Огонь внутри (СИ)

Первый день, когда Ингвар покинул покои, я откровенно заскучала. Делать нечего, смотреть в окно надоело. Если бы пришла Мастрида или хотя бы Корделия, я бы обязательно попросила принести мне какую-нибудь книгу или вышивку. Но никто не приходил, а дверь была заперта — это я выяснила опытным путем.
Перед тем, как уйти в следующий раз, Ингвар привел в покои кучу девушек. Увидев столько народу сразу, я едва не подавилась.
Медленно отложив вилку, я поправила халат и как можно спокойнее поинтересовалась:
— Ингвар, что происходит?
Он широко улыбнулся и взмахнул в сторону девушек. Они выстроились в ряд и настороженно смотрели на меня. Очевидно, тоже не понимали, что здесь делают.
— Это твоя свита, — объявил Ингвар. — Корделию ты уже знаешь. А это Ламора, Эстрелла, Мирабелла, Илария, Рагна, Аврелия, Катарина. И Серена.
Конечно же, я не запомнила их всех. Красивые имена, красивые лица — и все, остальное память отказывалась запечатлевать.
— Что ж, милые дамы, вынужден покинуть вас, — улыбнулся Ингвар. Он так и лучился энергией.
Перед уходом он уже привычно наклонился ко мне и поцеловал. Девушки проводили его взглядом и обернулись ко мне.
Аппетит от такого избыточного внимания тут же пропал. Я отодвинула тарелку и криво улыбнулась:
— Что ж, давайте я оденусь, а потом мы познакомимся поближе.
— Хотите я вам красивую прическу сделаю? — воодушевленно предложила блондинка. Она казалась очень юной, едва ли ровесницей Черити, но я уже привыкла, что возраст драконов не соответствует внешности.
Молчаливая Корделия помогла зашнуровать завязки на спине. Устроились в гостиной: только там хватило места для всех.
Меня рассматривали, точно диковинку. Никто не стеснялся своих взглядов. И разговор не начинали, так что напряженное молчание повисло в воздухе.
Скрывая нервозность за доброжелательной улыбкой, я предложила:
— У вас наверняка есть вопросы. Не стесняйтесь.
Девушки переглянулись, но задать вопрос первыми не решились. Только Катарина, стоявшая позади дивана, на мгновение перестала водить расческой по моим волосам и спросила:
— А это правда, что Ингвар похитил вас?
— Катарина! — тут же шикнула на девушку Корделия.
Я прикусила внутреннюю сторону щеки, сдерживая улыбку. Видимо, Катарина была одной из прелестных глупышек. Или просто наивная.
— Все в порядке, Корделия, — заверила я и ответила: — Да, это правда. Мы с сестрами были на пикнике, когда внезапно появился дракон и схватил меня. Несколько дней мы провели в лесу, прежде чем Ингвар сумел обуздать инстинкты и вернуться сюда.
Катарина ахнула. Еще одна девушка прикрыла рот рукой и все же решилась спросить:
— Ваши сестры ведь знают, что с вами все порядке?
— Ну конечно, знают, Мира! — фыркнула высокая девушка с длинными рыжими волосами. — Вождь наверняка позаботился об этом.
Та, которую назвали Мирой, смутилась и опустила глаза.
— Ингвар обещал, что скоро вся моя семья приедет и сможет со мной повидаться, — сообщила я, успокаивая Миру. — Нет причин не верить ему.
Девушка радостно улыбнулась, как будто я сообщила самую радостную весть.
— Госпожа, а… — вновь начала Катарина, но я её мягко перебила:
— Девушки, давайте договоримся сразу: называйте меня по имени и на «ты», как принято у вас.
Все облегченно заулыбались, и лишь одна, сидевшая дальше всех, вдруг бросила:
— Мы специально обращались к вам так, как принято на вашей родине. Хотели сделать приятное.
Судя по голосу, она не приятное мне хотела сделать, а глаза выколоть и вместо бус носить. Да и вид у неё был довольно огорченный.
Я внимательно посмотрела на это кукольное личико, светлые локоны и нежно-зеленое платье, а потом произнесла:
— Напомни, пожалуйста, как тебя зовут?
Печаль в голубых глазах на миг сменилась злостью, но тут же погасла. Теперь они ничего не выражали.
— Меня зовут Серена, госпожа, — негромко произнесла она.
— Серена… Мне очень приятно, что вы решили порадовать меня и обращаться так, как положено в Каринтии. Однако, — добавила я, — если уж и следовать правилам моей страны, то тебе следовало бы называть меня «леди» или «миледи». Обращение «госпожа» относится к мещанкам и нетитулованным особам.
 
Взгляд Серены не отрывался от моего лица. Она тяжело сглотнула.
— А вы титулованная? — хрипло проговорила она.
— А я титулованная, — подтвердила я. — Я старшая дочь князя Гидеона Вианора, министра образования Каринтии. И, соответственно, сейчас ношу титул княжны. Впрочем, я увлеклась, — улыбнулась я. — Я лишь хотела сказать, что скоро стану супругой Ингвара, так что Каринтия перестанет быть моей родиной. Думаю, сразу стоит привыкать к обычаям вашего народа, верно?
Девушки меня поддержали. Они наперебой стали рассказывать, как рады познакомиться и войти в состав моей свиты. Я кивала и улыбалась, но мысли мои улетели далеко.
На самом деле, мне было стыдно за свои слова. Никогда раньше я не кичилась своим титулом, наоборот, старалась упоминать о нем поменьше. Но что-то в тоне Серены насторожило меня и заставило немного огрызнуться в ответ.
Найти контакт с девушками оказалось легко. Все они были по-своему милы, и даже Серена в какой-то момент оттаяла и начала улыбаться. Чем чаще она это делала, тем искренней становилась её улыбка.
Скромная Мирабелла оказалась талантливым музыкантом. Она виртуозно управлялась, казалось бы, со всеми музыкальными инструментами! Жаль, конечно, что в моих покоях не было фортепьяно, однако Мира принесла скрипку и сыграла нам изумительные мелодии.
Катарина, как я и предполагала, оказалась очаровательной пустышкой. Глупенькая девочка, которая только и умеет, что хихикать и красиво выглядеть. Впрочем, у неё было свое очарование. Катарина полюбилась мне даже больше, чем все остальные из-за своей детсткой непосредственности.
Корделия оставалась для меня загадкой. Чаще всего сидела где-нибудь в стороне и вышивала. Иногда она врывалась в неспешную беседу, одергивая кого-нибудь или поправляя. Складывалось впечатление, что она по рангу была выше, чем остальные. Да и тот факт, что её представили раньше остальных, тоже о многом говорит.
Имена остальных девушек я до сих пор путала и не разобралась, каковы были они внутри. Но общение с ними пошло мне на пользу. Во-первых, я наконец отвлеклась от Ингвара. Пара парой, но находиться постоянно с одним человеком рядом было утомительно. И легкое щебетание фрейлин стало настоящим глотком свежего воздуха, даже несмотря на то, что раньше я не любила такие общества. Во-вторых, эти девушки — источник самых свежих сплетен. Ингвар в силу своей мужской природы не обращал внимание на сплетни и слухи. Он рассказывал мне о драконах, о самых важных семьях, однако сухо, как в учебнике. А вот мои фрейлины знали много секретов, поведали о побочных романах, об отношении семей друг к другу и много чего еще интересного.
В один из дней, когда фрейлины скрашивали мое одиночество, Ингвар вернулся в покои раньше обычного.
— Девушки, на сегодня вы свободны, — сказал он, махнув рукой.
Я отложила вышивку в сторону и встревоженно поднялась на ноги.
— Что-то случилось? — спросила я, делая шаг вперед.
Ингвар тоже шагнул ко мне и взял руки в свои.
— Случилось, — кивнул он и поцеловал костяшки на обеих руках. — Сегодня прилетел отец.
— И? — не поняла я.
Глаза Ингвара сияли.
— Думаю, я готов познакомить вас, — сообщил он, не скрывая широкой улыбки. Я улыбнулась в ответ.
— Правда?! — радостно воскликнула я. — Ты уверен, что сможешь держать себя в руках?
Ингвар привлек меня к себе и поцеловал.
— Ты всё делала, как нужно. Я чувствую твой отклик и верю, что уже могу контролировать себя.
— Тогда давай попробуем? — предложила я.
Ингвар повернулся к дверям, ведущим в коридор, и позвал:
— Отец!
Одну мою руку он продолжал держать, но не сжимал.
Дверь открылась. В гостиную заглянул темноволосый мужчина лет сорока. Взгляд его голубых глаз остановился на мне, и на его лице тут же образовались морщины от широкой улыбки.