам, или один из бет.
– Джей с Рустамом задержались на улице, – пояснила женщина и добавила: – Они потом подойдут.
Фири-гахум вглядывалась в моё лицо с такой тревогой! Казалось, она готова осмотреть и ощупать меня с головы до пяток, чтобы убедиться в моём здоровье. Как мама, честное слово!.. После смерти бабушки я окончательно повзрослела: привыкла быть одна, не рассчитывая на поддержку семьи. А потом стала сильной ради Лины. Но сейчас я почувствовала себя маленькой девочкой, прибежавшей за утешением к матери. Слёзы сами хлынули из глаз. Возможно, мне надо было выплакаться и вместе со слезами выпустить из себя обиду и разочарование. А возможно, всё куда проще и я обычная размазня…
– Поплачь, – шептала оборотница. – Не держи боль в себе.
Слёзы быстро иссякли, но мне стало легче. Ощущение – как после дождя: сначала вроде зябко, неуютно, спрятаться хочется, а потом легко и дышится по-другому.
– Мама, ты опять плачешь? – Лина подёргала меня за подол.
Я торопливо вытерла лицо и через силу улыбнулась дочке.
– Немножко.
– Опять больно ударилась? Как вчера? – без злого умысла сдала меня малышка.
– Крошечка, ты лучше посмотри, кто к нам в гости пришёл!
Калина заулыбалась, присела перед девочкой, с удовольствием целуя детские щёчки.
– Привет, ангелочек!
Но взгляд, направленный на меня, был серьёзный. Оборотница догадалась, что такие срывы случались у меня часто.
– Так!.. – она уперлась руками в бока. – Собирайтесь! Мы летим в Степь!
Я замотала головой.
– Не-не-не! Зачем, Калина? Я справлюсь! Надо лишь время.
– Да, надо лишь время, – кивнула женщина и заметила: – Только что-то мне подсказывает, что если ты останешься здесь, то этого времени понадобится очень-очень много. Намного больше, чем у нас в Иринге.
Калина позвала мужа и, едва тот переступил порог, озадачила.
– Джей, девочки летят с нами.
Тандекар невозмутимо пожал плечами.
– Деви будет рада. Да и остальные, думаю, тоже.
А я… Я захотела улететь из Паг-Авита, где слишком много и часто стали говорить о красивом романе принцессы и наследника старинного рода, где с каждой газеты мне улыбалась счастливая Виктория и уверенный в себе лорд Воронцов.
Мы с дочкой собрались быстро. Линочка уже нетерпеливо подпрыгивала в прихожей, держа Калину за руку. Я окинула взглядом свой дом, который был дороже всего, но сейчас душил свежими воспоминаниями об Артёме, и решительно закрыла за собой дверь.
Под мерный гул автолёта и тихие голоса оборотней Лина уснула, удобно устроившись у меня под боком. А за ней задремала и я. Сквозь сгущающуюся пелену сна услышала приглушённый разговор.
– Надо предупредить Милу, что мы летим не одни, – шепнула Калина.
– Не волнуйся. Я велел слугам приготовить гостевую комнату ещё перед отлётом, – отозвался Виджей.
– Как? Ты не мог знать! – удивилась фири-гахум.
С переднего сиденья послышался тяжёлый вздох альфы.
– Если бы ты не позвала девочек, я бы сам предложил им погостить у нас.
– Да, у них в доме давящая энергетика, – признала кошка.
 
– Не в этом дело, – хмыкнул Тандекар. – Воронцов стал официальным кавалером принцессы. А значит, его личная жизнь сейчас вызовет особый интерес и у папарацци, и у королевской службы безопасности. Начнут копаться в его прошлом, перебирать бывших девушек: одни в поисках сенсации, другие, чтобы оградить от неприятных сюрпризов особу королевской крови. Не хотелось бы, чтобы они вышли на Дашу, – тигр помолчал немного. – Если бы девушка осталась любовницей Воронцова, он бы защитил её. Поверь, в Управлении знают толк в шпионаже и маскировке. А так Даша очень уязвима. Поэтому пока не уляжется эта шумиха, они с Линой поживут у нас. Сторожам скажем, что забрали девочку-иномирянку на лето в целях оздоровления.
– А что? Отличный повод! – со своего места отозвался Найгас. – Отличная природа, ягоды, фрукты… Степь рядом. А там свежий воздух, целебные травы. Санаторий, одним словом!
Они тихо засмеялись. Дальше я уже не слышала, полностью погрузившись в сон.
Так я с Линой снова оказалась в доме Виджея Тандекара. Оборотни делали вид, что ничего особенного не произошло, как будто мы никуда и не улетали. А девочки радовались, что снова вместе. Линочка теперь была совсем другая: живая, улыбчивая. Всё чаще по дому звенел её весёлый голосок. Дочка с удовольствием играла с Деви и Милой, а я… бессовестно пользовалась этим.
Я почти не выходила из комнаты, или брала книгу и делала вид, что читаю, пока думала о своём. Я была настолько выбита из колеи, что не понимала, как мне жить дальше?! Что будет с моей работой в Управлении? Ведь опека давно снята, и я обеспечиваю свою семью сама. Раньше всеми этими вопросами занимался Артём, я только получала зарплату. А сейчас?.. Мне до сих пор казалось, что я сплю. У меня была такая счастливая жизнь! Я же не мечтала ни о чём сверхъестественном! Ни о троне, ни о всевластии. Мне хватало Лины и Тёмы. И вот осталась ни с чем! Пустышка…
Оборотни пытались мне помочь: давали поручения, занимали разными делами, чтобы я не была одна, чтобы не думала ни о чём и ни о ком. А я жила по инерции. Делала всё, что мне говорили. Гуляла с девочками, учила их песенкам и танцам, помогала Тосе на кухне. Эта была словно игра на сцене: ты перед всеми изображаешь довольного жизнью человека и только волнуешься, чтобы не забыть роль. Иногда даже начинаешь верить в то, что изображаешь… Только наедине у меня получалось расслабиться. Я часто уходила в густой сад. В его глубине был пруд с кувшинками и деревянная беседка. По-моему, она как-то связана с дедом Калины или другим родственником. Красивое сооружение! Не спорю! Но я любила сидеть на мостках, греясь в солнечных лучах. Болтала ногами в тёплой воде, смотрела на стрекоз и думала, переваривала случившееся.
Я никогда не соглашусь делить любимого человека с другой и не стану содержанкой. А ведь именно эту роль уготовил мне Артём, прикрываясь красивыми фразами. Да, я сделала правильный выбор! Но стоило ли допускать его? Стоило ли начинать отношения с Воронцовым? Как-то я спросила об этом у Калины.
– Глупо было надеяться, что сильный маг выберет такую, как я. Да?
Кошка помолчала немного.
– Наверное, у каждого своя история, Даша. Думала ли я, что Воронцов играет с тобой? Думала. В конце концов, Артём не просто сильный маг: он наследник знатного рода и его отец – приближённый короля. От этого просто так не отмахнёшься… – женщина посмотрела на меня. – Как бы там ни было, мне кажется, Артём любил тебя. Но любил с оговорками, с условиями.
– Хотел найти компромисс между любовью и долгом?
 
– Да.
– А компромисс в любви не возможен, – криво улыбнулась кошке. – Я помню, ты говорила.
Калина поджала губы.
– Если такой компромисс случается, то один из договаривающихся точно не любит, – она сжала мою ладонь. – Не кори себя!.. Твоей вины в произошедшем нет! А Артём ещё пожалеет.
– Вряд ли, – усмехнулась я.