Сдам угол в любовном треугольнике (СИ)

— Конечно, родственники не в восторге, ведь дети младшей жены всегда на ступень ниже детей от старшей жены. Для рода отдать девушку второй женой не слишком почётно, но ты будешь женой наследника! Это перекрывает все неудобства! А король… Думаю, он переживает, как отнесётся к новости старшая жена, вернее, невеста лорда Денниса. И чем это всем аукнется.
— И кто она, эта старшая невеста? — мрачно поинтересовалась Наташа.
Но Арлиона не успела ответить, потому что появилась бонна, и девушки были вынуждены отправиться вслед за ней обратно в свои покои.
— Ах, какой потрясающий в этом году Приём! — шепотом переговаривались девицы. — Все нашли себе мужей!
— Леди! — строгий окрик бонны заставил дебютанток замолчать, и дальше они шли уже без разговоров.
Наташа отрешённо отметила, в какой комнате ночует Арлиона и вошла к себе.
Горничные суетились, помогая ей освободиться от бального наряда, смыть усталость и переодеться в домашнюю одежду.
— Ваш ужин, леди!
— Оставьте меня, — Натка махнула рукой, показывая, чтобы поднос с кушаньями просто поставили на стол и освободили помещение.
Только оставшись в одиночестве, девушка почувствовала, насколько устала.
Голова болела, ноги гудели, сердце ныло — словно не на балу побывала, а участвовала в марш-броске, да с полной выкладкой.
Наташа усмехнулась, вспоминая, с каким торжеством Адриан назвал её второй женой. Чуть не лопался от гордости!
Постой-постой, он обещал, что сможет её порадовать — так это он имел в виду новость, что берёт её в младшие жёны?
Захотелось что-нибудь разбить…
Девушка подошла к окну, бездумно уставилась в темноту ночи.
Может быть, и хорошо, что всё так случилось? Она ведь всерьёз задумывалась, не остаться ли в этом мире… Но стать второй… делить своего мужа с другой, заведомо обделить возможных детей и всегда оставаться в глазах всего королевства на вторых ролях — зачем ей такое счастье?
Если бы Адриан сначала спросил её мнение, если бы он потрудился рассказать ей, зачем и почему так поступает, попросил её руки… В общем, повёл себя, как положено, а не решил всё за них обоих, может быть, она ещё и попыталась бы его понять. Но так??? Сам решил, а ей, значит, слова никто не давал…
Наташа потёрла ноющие виски и машинально, почти не задумываясь, что делает, направила силу, с облегчением ощущая, как пульсирующая боль стихает, пока не исчезает совсем.
Вспомнив о ноющих ногах, она присела и принялась потирать лодыжки, вымывая силой усталость.
И словно очнулась.
А, собственно говоря, чего это она расстраивается? Это же прекрасно, что принц сразу показал, насколько мало его интересует её мнение! Могла бы повестись и остаться, а так — только домой!
«Пра-а-авильно, — раздалось в голове. — Поешь, тебе понадобятся силы. Поешь и ложись, отдохни. Я разбужу, как только все уснут».
«Мура, он собрался взять меня младшей женой, — с обидой пожаловалась Наташа. — Даже не подумал спросить — хочу ли я этого? А я ещё колебалась, думала, не остаться ли здесь навсегда! С любимым».
И всхлипнула.
Многострадальное сердце, казалось, плакало вместе с ней.
«Он, как все мужчины — все мысли только о себе! Лишь бы ему было удобно. А как при этом чувствует себя женщина, насколько для неё унизительно стать второй, делить своего мужа с другой, он и не задумывается! Вот, спрашивается, где он? Огорошил, и даже не потрудился прийти и всё объяснить!»
«Его сюда не пустят, — мурлыкнула кошка. — До завтрашнего утра дебютантки и холостяки не смогут увидеться. Это правило. Я слышала, как об этом говорила прислуга. Думаю, завтра он примчится к тебе, чтобы поговорить до обряда».
— Только меня тут уже не будет, — горько произнесла уже вслух Наталья и постучала кулачком по деревянной столешнице. — И пусть дома у меня вообще никого нет. Пусть Вадим тоже меня использовал, но он хотя бы не лгал о чувствах, не называл любимой женщиной и не вешал лапшу, дескать, он сделал свой выбор в мою пользу. Ты права, нечего реветь, всё что ни делается — к лучшему.
 
Девушка решительно оттёрла слёзы и встала.
— Прислушаюсь к твоему совету: немного поем и лягу. Ты точно разбудишь меня, если я усну?
«Конечно!»
— Вернусь домой, найду работу, доучусь… Может быть, смогу кого-нибудь полюбить… Со временем, — сама себя успокаивала девушка. — И забуду Делларию, как страшный сон!
Сказала и замерла.
— Мурка, а как же ты? Я-то вернусь домой, но раз мы связаны, что будет с тобой??? Ты не можешь пойти за мной следом, здесь твой мир, твой дом! Потом, на Земле нет магии, значит, у тебя не получится уменьшить размер, а зверя такой величины в городе невозможно спрятать. 
«Со мной будет всё хорошо, — отозвалась ум’мирри. — Отдыхай, сегодня ночью тебе предстоит много работы. Вернулся Ловерид и мечется, словно его кусают песчаные блохи, я побеседую с ним, а когда все уснут, проберусь в твои покои».
Некоторое время Наташа ещё пыталась вызвать кошку на разговор, но та больше не отвечала.
Видимо, Ловерид забрал всё внимание ум’мирри.
От разных мыслей пухла голова.
«Третья дверь от лестницы, — повторяла Натка про себя. — И — как символично! — три угла в нашем треугольнике — Адриан, я и пока неизвестная мне первая невеста. Прости, лорд, никогда не любила геометрию, особенно, многоугольники. И деление. В смысле, делиться мужем с другой или другими. Поэтому свой угол я уступаю… можно сказать, сдаю или дарю другой девушке! Арлиона будет тебе хорошей женой… Тем более, она не имеет ничего против участи леллин». 
Иномирянка подошла к двери и прислушалась — по коридору кто-то прошёл, вдали что-то упало, раздался недовольный возглас. Видимо, прислуга ещё не разошлась, да и дебютантки пока не спят.
Надо ждать!
Девушка вернулась в комнату, присела к столу, рассеянно оглядела уставленный кушаньями поднос.
Поесть и спать!
И помнить, что нужная ей дверь — третья от лестницы, главное, ночью ничего не перепутать! Потом надо успешно пересадить привязку и перенестись, прежде чем кто-то обнаружит несанкционированный портал. 
И уже дома она даст волю слезам… А сейчас ей нельзя раскисать, нельзя себя жалеть!
Она сильная. Она справится…
Наташа прилегла, не раздеваясь. Покрутилась, выбирая удобное положение. Закрыла глаза.
Перед мысленным взором тут же встал Адриан. Такой… необыкновенный. Такой потрясающий… 
Не её.
Никогда не был, а теперь никогда им и не станет.
Оказывается, всё это время, пока лорд расточал ей комплименты и кружил голову, он уже имел невесту.
Невесту, которая в скором времени станет ему настоящей женой.
А ей, Натке, он прочил запасную роль второй супруги, причём поинтересоваться мнением самой девушки даже не подумал. А она-то рассиропилась! Губы раскатала, решила, что он влюблён… Но ларчик просто открывался — какая любовь, о чём вы? Всего лишь нужно покрепче привязать к себе Агерит!
Что там говорилось в брошюре для Файтеров? Искренние, настоящие чувства Стабилизатора к Нападающему — главное условие для создания крепкой связи и неуязвимости Триады.
Вот он и старался.
Щекоча кожу, из глаза скатилась слезинка.
Натка стёрла её пальцем, размазала по щеке мокрый след.
«Я не буду плакать!» — прошептала, как мантру.
И провалилась в сон.
«Мррр! Вставай, пора!» — от прозвучавшего в голове голоса Натка распахнула глаза, но ещё несколько секунд пребывала между сном и явью.
А потом подскочила, как на пружинах — она сегодня попадёт домой!
Ну, не совсем сегодня. Вернее, не совсем домой, а только избавится от связи с Адрианом и покинет замок. Но это почти одно и то же!
Чернильная темнота мешала, и Натка привычно создала неяркий зорб — зажигать световой шар магического освещения она побоялась — а ну как заметят, что в покоях одной дебютантки горит свет? Лучше уж подсвечивать дорогу зорбом… У неё они, если честно, только на это и годятся — слишком слабые.