Огонь внутри (СИ)

Я рассмеялась, представляя эту картину. Строгий, собранный и даже немного жуткий Катрей — и вдруг стал сюсюкаться с ребенком. Картина, для меня немыслимая. Но ведь и Ингвар, при всей его вежливости и доброжелательности, ведет себя властно с подданными. Только мне позволено ощутить его нежность.
В зимнем саду действительно никого не было. Я уже знакомой тропой пошла к беседке, в которой однажды Ингвар устроил мне потрясающий ужин. Это ведь было совсем недавно, но мне казалось, что прошли годы. С тех пор наша связь стала еще прочнее и глубже.
— Здесь красиво, — оценила Кассандра, присев на скамейку.
Я устроилась напротив и принялась рассматривать её. Горделивая осанка, аристократически бледное лицо, яркие голубые глаза, брови вразлет — именно так выглядят сильные мира сего. Кассандра — королева, и останется ею даже в лохмотьях.
Именно поэтому в голове не укладывалось, как мы с ней можем быть равными. Я до сих пор ощущала глубокий трепет и благоговение перед ней, какой испытывала, будучи её личной служанкой.
— Ты смотришь на меня, как на богиню, — усмехнулась Кассандра, ничуть не смутившись. А вот я потупила взгляд.
— Прости, — повинилась я и замолкла. Столько всего хотела сказать ей, даже Ингвара пыталась попросить, чтобы Кассандра прилетела пораньше… а сейчас не знаю, с чего начать.
Кассандра, наверное, поняла мое состояние и начала первой:
— Как тебе жизнь в роли пары дракона?
— Довольно… странно, — призналась я. Мы обе рассмеялись, а потом я продолжила: — На самом деле, Ингвар очень хороший. Он старается угодить мне во всем.
— Я надеюсь на это, — фыркнула Кассандра, — потому что я прислала ему письмо с открытыми угрозами, что убью его, если он обидит тебя.
Ошалело захлопав ресницами, я уставилась на неё.
— Нет…
— Да! — со смехом подтвердила она и, пересев ко мне поближе, крепко обняла. — Агата, ты очень дорога мне, и я желаю убедиться, что ты будешь счастлива.
Я смущенно улыбнулась и обняла её в ответ. Тепло разлилось в груди, совсем такое же, когда стискивала в объятьях сестер.
— А кроме Ингвара? В целом драконы как тебя восприняли? — продолжала допытываться Кассандра и, заметив, как поникли мои плечи, хмыкнула: — Ну естественно, эти тысячелетние консерваторы недовольны человеком на троне. Как оригинально.
Я украдкой посмотрела в глаза Кассандры и призналась:
— Когда я начинаю говорить с кем-то во дворце, помимо Авенира, Ингвара и моих фрейлин, то сразу вижу фальшь, лицемерие и пренебрежение. Ингвар говорит, что я все придумываю, и драконы приняли его выбор.
Кассандра насмешливо приподняла брови.
— Классическое заблуждение, — заявила она. — Но Ингвар в любом случае тебе не помощник в этом деле. Нужно самой указать на место всем драконам. Уж поверь мне: когда мы временно расстались с Катреем и я стала правительницей оборотней в Агенории, меня, бастарда-полукровку, не все принимали. Мне пришлось доказать им, что я достойна.
— Но у меня-то нет твоей магии! — с отчаянием воскликнула я. — И силы. Мне нечего показать драконам.
Негромкий заливистый смех заставил меня вздрогнуть. Кассандра взяла мою руку в свою и, несильно сжав, ласково проговорила:
— Ты удивительно наивна в дворцовых интригах. Агата, тебе нужно завоевать доверие драконов. Но это не обязательно делать моими методами. Ты другая, и путь у тебя будет иным.
От горечи к глазам уже подступали слезы, но слова Кассандры вселили в меня надежду.
— Что ты имеешь в виду? — спросила я, вскинув голову.
— У меня был свой путь к трону. У Каролины тоже. И у Илоны, её и… моей матери. — Я заметила заминку, но ничего не сказала. Кассандра мало говорила о своей матери, которая бросила её еще при рождении. Такие отношения всегда болезненные. Но Кассандра не отрицала их родства, как и связи с Каролиной — они, кстати, довольно неплохо общаются. — Как ты помнишь, Илона — эрибейка. Она приехала в Каринтию, чтобы стать женой Сабина Кариона и, соответственно, королевой. Правительницей чужой страны, с чужим языком, традициями и обычаями. Её тоже не принимали, но Илона нашла способ стать нужной. Какой ты помнишь её на троне?
 
— Я была маленькой, когда короля Сабина свергли и Вормесс захватил Каринтию, — начала я, глубоко задумавшись. — Но отец рассказывал, что королева Илона была удивительной. Открытой, мягкосердечной, её чуть ли не боготворил народ за доброту и мудрость. Илона курировала много приютов и благотворительных организаций, а также повлияла на развитие культуры.
Размышляя вслух, я поняла, к чему вела Кассандра. Это же… так гениально и просто! Она улыбнулась, когда заметила осознание на лице.
— Вот он, твой путь, — кивнула Кассандра. — Общество драконов давно устоялось, сотни лет одни и те же лица, знать привыкла относиться к народу равнодушно. Покажи простым драконам свою теплоту и заботу, и они полюбят тебя. Дворян всегда меньше, им придется примириться с твоей значимостью.
Я поднялась со скамейки и нервно прошлась по беседке.
— Ты права, — выдохнула я. — Когда я оказывалась за пределами дворца, то эмоции драконов менялись. Им было любопытно посмотреть на меня.
— Для них ты такая же диковинка, как и они для тебя, — рассмеялась Кассандра. Я тоже усмехнулась, но тут же зашлась в панике.
— Боги, Кассандра, а что, если у меня не получится? Вдруг они не примут меня или послушают мнение высших драконов?
Перед глазами предстала картина пренебрежительных лиц драконов. Не только во дворце, но и в полях, на улицах, на рынке…
— Агата! — воскликнула Кассандра и тоже поднялась. Она обхватила мое лицо руками и мягко улыбнулась. — Не нужно трепать себе нервы без смысла. Все получится, хотя бы потому, что у тебя огромное сердце. Ты легко нашла общий язык со слугами в Серрате, помнишь? Ты сама мне рассказывала, что в Каринтии тебе комфортнее находиться в кухне вместе со слугами, чем на балу. Простые люди — и драконы в том числе — умеют отличить маску от искренней заботы. Готова поставить на кон свою жизнь: народ тебя полюбит.
Ингвар с уважением и нежностью относился ко мне, но не принимал мои слова об отношении драконов всерьез. Авениру я даже жаловаться не хотела. Сестры ничем помочь не смогли. Но один разговор с Кассандрой помог мне воспрянуть духом и найти силы, чтобы двигаться дальше.
Мы еще долго проговорили с Кассандрой. Плотину, что называется, прорвало, ведь только с ней я могла поговорить обо всех моих переживаниях. Кассандра для подобной роли в моем случае — идеальный вариант. Она когда-то находилась в схожей ситуации, ведь Катрея удалось полюбить не сразу. А еще она отлично ориентировалась в дворцовых интригах и понимала суть моих проблем.
Разговор с ней значительно повысил мою уверенность в себе. Когда Илария после долгих поисков обнаружила меня в зимнем саду, чтобы отвезти на финальную примерку платья, Кассандра вызвалась со мной.
В общем, день и вечер с ней благоприятно повлиял на меня. И даже когда она на следующий день перенеслась в Тиссен, чтобы вернуться завтра вместе с Катреем, я ничуть не расстроилась. После насыщенного событиями дня я решила немного прогуляться в одиночестве и оказать подальше от стен дворца.
Стражи во дворце вообще не предполагалось, драконы в своем поселении чувствовали себя защищенно. По той же причине Ингвар не стал приставлять ко мне гвардейцев, хотя в любой другой стране я бы наверняка была окружена телохранителями.
Немного поплутав по коридорам, я все-таки нашла выход на задний двор, где располагалась конюшня. За лошадками ухаживали тщательно, все стойла были вычищены. Конюхи даже не удивились моему появлению, они довольно быстро подготовили игривую лошадку, которая чуть ли не прыгала на месте от ожидания.
— Вы не переживайте, госпожа, Снежинка очень послушная девочка, — сказал один из конюхов, уже седой мужчина: он один из первых стариков, которых я увидела у драконов. — Она любит делать вид, что никого не слушает, но на самом деле заботится о своих ездоках.