Хищники жаждут ночи (СИ)

Но вот, один из них, наконец, остановился.
– Сидит уж третьи сутки так. Может он сдох? – Донеслось из зеркала приглушённое.
– Молчи, дубина, – раздался другой голос. – Рот открывать запрещено, я тебя сдам магистру, ещё слово…
Охранник брякнул в ответ уже что – то неразборчивое, но явно матерное. И встал прямо перед Рикардом! В груди ахнуло, когда увидела его спящее лицо, прямую осанку и мощь. Высший был неизменно прекрасен. И невозмутим. Глаза его были закрыты, словно он медитирует, и вот – вот взглянет.
– Рикард, – вырвалось у меня даже не из уст, а из самого сердца. – Я свободна, со мной всё хорошо…
Высший открыл глаза! Ясные, впивающиеся в суть, словно пребывал в сознании и не спал вовсе! Изображение дёрнулось и пропало, сменяясь мельканиями. Началась суета, вероятно, охранник испытал серьёзный стресс и отшатнулся. Через мгновение зеркало буквально вытолкнуло моё сознание из далёкого пространства, отразив недоумение на собственном лице и лёгкий испуг.
Он услышал меня? Как же мне этого хотелось.
Наступило утро и пришло спокойствие на сердце. Он жив, и это самое главное. Но пора собираться в путь. Здесь я всё равно не останусь!
Вышла из пыльной библиотеки с превеликим удовольствием, воздуха действительно не хватало. Во дворе вовсю суетились монашки, хлопая глазами, ибо недоумевали, где же две злобные бабули.
– Сюда подойди, – скомандовала я послушнице, что возилась с сеном.
Девочка подскочила с видом самой послушной собачки.
– Да, Матушка… – зачирикала с глазками в землю. Надо же, и без рясы узнают, хмыкнула себе под нос.
– Тебе ответственное задание! – Воскликнула торжественно.
Раздав задачи всем попавшимся, я вскоре уже выбирала себе в стойле лошадь, из тех, что оставили разбойники в наследство.
– Вот ваши вещи, Матушка, – прибежала послушница, резво выполнив моё поручение.
Серебряный браслет, кинжал и даже чётки нашлись. Вторая следом принесла узелок с едой в дорогу.
Провожали меня всем монастырём со слезами на глазах. Маленькие лицемерки.
Двинулась сперва к опушке, где свои пожитки зарыла. Их нашла быстро, а вот пса и след простыл. Судя по всему, гончая преспокойно дождалась заката и умчал за своим кланом. Ну и славно, в седле на нормальном чёрном коне чувствовала себя на удивление уверенно. Руки помнят, копчик, похоже, тоже. Взвыл уже от рысцы. Что будет от галопа – страшно подумать.
Но я не отчаялась, а с ветерком рванула в направлении, где ещё ночью видела дирижабли.
Мча по зелёному лугу вдоль реки, я вдруг подумала, что переоцениваю силы и собственное обаяние. Одно дело, когда решилась на сотрудничество с подлой Беатрисой: с идеей нагнать с вампирами королеву, постоять в сторонке, пока они всё сделают сами. И потом обнять Рикарда да попросить кое о чём.
Совсем другое – появиться в столице империи и просить аудиенции у самого императора! Ладно, в те времена я была заслуженной дворянкой с землями и войсками, с огромной группой поддержки в виде всяких там… и решимостью землю рыть да небеса разгонять за спасение сестры… а что теперь? Собственная шкура на кону. При этом лук – браслет и вампир Трой – всё моё подспорье.
Выдохнув остатки гонора, повела лошадь спокойнее.
Куда мне торопиться? Если верить зеркалу, Рикард уже в заточении у императора. Его тщательно охраняют. Раз высший в истерике не бьётся, его всё устраивает. Вампиры ведь могут спать веками, насколько знаю. А точнее предполагаю.
Хотелось бы верить, что он услышал меня через зеркало. Что это не совпадение. Тогда Рикард воспрянет духом и будет держаться дальше! И перестанет плясать под их дудку и подчиняться, зная, что я свободна, как ветер. Это важно для меня. Очень важно, чтобы он не пал духом. Хотя, с другой стороны, такое сложилось ощущение, что высший просто выжидает. Копит силы с сарказмом. И при случае покажет им всем, кто такой принц Ривара, и чего он стоит.
Возможно, Беатриса сумеет вызволить его. Почему – то в ней не сомневаюсь, слишком подлая и изобретательная. Спасёт Рикарда, а потом они найдут меня. Или не найдут, если не захотят. Может, стоит поискать себе тихую спокойную избу в заброшенной деревеньке и начать восстанавливать хозяйство, как в былые времена?
 
Ха, на этот раз у меня же куча денег! Возможно, стоит подумать о другом имидже? Не воительнице с вымышленным титулом, а купце! Нет, не курице, точно вам говорю – купце.
Почему из меня не может выйти вполне сносный предприниматель? Да с моими – то знаниями! И теми богатствами, что припрятала! Так, прежний план стоит несколько переработать. Голодранкой без свиты в столицу соваться не стоит. Интересно, а много до неё ещё километров?!
И действительно, куда спешить, когда стану богатой и известной, смогу нанять кучу сыщиков, которые найдут мне Виери. Отберу свою подвеску с поддержкой Рикарда и со спокойной совестью вернусь домой. Конечно, если к тому времени адепт не растащит фиолетовый камень Клесаны по кусочкам или не спалит с его помощью всё Заморье…
По ту сторону реки заметила всадников. Они, как и я шли вверх по реке, против течения. Поначалу скакали далеко и очень быстро, на горизонте виднелись лишь дёргающиеся макушки. А когда заметили меня, пошли на сближение и замедлились.
Спустя минуты императорский патруль из пяти конников шёл параллельным курсом уже на расстоянии метров в семьдесят, делая вид, что я им не интересна. И тот мост основательный из брёвен, что показался вдалеке, тоже не так важен.
Скорее всего, побоялись спугнуть, и не гнать, если драпану сейчас перпендикулярно реке или вообще назад. К тому же, с моей стороны берега примерно в километре начиналась чаща, переходящая в солидный лесной массив.
Не испытывая лишний раз судьбу, решила притормозить лошадь у самого берега. И поздороваться на безопасном расстоянии.
Всадники верно истолковали мои намерения, и тоже пошли на сближение. С моей стороны берег был в этом месте крутой, а с их – пологий. Поэтому я возвышалась над их группой в серых мундирах. При ближайшем рассмотрении знакомых лиц, увы, не обнаружила.
Первыми поздоровались мужчины. Один поднял руку вверх. Река шумела не так сильно, но, видимо, всадник не хотел повышать голос с утра, поэтому не удостоил даже голоса.
– С добрым утром, добрые господа! – Удостоила их я, запоздало вспомнив, что без косметики и голова не мыта.
– Утро добрым не бывает! Ты задержана! – Раздалось из уст всадника, лошадь которого, воспользовавшись моментом, активно хлебала из реки.
О, как!
– И на каком таком основании? – Бросила им свысока.
– Вчера местное ворьё напало на войсковой обоз, приказ командира корпуса, задерживать подозреваемых и обыскивать!
Ещё чего! Честно найденные драгоценности будут конфискованы, к гадалке не ходи.
– Вообще – то, я Мать – настоятельница Валерия из монастыря Явления Четвёртого, где вы обычно с чистой совестью брагу берёте! – Заявила. – Как только ваши языки повернулись озвучить столь гнусные намерения касаемо меня!
– Да какая ты настоятельница? – Крикнул второй с иронией. – Мало того, что с неделю назад захаживая, мы тебя в монастыре не заметили, так ещё конь у тебя ворованный!
– В смысле ворованный?! – Опешила.
– Седло имперское – то ладно, – хмыкнул всадник. – Так я отсюда клеймо казённое вижу!
– Что, серьёзно, а где? – Засуетилась, осматривая лошадь с седла.
– Вон, на левом бедре! Выше! Да, это, – стали подсказывать.
Действительно, на попе лошадиной ромбик с символом внутри, напоминающим «Э».
– Во, дела, – согласилась. – Так, а если такую продали, я – то что сделаю?
 
– Ха! – Усмехнулись бравые молодцы. – Продажа и скупка военного имущества империи карается одинаково!
– И как же?
– Ты как с неба свалилась! Казнью конечно! Поэтому спешивайся и жди нас!
– Вообще – то я её не покупала! – Решила извернуться и запела, как соловей: – Дело в том, что вчера к нам в монастырь наведалась банда грабителей под предводительством некоего Грима. К счастью неподалёку оказался ваш разъезд из третьего корпуса армии генерала Нельса. Барон Вальтер кстати, мой хороший друг, пусть и познакомилась с ним не так давно, но уже успела оценить гостеприимство лагеря. Так вот преступников застали врасплох и перебили ваши славные рыцари. Лошадей от банды оставили в монастыре. Ну, я взяла одну напрокат. Старшие сёстры Эльвира и Флоренция не дадут соврать.