Сдам угол в любовном треугольнике (СИ)

— Думаю, лорд просто решил воспользоваться удобным случаем, и одновременно сделать два дела — представить королю нового Агерита и объявить о скорой свадьбе, — подтвердил её мысли Ловерид. — Потом, раз ты теперь у нас аристократка, пусть и из захудалого рода, то это твой Дебют. Без него тебя как бы и нет, понимаешь? Разумеется, допустить такое Его светлость не может — он при всех заявит, что ты Агерит, аристократка, и не свободна.
Натка машинально потёрла горящие щёки.
— И как ты собираешься меня возвращать? Что будет с Адрианом, когда я сбегу? — жалобно спросила она, осторожно отгоняя предательскую мысль — «А может быть, остаться?»
— До начала Приёма все дебютантки собираются в одной комнате. Они пьют успокаивающие чаи, знакомятся, делятся переживаниями, сплетничают — в общем, хорошо проводят время. Ты используешь эти часы с пользой, я научу, как и что тебе нужно будет делать, что и кому говорить. Навещу тебя ночью, когда светлости будут десятые сны видеть, а сейчас мне надо уходить. Постарайся вести себя естественно, помни, что лорд ничего не должен заподозрить! Я доделываю амулет, который поможет тебе не терять голову, передам его тебе за ужином.
Мужчина замолчал, прислушиваясь.
— Два дня, Наташа, продержись всего два дня, и я нас вытащу!
После чего ободряюще кивнул попаданке и скрылся за дверью.
Легко сказать — продержись. А как, если рядом с лордом ведёт, словно она наркоманка со стажем? И Адриан облегчать ей участь не спешит. Наоборот, при каждом удобном случае прикасается, обнимает, мимолётно целует, и тогда ей совсем плохо. Вернее, хорошо, но той частью разума, на которую притяженье не действует, она понимает все последствия этого хорошо.
К счастью, вечером Ловерид умудрился передать ей амулет.
Мужчина будто бы случайно встретился с ней возле столовой, покачнулся, теряя равновесие, и на секунду схватился за край Наташиного рукава.
После чего выпрямился, пробормотал извинения и за весь ужин ни разу в её сторону не глянул. 
Натка озадачилась — где же обещанный амулет? Украдкой осмотрела себя и решила, что он просто сплёл заклинание и «привесил» его на неё, когда задел за одежду.
Кстати, рукав…
Осторожно пощупав его, Натка уколола палец.
Булавка! Не английская, а такая — как гвоздик.
«Хоррошая вещь. Закрепи тщательнее», — мурлыкнула в голове Мурка.
Легко сказать…
Но исхитрилась наживулить булавку, словно та иголка, и Наташа собирается прострочить рукав.
С амулетом переносить присутствие и прикосновения лорда стало намного легче. Нет, Адриан ей по-прежнему нравился, но голову больше не туманило, и мозг не отключался.
Правда возникла новая проблема — как себя не выдать? Леона должна думать, что Натка по-прежнему под магией связи, да и Адриан тоже.
Пришлось искать в себе артистические способности. Говорят, в каждом человеке они есть, в той или иной мере. Видимо, Наткина доля пошла кому-то другому, потому что притворяться получалось из рук вон плохо. Спасало только то, что Адриан ей на самом деле нравился, а Леона слишком презрительно относилась к новоявленному Агериту, чтобы замечать нюансы.
Вечером, накануне дня Х, Леона, ворча, помогла Натке облачиться в бальный туалет.
Стоило затянуть на платье последний шнур, как в столовую, на время превращённую в примерочную — даже большое зеркало поставили — вошёл Адриан.
За дверью караулил, что ли?
— Ты очаровательна, — Натке. — Смотри, что я принёс — это дополнит туалет.
— Адриаш, к чему так её наряжать?
Молодая аристократка с неудовольствием наблюдала, как лорд извлекает из шкатулок украшения и собственноручно застёгивает на шее Наташи изумрудное колье. А следом вдевает ей в уши серьги.
— Какая-то Агерит, а вырядили, словно она… нам ровня! Ещё и фамильный гарнитур, Адриан? Да эти изумруды все высшие знают, что ты делаешь?
— НатаЛи не только Агерит. На этом Приёме она ещё и дебютантка, — заметил Адриан. — Я хочу, чтобы к ней относились с уважением.
— Какая она дебютантка? — фыркнула магиня, показательно закатив глаза. — С ведьминским даром, да ещё из лесу. Ни воспитания, ни образования. Только насмешим всех. Адриаш, ну, пусть она будет только Агеритом, а? Проще же! Представим её королю, он прикажет коронеру отметить изменение статуса нашей Двойки. И всё! Отправишь её куда-нибудь, да хоть на Рубеж. Посидит в доме, а мы потанцуем, я с другими леди пообщаюсь, а то с дежурством уже забыла, когда появлялась в обществе.
 
— Нет, Леона! Раз так удачно подвернулся «родственник», я не собираюсь упускать эту возможность! НатаЛи должны принять, если не как равную, то как достойную. Ей придётся везде нас сопровождать, и я не потерплю косых взглядов и шепотков за спиной. Никто не поверит в серьёзность отношений, если на ней не будет драгоценностей. А фамильный гарнитур лучше любых слов объявит о её статусе, понимаешь? У меня должно быть всё самое лучшее, если ты забыла.
— Чем больше думаю, тем меньше мне это нравится, — вздохнула леди. — Никакое родство не превратит её в ровню. Но раз ты так решил… не мне тебе перечить. Надеюсь, ты доволен её внешним видом?
Лорд кивнул.
— Тогда, с твоего позволения, я хотела бы удалиться. 
Лорд дёрнулся, явно собираясь что-то сказать, но девушка его перебила.
— Не беспокойся о новой игрушке, я пришлю ей свою горничную.
— Но Леона, я думал, что ты…
— Нет, больше я к ней и пальцем не прикоснусь. Адриаш, ты знаешь, как я к тебе отношусь, знаешь, что терплю её только ради тебя и Триады. Но хорошего понемножку. Достаточно, что я в течение нескольких дней, фактически, прислуживала этой особе — учила её, помогала одеваться, сдерживалась, когда на меня оскорбляла… Ты решил представить её не только Агеритом, но и дебютанткой — твоё право. Моё право — самоустраниться. В конце концов, завтра у меня тоже важный день. Я пришлю свою горничную. Ронита хорошо вышколена, она проследит, чтобы эта недотёпа не повредила наряд, а завтра поможет ей одеться, и сделает причёску. 
— Хорошо, Леона, я тебя услышал. Конечно, иди отдыхай. Помни, что я очень ценю всё, что ты для нас делаешь, — Наташа с возмущением услышала, как голос лорда смягчился и пробрёл те самые бархатные нотки, которые сводили её с ума. 
Захотелось топнуть ногой и уронить стул. А ещё лучше — перевернуть над головой леди во-он ту вазу с цветами. Воду и растения распределить по шевелюре леди, а саму вазу водрузить на голову лорду. Чтоб не думал ворковать с другой!
Р-р-р!!!
Откуда-то изнутри накатило спокойствие, вспышка ревности погасла, не успев натворить дел.
Натка выдохнула.
«Мура?»
«А кто ещё? — буркнула кошка. — Глупый котёнок».
— Ладно, я не сержусь, — подобревшим голосом произнесла магиня и добавила уже строже. — Надеюсь, ты помнишь, что вам обоим нужен магический покой?
— Леона, — с укоризной. — Я не мальчик.
— В том-то и дело, — мрачно заключила леди, — что не только ты не мальчик, но и она…
Натка напряглась.
— Не леди, — магиня произнесла не то, что ожидала иномирянка, но от этого фраза менее уничижительной не стала.
— Мы проведём эту ночь порознь, — спокойно ответил лорд. — Я не враг Триаде. Тихой и спокойной ночи, Леона! 
Всё время, пока маги делились мнениями и решали её судьбу, Натка таращилась в зеркало, делая вид, что кроме собственной внешности её сейчас ничего больше не интересует. Конечно, заявления леди обидны, но та и раньше не отличалась деликатностью, так что Натка почти привыкла. Главное, Адриан на стороне Агерита, а то, что Леона ревнует и злится — это только её трудности!
— Я доволен примеркой — наряд тебе чрезвычайно идёт, а камни придают поистине королевский блеск, — произнёс мужчина, как только за высокомерной магиней закрылась дверь. — Наверное, ты устала?
— Немного.
— Завтра для всех нас важный день, — продолжил Адриан. — Поэтому последуем примеру Эгиды, и разойдёмся по своим комнатам. Лёгкий ужин принесут прямо в спальню, я распоряжусь. Горничная поможет переодеться, — с последними словами он взял её руку и бережно поцеловал. — Я разбужу тебя сразу после рассвета, ведь вам с леди Леоной предстоит ещё сделать причёски.