Заложница их страстей (СИ)

Мы поехали. Конь, предназначавшийся мне, скакал рядом. Грудь Роберта грела меня, его руки, держащие поводья, не давали мне соскользнуть на землю. Артур ехал впереди, и я смотрела ему в спину, вспоминая, как совсем недавно с ним ехала я. Тогда это казалось мне чем-то волшебным. Красивый мужчина, о котором я часто вспоминала, прижимал меня к себе и уверенно скакал вперёд. Теперь же я сидела с его братом, который правил одной рукой, а другой поддерживал меня, будто я хрупкая фарфоровая статуэтка.
Я чувствовала, что время, проведённое в обществе Роберта, не прошло даром ни для него, ни для меня. Я знала, что нравлюсь ему, и осознавала, что он нравится мне тоже. Но при этом я испытывала влечение к Артуру, будто мне было необходимо заполучить этого мужчину любым путём. Только вот беда: я ему была не нужна. Он был учтив, вежлив, опекал меня, но не более того. Значит, то будущее, которое я видела во время своих ночных бдений, изменилось? Меня ждала неизвестность.
Ехали мы несколько суток. Останавливались на дневные привалы и ночевали в пещерах. Братья охотились, и мы жарили мясо на костре. Моё тело ныло так, что я украдкой плакала от нестерпимой боли. Поездка стала для меня особо жестокой пыткой. Роберт заметил мои страдания.
Вечерня прохлада забиралась под одежду, и я зябко жалась к костру, на котором шкварчал молочный поросёнок, надетый на вертел. У меня настолько сильно ныли ягодицы, бёдра, спина и бока, что я не знала как мне сесть, чтобы облегчить боль. В какой-то момент подумалось, что люди выбирают смерть потому, что больше не могут терпеть пыток. Походу, это был мой случай – ехать дальше я не могла. Пусть оставят меня тут. Я отлежусь, и, если не съедят волки, то доберусь до какой-то деревни, где и останусь. Ничего, я приспособлюсь жить среди селян. Возможно, именно там я и обрету своё счастье. Как знать?
Будто отслеживая мои мысли, Артур и Роберт смотрели на меня в четыре глаза и хмурились. Наконец поросёнок дошёл до нужной кондиции, и Артур разделил его на порции, выложив их на большие листья лопуха. Я взяла небольшой кусочек – аппетита не было, но стоило всё же поесть.
- Артур, Илария не может продолжать путь, - сказал Роберт, сочно вгрызаясь в хорошо прожаренный кусок мяса. – Не знаю, почему тебя, леди, никто не научил езде на лошади. Но сейчас тебе надо восстановиться. Думаю, что у тебя вместо розовой задницы чёрный синяк.
- Заткнись, - рассвирепела я, услышав про задницу. – Завтра утром вы поедете домой, а я какое-то время побуду здесь, а затем найду селенье и приживусь там.
- Это недопустимо, - отрезал Артур холодным тоном. – Ты под нашей опекой и пока мы живы, ты будешь рядом. Леди не может путешествовать одна.
Вот повеселил! Если на то пошло, то он с братом для меня представляются куда большей опасностью, чем та, которая мне, якобы, грозит.
- Леди? – вскипела я, сверкая глазами. – Только почему ты забыл о том, что я леди, когда похитил, чтобы шантажировать моего брата? Потом вы с братцем обещали отрубить мне голову и насадить её на кол! Но в итоге решили, что с меня хватит и изнасилования. А теперь, видите ли, вы опекаете меня! Как благородно!
От досады я запустила в Артура куском мяса и попала в грудь. Мужчина гневно выдохнул, отбросил свою еду и одним прыжком оказался возле меня. Он возвышался надо мной как грозный исполин, и источал такой поток ярости, что я сто раз пожалела о том, что рот открыла. Молчи дурак, умнее будешь. Вот уж золотая истина!
Схватив за предплечья, Артур рывком поставил меня на ноги и теперь смотрел с такой злостью, что мне показалось, сейчас убьёт. Но вместо этого он судорожно выдохнул и вдруг… впился в мои губы поцелуем. Это было настолько неожиданно, что я опешила и даже не осмелилась отбиваться.
Поцелуй был жёстким, требовательным, будто меня наказывали за что-то. В нём не было ни страсти, ни чувственности. Только агрессия.
Когда это закончилось, Артур отстранил меня на расстояние вытянутых рук и, сверля взглядом, спросил:
- Тебе было приятно? – я покрутила головой, хотя могла и не стараться, он не надеялся на ответ, и тут же продолжил: - Так вот, тебе должно быть известно, что одиноко идущая женщина представляется в глазах любого мужчины сексуальной игрушкой. Раз она без сопровождения, то не леди, а девка. И стоит тебе остаться здесь без нас, как первый встречный мужчина сделает с тобой всё, что пожелает, а ты даже не пикнешь. Тебя будут целовать так же грубо, как это сделал я, а потом сотворят такое, что смерть покажется тебе самым счастливым моментом твоей никчёмной жизни!
 
На какой-то момент я опешила, но тут же взбесилась.
- Я убью любого, кто попробует прикоснуться ко мне! – вскричала я, трясясь от негодования.
- Да? – его голос прозвучал ехидно. – Так отчего ты даже не сопротивлялась, когда я только что поцеловал тебя? Почему стояла, как столб? Или тебе понравилось? Может, повторим?
Не успела я даже сообразить к чему он клонит, как он снова впился в мои губы. Он бесцеремонно покусывал их, пробирался языком в мой рот, тискал мою грудь и даже ухватил за ягодицы. Всё было настолько неожиданно и стремительно, что я не сразу отреагировала. Меня целовал мужчина, поцелуи которого когда-то доводили меня до истомной дрожи, но теперь я не ощущала ничего кроме ярости.
Я сильно укусила его за губу и, что есть силы, дала коленом в пах. Артур вскрикнул, оттолкнул меня и упал на колени, болезненно зажимая причинное место. Глядя на него, я пожалела лишь об одном, что не могу прикончить этого самоуверенного гада. Возомнил о себе невесть что! Даже его брат был со мной куда деликатнее! Моя ярость кипела и пенилась. Пользуясь его беспомощностью, я выхватила меч из ножен, притороченных к его поясу, и ткнула остриём в бок Артура.
- Одно движение и ты подохнешь! – рявкнула я, нажимая на меч. Хоть я и не собиралась убивать его, но постоять за себя было святым делом.
- Ты в этом уверена? – фыркнул он и неожиданно перекатился так, что меч соскользнул, порезав на мужчине одежду, и вошёл в землю. Артур сделал подсечку, и я рухнула наземь, больно ударившись спиной о камни. Аж дыхание остановилось! Надо мной навис Артур. – И что ты сделаешь сейчас? – его голос выдал нотки мщения.
От гнева я задышала часто и глубоко. Моя грудь вздымалась, приковав к себе взгляд Артура. Попыталась вывернуться, ударить его, но он лежал на мне, придавив к земле. Собственная беспомощность настолько взбесила меня, что я дико завопила и вцепилась зубами в плечо мужчины. Тут же получила ответный удар основанием ладони в лоб. Снова ударилась теменем о землю. Сознание помутилось, но не покинуло меня. Вот же гад! Как мне избавиться от него?
Вцепилась ногтями в его спину и поцарапала. В ответ он дёрнул моё платье и многострадальные завязки, сдерживающие его, с треском разлетелись. Я оказалась нагой перед злым мужчиной, в намерениях которого сомневаться не приходилось. Силой раздвинул мои ноги, разместившись меж них и, встав на колени, с усмешкой посмотрел на открывшиеся взгляду прелести. Погладил, пощекотал клитор и неглубоко ввёл два пальца в лоно. Я завизжала, пытаясь вырваться, но он убрал руку и улёгся на меня. Мои вопли никак не воздействовали не Артура. Я поняла, что меня сейчас снова изнасилуют. Только вот в первый раз я и сама хотела секса, но не сейчас! Единственное желание, которое билось во мне, сводилось к стремлению избить негодяя, покалечить, избавиться от него любым способом.
В поисках защиты, отчаянно глянула на Роберта. Надеялась, что он стащит с меня брата и освободит от позорного насилия. Но вопреки ожиданиям, увидела его безучастное лицо. Роберт смотрел с некой долей интереса, будто пришёл на спектакль. Поддержки ждать было неоткуда. Неужели Роберту всё равно? Я взвыла от бессилия и закрыла глаза, ожидая самого худшего.
 
Глава 9
Но «худшего» не последовало. В какой-то момент я ощутила, что меня перестали придавливать к земле. Я открыла глаза и увидела, что Артур стоит на коленях между моими разведёнными ногами и испытывающее смотрит мне в лицо, словно спрашивает, достаточно ли он был убедителен в демонстрации моей беспомощности.