Огонь внутри (СИ)

Каролина улыбнулась в ответ, но тут же отвернулась.
Тяжело, очень тяжело смотреть в глаза Якоба. Пять лет назад Каролина смотрела в такие же голубые глаза его отца, и с садистским удовольствием наблюдала за его медленной смертью.
Каролина любила племянника. И боялась того момента, когда придется ему объяснять, за что она убила его отца.
Авенир исполнил обещание, и за час до заката прилетел в Троаду. На этот раз, получив предварительно согласие Каролины, приземлился в саду и тут же обратился в мужчину.
На этот раз встреча была официальной со всеми вытекающими последствиями: расшаркивания, долгие переговоры, после которых гостей обязательно нужно развлечь и устроить бал. Так что перед встречей с королевой Авенира отвели в заранее подготовленные покои и дали время привести себя в порядок.
А пока и сама Каролина готовилась к балу. Вождь драконов привел с собой своих людей, как того и требовал этикет: правителя, прибывшего с официальным визитом, обязательно должны сопровождать четверо подданных. Именно поэтому нужно показать, что королева серьезно относится к их приезду и готовится тщательно.
Ох эти приличия, — думала Каролина, разглядывая себя в зеркале. Платье, подобранное камеристкой, не было пышным — два слоя юбки (нижний из шелка и верхний из легкой полупрозрачной органзы) не стесняли движений, но и не разлетались в стороны, точно платья Илоны, больше напоминающие воздушное облако. То, что надо для переговоров и последующего бала. Лиф из бархата приятно ласкал кожу. Он был полночно-синего цвета, юбка чуть светлее, ближе к голубому.
Мужские пальцы игриво прошлись по корсажу. Каролина ощутила легкий поцелуй на плече. Горячие губы контрастировали с её холодной кожей.
— Вы прекрасны, моя королева, — прошептал Марис, поцелуями подбираясь ближе к шее.
Каролина смотрела на это из зеркала и криво усмехалась. За спиной стоял её фаворит, а она представляла другого, давно мертвого мужчину.
…Данте обожал, когда она надевала платья, на время преображаясь в простушку-горожанку. Глаза его всегда темнели, и частенько он тут же рвал подол, чтобы ворваться в любимую женщину одним толчком. Никогда он не вел себя с ней, как с хрупкой вазой, но Каролина знала, что он отдаст за неё жизнь — собственно, именно это он однажды и сделал.
И она сильно сомневалась, что князь Марис Гемелл сделает для неё то же самое.
Тяжело представить жесткого, зачастую грубого мертвого любимого на месте этого нежного князька. Но Каролина не отрицала, что у Мариса есть свои таланты.
— Будь паинькой и жди меня в покоях после бала, — проговорила Каролина, отстраняясь и поправляя прическу.
Марис, как и обычно, проигнорировал грубость и томно улыбнулся.
— Надеюсь, до этого момента ни один из драконов не украдет ваше сердце, — заметил он.
Каролина встретила через зеркало его взгляд и подняла брови.
— Что за ерунда! Драконы не проявили ко мне интереса. Впрочем, и я не планирую династического брака.
— Скажите это вашей сестре, — мягко напомнил он и уселся на софе, вальяжно откинувшись на спинку.
И вновь Марис оказался неправ. Каролина заключила союз с вожаком оборотней Ликаонии давным-давно. И когда Ратмир приехал в Каринтию, она совсем не ожидала, что он заявит права на её сестру. Кларисса оказалась его истинной парой, и Каролине ничего не оставалось, кроме как позволить сестре — самому близкому и родному человеку — уплыть вместе с избранником в Ликаонию.
Нет, конечно, если бы Каролина хотя бы заподозрила, что Кларисса против брака, то разорвала бы все отношения с оборотнями. Но сестра с радостью приняла свою участь и сама настаивала на переезде в Ликаонию.
Но объяснять это Марису Каролина не стала. Он здесь для того, чтобы развлекать её, а не влиять на политику, даже через, казалось бы, банальные беседы.
Но она не могла не отметить:
— Надо же, уже второй раз боги практически на моих глазах создают истинные пары. Сначала Кларисса, теперь Агата Вианор… Иронично, не находишь?
— До сих пор не могу прийти в себя от мысли, что леди Вианор станет правительницей драконов, — признался Марис. Он потянулся к столику и отломал парочку виноградин от горсти. — Она всегда казалась такой занудной недотрогой. И ведь уже считалась старой девой!
 
Каролина повернулась к фавориту и, обогнув софу, хищно проговорила:
— Никогда не знаешь, кто взлетит на самый верх, где даже драконам трудно находиться, а кто падет в загон к свиньям. — Она положила ладони на плечи Мариса, ласково прошлась по лацканам камзола. — Боги любят непонятные нам шутки. Поэтому не нужно рисковать и говорить о человеке плохо, даже если ты так думаешь.
Каролина наклонилась к фавориту, потерлась щекой висок и шепнула:
— В следующий раз, когда ты увидишь Агату Вианор, она уже будет женой наследника Авенира — а возможно, Ингвар к этому моменту уже станет новым вождем. И не думаю, что ему понравится, если он услышит такое о своей жене.
Марис фыркнул, притворяясь, что его не задели слова королевы. Но это было не так — плечи под холодными ладонями напряглись.
— Я-то ему не скажу, но будь осторожен в последующих изречениях, Марис, — усмехнулась Каролина, зарывшись пальцами в светлые волосы фаворита.
Погладила, как комнатную собачку. Эта мысль заставила Каролину отдернуть руки и сухо сказать:
— Меня уже ждут. Увидимся на балу, Марис.
Он лениво напомнил:
— Вы обещали мне танец, Ваше Величество.
Авенир выглядел великолепно в темно-синем камзоле, расшитым золотыми нитями. Ткань делала его уставшие голубые глаза еще ярче.
Уставшие… Должно быть, после происшествия с Агатой вождь драконов практически не отдыхал. То в Каринтию летит, то в Вандею, то в Драконьи горы. Еще и пытался решить, как помочь Ингвару прийти в себя.
На миг Каролина посочувствовала Авениру, но потом вспомнила, как переживал Гидеон, и сопереживание пропало.
— Ваше Величество, — проговорил Авенир, целуя ей руку. Его спутники поклонились ей, но он не должен был повторять за ними, будучи равным ей.
— Рада вас видеть, вождь, — улыбнулась Каролина.
За их встречей наблюдали её советники и его делегация, так что обращаться приходилось по правилам.
В кабинет вошел Гидеон, и следом за ним четыре его дочери. Одна из них, та, которая была замужем — леди Блейкхол, на руках держала младенца.
Семья Вианор поприветствовала правителей, а потом Гидеон подошел к Авениру и пожал ему руку — уже не вождю, а будущему родственнику.
— Как себя чувствует Агата? — сразу же спросил он.
Авенир немного склонил голову так, что темно-каштановая прядь упала ему на лоб.
— Ваша дочь приходит в себя в поселении драконов, — заверил он. — И она, и Ингвар сейчас находятся в полной безопасности, не волнуйтесь.
— Я не могу не волноваться, — слабо улыбнулся Гидеон. Каролина заметила на его лицо новые морщины: за несколько дней он постарел на несколько лет. — Это моя дочь.
Авенир понимающе кивнул.
— Я понимаю вас, лорд Вианор, — сказал он.
Черити за спиной отца не выдержала и спросила:
— Скажите, а когда мы можем увидеться с нашей сестрой?
Каролина посмотрела на рыжеволосую красавицу и едва заметно улыбнулась. Королева всегда считала Черити Вианор типичной легкомысленной пустышкой, но девушка проявила чудеса храбрости, вызвавшись отправиться верхом на драконе в горы, чтобы помочь сестре. Не каждая бы на такое согласилась.
Авенир перевел взгляд на Черити, и та сразу стушевалась, но взгляд не отвела.
— Ингвар и Агата прилетели меньше суток назад. Сейчас они отсыпаются, потом Агату осмотрит лекарь. К тому же истинной паре просто нужно прийти в себя, познакомиться друг с другом.
На этот раз не выдержала леди Блейкхол. Она зацепилась за одну фразу:
— Вы сказали, ей понадобится лекарь? Ей плохо?
Авенир едва заметно нахмурился брови и заверил:
— Обыкновенная перестраховка. Агата могла пораниться во время перелета или пока была в лесу.