И вырастут крылья (СИ)

Я расспрашивала мага о работе, о ковене, хотя понимала, что никогда не попаду туда. Мне было всё равно, о чём говорить, лишь бы не с Фёдором. А мужчина весь вечер задумчиво поглядывал на меня.
О том, что перестаралась, поняла после ужина. Я как раз присела с девочками у Йолльского дерева и примеряла пушистые белые перчатки – защиту от гигантского сказочного кота. Играясь, трогала носики Деви и Линнель.
– Как вы вели себя в этом году, детишечки?! Признавайтесь! А то защекочу-у-у!!!
Девочки хохотали, даже не пытаясь убежать.
Я вздрогнула от мужского голоса над головой.
– И впрямь как кошка!
Задрав голову, посмотрела на Федю. Он зло прищурился:
– …Даже, по-моему, течку от них переняла.
Начинается!
Я сняла перчатки и протянула их довольной ребятне. А сама посмотрела на мага. Тот, казалось, только этого и ждал.
– …Судя по тому, как ты вешалась на Эглингтона, у тебя или течка, как у оборотницы, или ты беспринципная сучка.
Словно кипятком в лицо плеснули. Я схватила Зарецкого за грудки, оттащила в сторону и прошипела:
– Ты совсем страх потерял? Что ты несёшь?! Тут же дети!
– А ты думала о детях, когда строила глазки Эглингтону прямо при невесте?
Я нервно хохотнула.
– Ты пьян, Зарецкий!.. Мы просто общались!
– Угу! Поэтому они с Меридит сейчас сбегают с праздника?
Виджей позвал Фёдора, и я осталась одна. Огляделась по сторонам. Оборотни оживлённо разговаривали у камина. А вот магов нигде не было. Я вышла в холл и через окно заметила Мередит. Они действительно уходили. Тьма! Неужели Зарецкий прав? Я же ничего такого… Да, я любезничала с Эглингтоном, но без всякой задней мысли. Зачем он мне?
Стало стыдно. Я тихонько вышла на улицу. Было холодно. Магиня топталась внизу лестницы, зябко кутаясь в пальто. Она даже не стала ждать жениха в тёплом доме. Услышав шаги, Мередит обернулась и, узнав меня, поджала губы. Я сбежала по лестнице вниз, замерла перед девушкой.
– Мередит, простите… Вы не так поняли ситуацию. Я… я ни в коем случае не претендую на вашего жениха. Даже мыслей не было! У меня уже есть любимый человек, – я сглотнула. – Но другой мужчина оказывает знаки внимания, и я хотела показать, что он не интересен мне. Так получилось… Я сожалею…
Магиня внимательно посмотрела на меня. Взгляд оставался колючим и каким-то брезгливым.
– Не играйте людьми, девушка. Вы испортили вечер мне, ввели в заблуждение Клейтона… Если вам не нравится мужчина, найдите в себе мужество сказать ему об этом прямо.
Было неприятно и обидно. Особенно когда вышел Эглингтон и с откровенным страхом посмотрел на меня, наверное, боясь, что я снова обидела его невесту. Мередит протянула ему руку.
– Пойдём домой, Клей.
– Тебе плохо? – заволновался мужчина.
– Я устала…
Они ушли, кивнув на прощание и явно избегая моего взгляда. Стало ещё горше. Я стояла на морозе, пока не почувствовала лёгкое колебание от выстроенного портала: маги вернулись домой.
Сгребла снег и протёрла им полыхающее лицо. Я понимала, что сама виновата, а злилась на Зарецкого: если бы он не пришёл, ничего бы не случилось! Вошла в дом и сразу же натолкнулась на этого чёртового лекаря. Он разочарованно смотрел на меня. Ну, знаете ли!.. Я забрала зевающую Лину и, извинившись, пошла к себе. Праздник был испорчен окончательно.
В комнате немножко поплакала, пожалела себя, а потом… улыбнулась. Я ведь добилась своего: Зарецкий от меня отстал. А маги Земли… Возможно, мы больше и не увидимся – это раз, во-вторых, я извинилась и объяснила в чём дело. Да и Эглингтон не сделал ничего такого, чтобы невеста усомнилась в его верности.
Ночью, лёжа в постели, смотрела прямую трансляцию из Паг-Авита. Не потому, что у меня активная гражданственная позиция. Скорее, она у меня пассивная. Но я надеялась, что покажут Тёму. Он с родителями был в королевском дворце на праздничной церемонии.
Вот же он, мой Ворон! Я любовалась своим мужчиной. Он был такой красивый в чёрном костюме и ослепительно белой рубашке. Другие маги на его фоне меркли. Артём стоял рядом с отцом, спокойный, даже суровый. В то время как все веселились, поздравляя друг друга с рождением нового года, мужчина едва заметно, даже как-то снисходительно улыбался. Как же хотелось оказаться там, рядом с ним! В этот момент Воронцовы как раз поздравляли королевскую семью. Король что-то сказал Тёме и улыбнулся, услышав ответ. У меня мурашки по коже побежали. Даже не верилось, что этот маг со мной, что он мой! Артём поцеловал руку королеве и принцессам. А я помнила, как эти губы недавно целовали меня. Сладкая дрожь пробежала по телу, я заёрзала под одеялом, вспоминая нашу первую и пока единственную ночь вместе… Диктор нахваливал наряды принцесс (Ещё бы! У каждой – по отдельному стилисту!), особенно восторгался младшей Викторией – студенткой столичного университета, недавно вернувшейся после практики. Как-то слабо верилось, что принцесска действительно работала. Обыкновенный пиар! Вот такая я недоверчивая ко всяким родовитым магам… Тёма не в счёт! Он другой! Он удивительный!
 
Йолль – длительный праздник. В старину его отмечали целых тринадцать ночей! Сейчас так уже не делают. Но многие традиции сохранились, в том числе и обмен подарками. Я знала, что найду под Йолльским деревом яркие, разноцветные коробочки и пакетики от оборотней, Тёмы, Ирки Беганской и приготовила ответные сюрпризы. А вот увидев подарок от Феди, очень удивилась. После того вечера мы больше не общались. Я с опаской развернула упаковку и потрясённо уставилась на магоснимок в рамке. Зарецкий запечатлел нас с дочкой в парке рядом с клиникой. Я протягивала Лине руку с падающими снежинками, а она в ответ улыбалась. Красивый снимок! Живой, добрый! На него смотришь и улыбаешься, чувствуя невидимые ниточки, связывающие меня с крошечкой. Ай да Федя! Удивил! Приятно удивил! И в следующую минуту мне стало стыдно, потому что ему праздничный сюрприз я не приготовила… Как же сложно с этим магом! Я не знала, как быть! После той ссоры успокаивала себя тем, что мужчина, наконец, отвязался. А тут такой подарок! Я этот портрет полдня из рук не выпускала, налюбоваться не могла!
В это время позвонил Никита. Я была рада слышать своего «лордика».
– Как дела?.. – заметила стопку книг за спиной парня. – Сессия подкралась незаметно, да?
Младший Воронцов шутливо надулся.
– Весело тебе? Ну-ну! – он уставился на портрет. – Недурственно!
– Мне тоже нравится! – я заулыбалась, снова любуясь собой и дочкой. – Вот только что подарить в ответ?
– А кто это тебя так осчастливил?
– Маг, который лечит Лину.
Никита хмыкнул:
– Лину лечит, а тебя снимает?
– Ты на что намекаешь? – угрожающе нахмурила брови, показывая, что тема для шуток неудачная.
– Ни на что, – парень примирительно вскинул руки.
– Правильно. Скажи лучше, что ему подарить в ответ?
– Это подарок другу или?.. – Кит выразительно поиграл бровями.
Я растерянно смотрела на мага: это что за намёки? Он разве не знает о нас с Тёмой?.. Хотя может, и не знает. Артём живёт отдельно. И серьёзные отношения между нами начались относительно недавно. До этого визиты Воронцова больше напоминали деловые.
– Нужен подарок очень хорошему лекарю, – ответила я Никите.
Приятель пообещал подумать, а вечером прислал штоф. На первый взгляд универсальная вещь, подходящая любому мужчине. Но это же Никита выбирал, а он в простые магазины не ходит!.. Штоф был ручной работы и по форме напоминал глобус. Я узнала очертания нашей Паглаомы, маленькой Тесории и таинственного Камингавана. А внутри шарика с золотистой жидкостью плавал кораблик. Красиво!
 
– Бренди, восемь лет выдержки… – нахваливал покупку Никита.
– Бренди, восемь лет выдержки!
На следующий день, стоя в кабинете Феди, повторяла я. Но что-то мне не понравилось лицо лекаря, когда он развернул упаковку.
– Спасибо.
Он отставил штоф и подошёл к окну. Я сникла, понимая, что не угодила с ответным подарком. Через силу улыбнулась.