Огонь внутри (СИ)
Авенир кивнул, не настаивая на подробном ответе. Некоторые время мы молча ели похлебку и устало смотрели по сторонам. Ну, точнее, Авенир смотрел, а я в это время искоса изучала его.
— С вами все в порядке? — наконец, решилась я. После свадьбы он стал чаще уходить в себя, но мало кто это замечал.
— А? — рассеянно спросил Авенир. Сфокусировав взгляд на мне, он улыбнулся и спросил: — О чем ты, Агата?
Я придвинулась ближе и, чтобы нас не подслушали, понизила голос.
— Ты сам часто говоришь, что я стала частью семьи, — оправдывалась я. — Поэтому я беспокоюсь. После скандала с Ирен и Каролиной ты подавлен.
— Я часто говорю, что ты стала членом семьи, — рассмеялся он, легонько толкнув плечом. — Мне очень приятна твоя забота. Давно никто не беспокоился о моем внутреннем состоянии.
— Ты пытаешься уйти от разговора, — прищурившись, заявила я.
Авенир снова рассмеялся и покачал головой.
— Хорошо, Агата. Тебе я могу довериться, — сдался он. — Я не могу перестать думать о Каролине, а мы договорились забыть обо всем.
— То есть Ирен тебя совсем не беспокоит? — удивилась я. Это странно, ведь она столько десятков лет являлась его официальной фавориткой.
— Тоска и одиночество могут толкнуть нас на глупые поступки. Например, связь с Ирен. Внешне она похожа на мою покойную жену, поэтому я поддался искушению. Но она забыла, что была только фавориткой. После скандала я отослал её в дальнюю часть поселения и велел не тревожить меня в ближайшие полгода.
Так вот почему она в последнее время не попадается на глаза! А я-то думала, Ирен сама, оскорбившись, переехала из дворца.
— А что с Каролиной? Она расстроилась? — спросила я и тут же поняла, какую ерунду сказала. Да чтобы Каролина расстроилась? Проще представить, что она своими руками выкинула Ирен из покоев.
Авенир, подумав о том же, криво улыбнулся.
— Она посмеялась. И прощались мы вполне спокойно. Но мы договорились, что на этом все. А мне… не хочется оставлять.
Я подавила улыбку, кусая губы. Не удивлена, что Авенира зацепила такая яркая женщина, как каринтийская королева. Но человеком она была сложным, поэтому нельзя было предугадать, как все сложится.
— Думаю, тебе нужно лететь к ней, — заявила я.
Авенир с сомнением покосился на меня.
— Да ну?
— Под благовидным предлогом, разумеется. Насколько я помню, эрибейская родственница Каролины обещала посмотреть на Алиру и попробовать исправить ситуацию. Лети в Каринтию вместе с дочерью. А ты, как любящий отец, никому, кроме себя, не смог доверить её безопасность.
— Я думал над этим, — признал он. — Но это будет уже после того, как я сниму с себя полномочия вождя. Отдав трон Ингвару, я смогу сосредоточиться на завоевании самой неприступной крепости на свете.
Месяц пролетел, как одно мгновение. И снова на моих плечах оказалась подготовка торжества, только на этот раз коронации. К счастью, при организации свадьбы опыта набралось достаточно. Так что все прошло гораздо легче. К тому же, я уже увереннее начала обращаться с фрейлинами, вмешательство Мастриды практически не требовалось.
Авенир и Ингвар тоже были заняты подготовкой передачи власти, но в ином аспекте. Большую часть дня они либо сидели в кабинете, разбирая документы, приказы и законы, либо уезжали по делам в любую точку поселения.
Так что видеться с Ингваром удавалось только по вечерам. Несмотря на занятость, к шести часам вечера он неизменно возвращался, чтобы поужинать со мной. И я тоже стала стараться закончить дела к этому времени.
Коронация — событие не менее значимое, чем наша свадьба. А может быть, даже больше. Шутка ли, уже практически тысячу лет драконами неизменно правит Авенир. С новым вождем — более молодым и готовым к резким реформам, — жизнь всех драконов изменится. На эту тему я даже говорила с Ингваром. Он не стал юлить и использовать отговорки, мол, не женское дело. Наоборот, с удовольствием поделился своими идеями касательно будущего драконов. Например, Ингвар планировал указать точные границы страны, забрав себе бесхозные территории Драконьих гор. Другим королевствам они были ни к чему, а нам могли помочь в развитии экономики, ведь в недрах гор хранились редкие минералы, уголь и даже драгоценные камни.
Эту идею я не просто поддержала, но и продолжила. За тем же ужином, когда Ингвар поделился идеей, выдала:
— Мне кажется, тогда стоит отметить на карте местонахождение драконьего поселения как столицы страны драконов. А еще дать название — и стране, и столице.
На лбу Ингвара возникла морщинка, но тут же его лицо посветлело.
— Ты абсолютно права! — воскликнул он и хитро улыбнулся: — Видимо, тебе придется помочь мне.
Весь остаток вечера и добрую половину ночи мы листали потрепанный увесистый фолиант — переводчик с древнего языка, на котором говорили драконы пять тысяч лет назад. Названия просто так, из головы, нас не устраивали, хотелось чего-то значимого.
В итоге нашли подходящее название для страны — Ардалион. С древнего языка это переводилось как «во имя мира». Очень символично, так как и Авенир, и Ингвар делают все, чтобы сохранить мир у драконов.
А вот со столицей ничего не получалось. Ни одно название не отражало того, чего хотел бы Ингвар. В конце концов, он сдался и отложил тяжеленный фолиант на пол, а сам рухнул на расправленную постель.
— Раэлин, — через несколько минут тяжелого молчания выдал он. — Столица будет называться Раэлин.
Я устроилась под боком и положила ладонь на живот супруга.
— Это что-то значит? — спросила я.
Ингвар прикрыл глаза и вздохнул:
— Очень многое. За века уединенного существования драконы окончательно перестали доверять чужакам, и горы стали закрыты для людей. Только один… точнее, одна женщина благодаря своей настырности и обаянию смогла пробраться к нам и покорить отца настолько, что он позволил ей остаться с нами.
Я догадалась, о ком он говорит.
— Ралина, — негромко проговорила я.
Племянница Катрея, полная света и желания жить. Она к чертям посылала свой образ древней вампирши и могла бы соперничать с любым смертным по доброте. Я видела её в замке Катрея мельком, почти все время она проводила вместе с драконами. Ралина, спасая жизнь Кассандры и новорожденного Рейна, погибла во время войны со Стаабом.
— Это она настаивала на восстановлении отношений драконов с другими государствами, — сказала Ингвар. — Ралина вдохновляла и меня, и Авенира, и своим примером показала, что не все люди ужасны. Думаю, столица должна называться в её честь. Как вечное напоминание о том, кто вернул драконов за пределы гор.
— Раэлин… — протянула я, улыбаясь. — Мне нравится.
Ингвар улыбнулся и потянулся вперед за поцелуем. Возражать я не хотела.
***
В день коронации я была удивительно спокойна. Если перед свадьбой все внутри тряслось, словно желе, то сейчас волнения не было вообще. Наверное, пришло понимание: это никуда не денется. Пусть во дворце на меня до сих смотрели косо, пусть я была недостаточно идеальна для роли правительницы и жены вождя. Все было неважно, потому что я не просто чувствовала, я знала, что Ингвар доволен мной. Вполне возможно, даже любит, потому что иначе те теплые чувства, которые он транслировал мне, описать сложно.
А драконы со временем привыкнут. Им уже некуда деваться — каяр связал нас с Ингваром сильнее самых крепких цепей.
Наряд на этот раз подобрала строгий: платье из плотной ткани с закрытым горлом и длинными рукавами. Белый цвет разбавлялся золотыми элементами: вышивкой на рукавах, горле и декоративном плаще, пришитом к плечам; металлическим поясом; а также кучей горизонтальных шнурков с пуговицами на груди, от чего верхняя часть платья напоминала военный мундир.
Словно подчиняясь настроению, волосы тоже не стали капризничать и разлетаться в разные стороны. Аврелия очень быстро соорудила высокую строгую прическу.