Заложница их страстей (СИ)
- Я рассчитывала на большее, - призналась я со вздохом.
- Моя маленькая леди, перенеси свои расчеты на более поздний срок, - посоветовал он и пояснил: - Я хочу жениться на тебе и только после этого вкусить сладость твоего тела.
О! Как благородно! Его брат так со мной не церемонился! Тюфу ты! Зачем я снова подумала о Роберте? А заодно вспомнила о ребёнке, которого ношу.
- Артур, - я потянула его за рукав и всё же добилась того, чтобы он завалился рядом со мной. – А тебя не смущает, что я ношу под сердцем ребёнка твоего брата?
Мужчина повернулся и так пристально посмотрел на меня, что я пожалела о вопросе.
- Меня ничто не смущает, так же, как не должно смущать и тебя. О ребёнке кроме нас двоих не знает никто, поэтому он станет нашим и ничьим больше. Это моя вина, что не оградил тебя от бесчестия, которому подверг тебя Роберт, а после не стал вмешиваться в ваши отношения, решив, что не стоит разлучать влюблённых. А сам ревновал, сгорая от любви к тебе. Но отрицал свою любовь, вышибал её из груди. Однако я не смог устоять перед твоим обаянием в тот момент, когда ты рассматривала наш замок. Увидел, какой ты бываешь непринуждённой и совершенно необыкновенной. Любовался тобой, а сам мучился, сожалея о том, что ты выбрала не меня, а Роберта. Это был переломный момент, когда я не смог больше отрицать свою любовь к тебе, хотя до этого старательно пытался гнать от себя это чувство, всячески издевался и насмехался над тобой, надеясь, что ты возненавидишь меня, и я сам тоже смогу ответить тем же. Но нет… Это не помогло.
- Хочу заметить, что ты был убедителен, - отметила я, вспоминая его отношение ко мне. – Казалось, ты готов убить меня в любую секунду, лишь бы я не коптила больше этот свет.
- О, да! Изначально я был зол на твоего брата, на тебя, на весь твой род, на весь мир и на себя самого, что не смог спасти своего брата от смерти. Он был самым младшим в семье и самым любимым. Поэтому я хотел отомстить Ларсам, смешав с грязью тебя и твоего брата. Но когда вернулся с боя и увидел тебя в разорванном платье, то понял, что Роберт надругался над тобой, воспользовавшись беспомощностью, и в тот миг во мне что-то перевернулось. Именно тогда я и понял, насколько ты ранима, и уяснил, что не могу ненавидеть тебя.
- Помнится, ты тогда усмехнулся и даже похвалил брата, - хмуро заметила я, выслушивая его исповедь, и передразнила, изображая его голос: - «Вижу, мой брат не заставил вас скучать, милая леди. Надеюсь, всем всё понравилось. Молодец, Роберт»!
- Прости, - еле слышно прошептал Артур, тяжело вздыхая. – После боя, пройдя чрез месиво разрубленных тел, смешанных с кишками и кровью, я не так воспринимал реальность. Изнасилование показалось достойной отместкой твоему семейству за смерть моих воинов при осаде крепости.
- Но потеря невинности изменила всю мою жизнь, - отметила я, думая о том, что именно после этого мне пришлось навсегда остаться в этой реальности. Пути в родной дом больше не было…
Впрочем, если бы Роберт не взял меня силой, то Артур продолжал бы играть в благородство, и я ушла бы из этой реальности, навсегда потеряв Артура. Так что нет худа без добра: своим поступком Роберт свёл нас с Артуром. Получается, что не будь Роберта, не было бы сейчас Артура. Судьба, порой, выбирает витиеватые пути, чтобы привести нас к счастью.
- Я не знал, что ты была непорочна, и не думал, что мой брат воспользуется твоей беспомощностью, - прервал мои размышления Артур. – Никогда не прощу себе, что не уберёг тебя. Помню, что когда увидел тебя в разорванном платье и понял, что Роберт сделал с тобой, вначале даже порадовался, что представительница семейства Ларсов обесчещена. Но следом нахлынуло сожаление, сочувствие, угрызения совести. – Было видно, насколько Артур погрузился в прошлое, что даже не заметил, повтора своих признаний. – И тогда я осознал, насколько ты уязвима, женственна и желанна. Причём желанна не только моим братом, но и мной. Я еле сдерживался, чтобы не последовать примеру Роберта. Но чтобы не соблазниться, старался быть грубым. Однажды чуть не сделал с тобой то же что Роберт, разорвав злополучное платье, но вовремя взял себя в руки. О, боги, как же я виноват пред тобой и как ненавижу себя за то, что подверг тебя насмешкам и издевательству. Этим я пытался отстраниться, не дать себе полюбить тебя. Но уже любил, только не понимал этого.
- А я тебя ненавидела, - призналась я, вспоминая, свою неприязнь к Артуру.
- Было за что! – рассмеялся он. – Но теперь всё в прошлом. Забудем, как о страшном сне. Поженимся и воспитаем нашего первенца.
Последние два слова он произнёс с особым выражением, давая знать, что принимает ребёнка Роберта, как родного. Отныне и навсегда в нашей жизни есть только я, Артур и наш с ним малыш.
Его слова настолько утешили меня, что я ощутила себя самой счастливой женщиной на свете. Чувство покоя и безмерного блаженства окутали меня коконом безмятежности. Мы прошли путь от ненависти до любви, и теперь всё изменилось. Больше не было страшного деспота, а был нежный спутник жизни. Теперь я знала, что значит быть рядом с настоящим мужчиной.
Повалявшись ещё немного, мы встали, освободили ноги лошади от пут, и пошли к замку. Ехать верхом не хотелось, и мы брели по пояс в траве, глядя в лазурное небо, вдыхая аромат лугов и гор. Моя голова шла кругом от пьянящих запахов и от событий, которые приключились со мной за последние несколько часов. Вот что значит быть счастливой, любимой и любить. А увлечение Робертом было всего лишь блажью, слабостью моего похотливого тела. Как хорошо, что всё сложилось именно так, а не иначе. Я шла, бормоча благодарственные молитвы, и просила бога, чтобы все перипетии остались в прошлом.
В замок Кепсон мы вошли поле полудня. Он был куда меньше замка Кхасс, да и города вокруг не го не было. Сам замок представлял собой большой двор, окружённый широкими стенами с бойницами, переходящий в добротные жилые помещения из камня с несколькими башнями. Серые стены замка будто осуждающе склонились над нами, а из каждого из окон высовывались лица и тут же прятались. Мне везде мерещились враги, готовые разлучить нас с Артуром, оттого и пугалась собственной тени.
Артур громко постучал в ворота, нам их тут же открыли, и привратник выпалил:
- Мы доложили правящему лорду Дэшли о вашем визите!
Поклонившись, он взял лошадь под уздцы и увёл, а мы прошли внутрь. Миновав двор, вошли в парадные двери замка. Сам замок был приземистым, отчего высокие деревья затеняли стрельчатые окна, и центральный зал казался мрачным и суровым.
- Здесь мы в безопасности, - Артур обнял меня, снова целуя в макушку.
Вниз по лестнице к нам уже спешил коренастый блондин в не заправленной в брюки рубахе и с босыми ногами: видно хозяин замка почивал, а тут мы, как гром среди ясного неба.
- Артур, дружище! – он подлетел к нам и стиснул друга в крепких объятиях. – Сколько лет, сколько зим! Я так понял, что ты решил сразу после свадьбы навестить меня, а потом вернуться и отпраздновать на широкую ногу?
Он галантно склонил голову, приветствуя меня, и, взяв мою руку, поцеловал запястье.
- Леди Мелисса Кхасс, рад видеть вас в своём доме.
- Э-э-э… - протянул Артур, перебивая его. – Извини, дружище, но у тебя устаревшие сведения. Я не стал жениться на Мелиссе. Так что пред тобой леди Илария Ларс и именно в стенах твоего замка она станет леди Иларией Кхасс.
Несчастный лорд Дэшли настолько опешил, что не сразу отпустил мою руку, моргая, будто это могло помочь ему дойти мыслью до идеи Артура.
- Да ты что? – наконец разразился он то ли радостью, то ли бранью, так сразу и не понять. - Неужели решил пойти против воли родителя? Сдурел совсем? Да ещё и взять в жёны леди Ларс! Ну и ну!
Наступила пауза. Я насторожилась, не зная, чего и ждать. Но, глянув на Артура, успокоилась: он улыбался во весь рот и хитро щурился.
- Скажи, замечательная затея! – подтолкнул Артур мысли друга в нужное русло. – Никто и не подумал бы, что я бунтарь.