Торговец душами (СИ)

Всю мою расслабленность и желание поваляться подольше как ветром сдуло. Я подскочила, бросаясь к шкафу и вытаскивая оттуда первое попавшееся платье. Оборотень оделся еще быстрее.
– Буду ждать внизу. – Риан чмокнул меня в затылок и вышел из квартиры.
Справившись с непослушной горловиной, я застегнула молнию и схватила расческу. Приводя волосы в порядок, подумала, что шелковое платье цвета красного вина подходит скорее для романтического ужина, но потом махнула рукой. Шелк плотный, рукав длинный, а Риану явно понравится. В конце концов, я Чистильщица, мне можно.
В кабинет главврача окружного госпиталя мы влетели через сорок минут.
– Мы слушаем, – выпалила, падая на стул.
– Это случилось, когда я еще работал в университетской больнице Эндерса. – Март Рингер сразу приступил к делу. – Женщина по имени Лилиан Лагерт была моей пациенткой дважды. Первый раз – почти три года назад, а второй – в прошлом июле.
– Что с ней случилось? – спросил оборотень.
– Оба раза я дежурил в отделении экстренной помощи. Впервые Лилиан Лагерт поступила к нам из-за шока. Прямо на ее глазах потерявшая управление машина сбила ее мужа и ребенка. Насмерть.
– Какой ужас, – я содрогнулась.
– Да, – вздохнул доктор, снимая очки и начиная машинально их протирать. – Мы вывели ее из шока, порекомендовали хорошего менталиста и выписали.
– На ней уже были эти шрамы? – нахмурился Тагриан.
– Нет, на тот момент не было. Но вот второй раз… Второй раз женщину доставили к нам прямо из зала суда. Лена Лагерт обвинялась в умышленной порче чужого имущества. Она била машины на улицах, и ее поймали, когда число поврежденных автомобилей перевалило за пятнадцать.
– Ого.
– В общем, с обвинением проблем никаких не было, и женщину отправили под суд, но прямо во время заседания у нее случился припадок. Лену Лагерт снова привезли к нам. Она провела в больнице почти неделю. Ее состояние ухудшалось, но обследование не выявило никаких проблем: ни органических, ни энергетических, ни магических. Мы решили, что причина лежит в области психиатрии, и перевели Лилиан в соответствующее отделение. Но именно тогда я заметил те самые следы у нее на теле.
– Лилиан не говорила, откуда они взялись? – поинтересовался Тагриан.
– Нет, – покачал головой доктор. – Она вообще толком ничего не говорила. Была явно не в себе.
– Что с ней стало, вы знаете? – От волнения я аж подалась вперед, уставившись на доктора Рингера требовательным взглядом.
– Я связался с кое-какими людьми в Эндерсе. Обвинения с Лилиан Лагерт сняли, признав невменяемой, но ее отправили в психиатрическую клинику, где она сейчас и находится. Клиникой заведует мой бывший профессор, я договорился, он может вас принять.
– Доктор, я вас люблю, – выпалила искренне.
И схватив Риана за руку, потащила его прочь.
– Мы должны поехать сегодня, – тараторила, шаря в смарте свободной рукой. – Прямо сейчас. Скоростной маг-экспресс до Эндерса отходит через сорок минут. Как раз успеем, если не попадем в пробку. Тогда полтора часа – и мы на месте. Ты же не против? Риан? Риан!
Сообразив, что оборотень как-то слишком уж напряжен, остановилась.
– Риан? Все в порядке?
Тот прикрыл глаза, пряча пожелтевшие радужки, потом шумно вздохнул и рассмеялся:
 
– Сола, ты меня с ума сведешь.
– В каком смысле? – искренне растерялась я.
Но волк не ответил. Только улыбнулся, а потом резко притянул меня к себе, целуя. Я была совсем не против, но тем не менее…
– И все-таки что не так? – спросила, когда Тагриан отпустил.
– Все в порядке, – качнул он головой и потянул меня к выходу. – Пойдем. Ты же хочешь успеть на поезд.
Несмотря на то, что билеты я покупала через смарт, пока ехали, заскочить в вагон мы успели за пять минут до отправления. Но даже когда поезд тронулся и набрал скорость, успокоиться не получалось. Я сидела как на иголках. Пыталась отвлечься, то хватая смарт, то просто глядя в окно на стремительно пролетающие мимо поля, и все без толку. У нас наконец-то появилась зацепка, но мне казалось, что по закону подлости что-нибудь обязательно пойдет не так, и мы не успеем. В итоге Риану надоело смотреть на мои метания, он просто сгреб меня в охапку, усадил на колени и принялся целовать. Естественно, все волнения и тревоги быстро вылетели из моей головы.
В Эндерсе мы сразу взяли такси. Еще из поезда Риан созвонился с главврачом психиатрической больницы, поэтому, когда мы приехали, нас уже ждали у самых ворот.
– Доктор Тагервуд, – представился невысокий пухленький мужчина, больше похожий на булочника, чем на психиатра.
– Сола Видар, – кивнула я, пока Риан пожимал ему руку.
– Прошу за мной. Нам нужно в спецкорпус.
Под внимательным взглядом охранника в будке мы прошли на территорию. Сама больница, как ни странно, производила приятное впечатление. Если бы не высоченный забор с активной магической охранкой, можно было бы решить, что мы попали в санаторий. Большая территория, аккуратные корпуса на солидном расстоянии друг от друга, даже клумбы вдоль дорожек, по которым неспешно прогуливались редкие пациенты.
– Это дело рук наших подопечных, – кивнул доктор, видя, что я заинтересовалась цветами. – Мы даем им возможность заниматься тем, что они любят. Садовничать, рисовать, читать книги… Это очень важный элемент терапии. Не для самых тяжелых, конечно же.
– Лилиан Лагерт из таких?
– Увы, – вздохнул лен Тагервуд. – Она поступила к нам уже в весьма… спутанном сознании и несмотря на терапию, болезнь только прогрессирует. Мы приглашали мага-менталиста, но он даже не смог к ней пробиться. Крайне тяжелое расстройство личности. Амнестический синдром… М-да… А ведь такая молодая женщина.
– Как это проявляется? – спросила я.
– Лилиан Лагерт неконтактна и дезориентирована. Иногда проявляет агрессию, бывают эпизоды галлюцинаций или кататонии. По правде говоря, я даже не знаю, чего вы хотите от нее добиться, потому что она почти ни на что не реагирует.
Мы вошли в дальний от ворот корпус. Массивные двери палат и закрытые коридоры говорили о том, что здесь лежат самые тяжелые пациенты.
– Палата лены Лагерт в конце коридора, – пропыхтел доктор, заводя нас на третий этаж. – Нам пришлось поселить ее подальше ото всех. Мне иногда казалось, что она даже на своих соседей умудрилась повлиять.
– Кажется, я знаю, почему, – пробормотала я, чувствуя знакомый запах.
Доктор Тагервуд привел нас к нужной палате. Мы остановились у большого окна, позволяющего увидеть, что находится внутри. Это была небольшая светлая комната, оббитая мягкими панелями. В углу лежал высокий матрас, на котором сидела женщина, запустив пальцы в волосы и равномерно покачиваясь из стороны в сторону. А еще здесь была Гниль. Очень много Гнили. Она стекала с плеч женщины, полностью покрывала пол и взбиралась вверх по стенам.