С изюминкой (ЛП)

Патрик опустил руки на бёдра и сел на скамейку.
— Не говори чуши, Куп. Он выше нас обоих на четыре дюйма.
Купер улыбнулся, пока вёл мяч между ног.
— Да, но я легче.
Он повернулся и сделал тренировочный бросок.
Я хмыкнул, поскольку мяч заскочил в кольцо.
Он дернул подбородком в мою сторону.
— Ты готова, сучка?
Я схватил мяч и пожал плечами, начав вести.
— Не знаю, ты же не будешь плакать, если проиграешь, или ещё что-нибудь типа того? — я сделал бросок и попал точно в кольцо.
Купер усмехнулся, подошёл и взял мяч.
— Один раз. Это случилось всего один раз, и только из-за того, что мне что-то попало в глаз. — Он бросил и промахнулся.
Патрик фыркнул.
— Точно. — Я поймал мяч и побежал к трехочковой линии, чтобы бросить. Цепи звякнули, когда мяч прошёл через кольцо.
Купер поймал его и повёл.
— Играем до семи очков. Считай.
Он кинул мяч мне, и я бросил его обратно, прежде чем он рванул вперёд.
Он добрался до своей половины площадки, и я развернулся спиной к кольцу, выставив руки вперёд и качаясь перед ним. Смотрел в его глаза и знал, что произойдёт. Когда он сымитировал бросок, я бросился вперёд и перехватил мяч, довёл его до трехочковой линии и сделал бросок. Мяч отскочил от кольца.
Я застонал, а Купер с Патриком засмеялись.
— Игра окончена, дылда.
Купер вернул себе мяч, и мы двигались по площадке. Я блокировал его, пока он не прорвался и не побежал вперед. Мяч завис в воздухе, но я подпрыгнул и достал его, прежде чем он успел уйти слишком далеко.
— Сказал же, Куп, — Патрик соскочил со скамейки, когда я поймал мяч.
Я ушёл обратно на трехочковую линию, засмеявшись. Купер не был счастлив.
Он сощурил глаза, пока рассматривал меня.
— Не могу дождаться, когда увижу Мэгги в четверг.
Я наклонился ниже, нахмурившись.
— У тебя нет и шанса, засранец.
— Ты уверен в этом?
Моим ответом был удар плеча в его грудь, когда я бросился мимо него и пошёл к броску из-под кольца. Бросок из-под кольца я и сделал. Резко развернулся и указал на него.
— Держи свои руки подальше от моей сестры.
Купер рассмеялся.
— Ты слишком легко ведёшься, чувак!
Я схватил мяч и повёл обратно на трехочковую линию с Купером возле себя. Он перехватил мяч при первой возможности и пытался в прыжке сделать бросок, но я ладонью остановил его, забрал мяч и сделал свой собственный.
Я повеселел, когда попал.
— Ну как, слишком легко, ага, придурок?
И поднял руки вверх. Купер схватил мяч и кинул его мне.
— Будь ты проклят, высокий сукин сын.
Я искоса смотрел, когда вел мяч.
— Как Астрид? Я видел вашу фотку в «Us Weekly», как вы закупались в продуктовом магазине на прошлой неделе.
Он перекрыл мне путь
— Что, Шекспир немного утомил тебя? Мы были на двенадцатой странице, так что я рад, что ты нашёл время, чтобы полистать.
Я попытался обойти его, но он стоял на моём пути.
— Я даже не знаю, плохо ли то, что ты знаешь, на какой именно странице вы были?
Патрик рассмеялся, и я резко развернулся и рванул вперёд, только шаг перед ним, но с достаточным расстоянием, чтобы кинуть в корзину. Но промахнулся. Купер побежал за мячом, пока я наблюдал.
А затем наклонился, уперев руки в колени.
— Сейчас твой единственный шанс, так что постарайся.
Купер улыбнулся и подошёл ближе, удержав мой взгляд. Я двинулся с ним к линии.
— Раз уж ты спросил, Астрид по-прежнему великолепная, как всегда. Но это поднадоело.
Я следовал за ним шаг за шагом.
— Пришло время поменять это?
— Возможно, мне пора узнать поближе Лили.
Раздражение нахлынуло на меня, но я остался на своём месте.
— Мечтай.
— У Лили всегда есть специальная улыбка, только для меня. Я имею ввиду, блин, эти сестры Томас горячие.
Гнев вспыхнул в моей груди при мысли о Купере и Лили, и я запнулся. Купер воспользовался открытым положением, резко обежал вокруг меня по площадке, чтобы сделать бросок. Я кипятился, когда вернул мяч и остановился возле кольца. И кинул в него мячом.
— Твой мяч, урод.
— Ау, мужик, — сказал он со смехом, когда мяч попал ему в бедро. Ему повезло, что он отошёл — я целился по его яйцам.
 
— Четыре к одному. — Я двигался перед его носом и держал руки низко и готовыми, нацеленными, пока он вёл мяч. — Посмотри на себя: весёлый и свежий, в три часа дня. В чём дело, не перепало прошлой ночью?
Купер фыркнул, пока вёл мяч между ног.
— Я думаю, мы оба знаем, что это не проблема для меня.
Я смотрел, ожидая удобного случая.
— Должно быть, чудесно быть богатым и безработным. Пока твой отец не перекроет кислород твоего банковского счета, как минимум. Когда это случилось снова?
Его улыбка дрогнула.
— Спроси мою маму.
— Сделал это вчера вечером. — Я схватил мяч и побежал к кольцу. Подпрыгнул, бросил мяч в кольцо, схватившись за него руками и болтаясь над землей. — Проще простого, ублюдок. — Я отпустил одну руку, чтобы показать ему средний палец.
Мы с Патриком рассмеялись, когда я прыгнул на асфальт, и Купер опустил руки на свои бёдра, запыхтев.
— Ты прямо-таки сегодня гребаный комик, Уэст.
Я схватил мяч и покрутил его на моём среднем пальце, перед тем, как бросил на землю и повёл к трехочковой линии. Купер не говорил гадостей в этот раз, и я остался за линией, готовый закончить игру, двигаясь вперед-назад, пока вёл мяч. Сымитировал бросок, и он был так сосредоточен на отслеживании моих действий, что купился на это. Я обошёл его и в прыжке бросил мяч, задержав дыхание, когда он ударился о щит.
Я попал.
Не собираюсь лгать. Я, чёрт подери, утёр ему нос этим.
Но Купера не так легко выстебать, даже когда всё складывалось таким образом. Он просто покачал головой.
— Каждый чёртов раз.
Мои мышцы покалывали, послав крошечные электрические заряды вниз к моим бёдрам и икрам, когда я шёл к скамье и схватил свою воду снова, чтобы сделать глоток.
Патрик упёрся предплечьями в колени.
— Четыре игры подряд. Ты собираешься сыграть пятую?
Я занял место рядом с Патриком, который сидел на спинке скамейки.
Как только моя задница примостилась на сиденье, я знал, что не собираюсь.
— Неа. Зачем испытывать удачу? — я откинулся назад и попытался отдышаться.
Купер встал передо мной.
— Сегодня собираемся в «Habits» как обычно?
Я отрицательно покачал головой.
— Мне необходимо разобраться с бумажками, пока их не стало слишком много.
— Ты такой взрослый, — ухмыльнулся он.
Я фыркнул.
— По сравнению с тобой — возможно.
Он пожал плечами, наклонился и начал копаться в своей сумке в поисках воды и пары полотенец.
— Зато я ответственно пьющий. Это учитывается, верно?
— В каких-нибудь кругах. — Я закинул руки за голову и улыбнулся.
Купер сделал глоток.
— Есть какие-нибудь новости о твоём заявлении? Когда ты узнаешь, приняли ли тебя?
— Через пару недель. Я пытаюсь не думать об этом. — Он подал мне полотенце, и я протёр своё лицо.
— И как, это работает? — вопрос так и сочился сарказмом.
Я засмеялся и плеснул немного воды на полотенце, прежде чем повесить его на свою шею.
— Да не особо. Саймон Филлипс встречается на каждом углу, уже достал меня разговорами об этом, как напоминание.
Купер просто хмыкнул и поставил ногу на скамью, облокотившись на колено.
— Не позволяй этому уроду достать тебя. Да ни за что Колумбийский не выберет его вместо тебя.
Мне хотелось верить ему, но я покачал головой. Потому что лучше знал.
— Ты так думаешь, но у него есть статус и деньги, которых у меня нет.
— Но у тебя есть мозги и остроумие, которого у него нет.
— Это не всегда главное, и ты это знаешь. Но если я не получу место, то придумаю что-нибудь. Это не конец света, если мне придется получить свою докторскую степень где-то в другом месте.
Он посмотрел на меня так, будто всё понимал.