Клетка (СИ)

  
Глава 3
 
Вторые сутки я валяюсь в постели, вставая только сделать процедуры, выпить таблетки, и снова сплю. Отходняки от кокса всегда не проходят даром, а если это ещё и связано с физической и моральной болью, то и вовсе. Таня отпустила на домашнее лечение, когда я вышла из випа с кровавыми потеками на бедрах. Это единственное, что она может разрешить девочкам. В плюсе всегда должно быть от десяти до двадцати девушек, а если каждая начнет придумывать себе болезни и прочие причины для отсутствия, гости просто разойдутся по другим клубам. А это уже потери личные Татьяны.
Но от меня никакого толка в любом случае не было бы неделю точно, поэтому мне и позволено отлежаться.
Раньше я не имела такой возможности.
Москва. 10 лет назад.
— Всё будет хорошо, Вася, — Коля обнимает меня за плечи, когда гроб с мамой начинают закапывать. Я не отвожу взгляда от коричневой земли на красной ткани, которой обтянута крышка. Даже здесь и сейчас я не могу поверить и осознать, что это произошло на самом деле. Внутри словно всё занемело, так что я лишь отстраненно фиксирую руку отчима у себя на плече. — Мы и вдвоем проживем.
В этот момент я не осознаю, что означают его слова. По возвращении с кладбища запираюсь у себя в комнате, включив плеер и закрыв глаза. Так и засыпаю, вспоминая всё, связанное с мамой.
В школу я возвращаюсь спустя неделю. Коля заботится, привозя каждое утро и забирая после занятий. Ему это сделать не сложно, укладывается между делами своими. Девчонки каждый раз завидуют, наблюдая, как я сажусь в шоколадного цвета мерседес. Да я и сама не могу до конца поверить, что Коля так легко заменил отца, которому плевать на меня.
И вот после очередного дня мы стоим с девочками на остановке, обсуждая кто кому будет дарить валентинки, кто кому нравится и с кем встречается красавчик Миша Самойлов.
И словно четко по расписанию перед остановкой тормозит “мерин”, стекло опускается.
— Вася, садись быстрее, я спешу сегодня.
Я открываю дверь и опускаюсь на заднее сиденье, помахав подругам на прощанье. В этот момент я и предположить не могу, чем закончится для меня сегодняшняя поездка.
— Нужно заехать кое-куда, чтобы передать долг, — мужчина выруливает на шоссе, ведущее за город. Яркие огни и вывески сменяются темной лентой пригородной дороги, что с обоих сторон окружена густым хвойным лесом. Коля делает музыку погромче, я откидываюсь на сиденье, продолжая смотреть в окно. И размышляю о том, какие глупенькие у меня одноклассницы, ведь они даже не догадываются, что Миша Самойлов уже передал мне записку с приглашением на дискотеку в честь дня всех влюбленных и я приняла её. Вот для них будет сюрприз, когда я приду туда за руку с ним.
Чуть улыбаюсь, понимая, что я, сама того не ожидая, опередила всех красоток нашей школы.
— Приехали, Вась, подожди здесь, я пойду поговорю, — сказав это, Николай выходит из автомобиля. Я не акцентирую внимания на его словах, ну надо — значит, надо заехать. И уж совершенно неожиданно для меня становится, когда Коля открывает дверь. — Идем со мной, Вася.
— Зачем? — но я выбираюсь из салона, кутаясь в меховый полушубок.
— Так надо, — и меня ведут по заснеженной дорожке к небольшому дому.
— Куда мы идем?
— Я же говорил, мне нужно вернуть долг, я прогорел на последнем проекте, и меня поставили на счетчик.
— Плохо, но зачем мне…
— Ты — моя оплата, Василиса.
— Что-о? — я останавливаюсь посреди дорожки, но отчим хватает меня за руки и силком тащит к дверям. — Отпусти! — мой голос поднимается на октаву.
— Не могу, — он продолжает волоком тащить меня вперед, к железной двери дома.
— Пожалуйста, давай поедем домой, — висну на его руке из последних сил, цепляясь за единственного человека в этом мире, кто заботится обо мне. — Пожалуйста…
— Прости меня, — он толкает меня вперед, где мои руки тут же сжимают с такой силой, что на них сто процентов останутся синяки, и разворачивается, быстро направляясь к машине.
 
— Ко-о-оля-а-а! — кричу, но недолго: меня в ту же секунду с такой силой швыряют о стену, что весь воздух выбивают из легких.
— Он проиграл тебя, теперь можешь привыкать к своему новому дому.
Москва. Настоящее время.
Воспоминания о событиях десятилетней давности до сих пор заставляют меня вздрагивать и проклинать отчима, но свою жизнь я изменить уже не могу. Радует хотя бы то, что я не оказалась в притоне, подыхающей от передоза, хотя всё к этому и шло.
Это Татьяна нашла меня и вытащила оттуда, она же пересадила с героина на более легкие наркотики, она помогла заработать, хотя большую часть денег забирала себе, как возвращение суммы, которую она заплатила за меня.
И плачу по сей день. Но хотя бы живу сама по себе.
Вечер моего возвращения попадает на пятницу, но радует Танино согласие, что я не занимаюсь сексом, кто бы ни пришел и ни просил об этом. Просто танцы.
— Ты же сама понимаешь, что заработаешь меньше, чем если бы пару часов покувыркалась, — проговаривает наша арт-директор. — К тому же не все такие, как Андрей.
— Я не готова, Таня, поэтому, если ставишь меня в плюс, то только танцы.
— Хорошо, только танцы.
— Для всех.
— Для всех, — соглашается Татьяна.
Сегодня я стараюсь даже не нюхать кокаин, слишком тяжело мне в прошлый раз пришлось. Да и танцую, можно сказать, вяло, потому что тело отвыкло за неделю гнуться. Но и такого достаточно, чтобы пьяные оболтусы отирались вокруг пилона, закидывая меня деньгами.
— Ева, спускайся, — рядом появляется Аля, заместитель Татьяны. Скоро приедет Андрей, и она сказала, что если ты не хочешь повторить на бис, быстро марш в гримерку.
Дважды мне повторять не нужно, я не отошла ещё от предыдущей встречи с этим мужчиной. Да и деньги пока имеются, чтобы сломя голову кидаться в этот омут. Поэтому, быстро собрав раскиданные купюры, я быстрым шагом, насколько позволяют “стрипы”, направляюсь за шторку. И как раз вовремя, потому что через минуту я слышу возле гримерки знакомый голос, который приветствует Таню. Забиваюсь в самый дальний угол, стараясь даже дышать не слишком шумно, чтобы Андрей меня не увидел. Но он не слишком долго задерживается возле Тани, направляясь в дальний вип на какую-то встречу. И только тогда я выдыхаю чуть свободнее, но покидать своё укрытие не решаюсь. Особенно когда мой мучитель появляется вновь, наезжая на Юрьевну, что меня не увидел. Не выдерживаю и выглядываю из-за штор, чтобы позлорадствовать такому облому мужчины, но в какой-то момент понимаю, что на меня смотрят. И снова, как и тогда, его взгляд невозможно проигнорировать: цепкий и внимательный, он словно завладевает твоим вниманием. Так что спустя секунду я забываю об Андрее, стараясь понять, что это за мужчина, который зачастил сюда.
Но как только он отворачивается, я тут же скрываюсь за шторкой. Вернувшись в гримерку, опускаюсь на стул, раздумывая, может, домой собраться уже. Но подумать как следует я не успеваю, только докуриваю сигарету, как вбегает Шанталь, — даже не интересовалась, как её зовут на самом деле, — и, слишком наигранно дыша, сообщает мне не слишком радостные новости.
— Ева, идем скорее.
— С какой стати? Я уже танцевала.
— Это другое. Красавчик, что пришел сюда с Косарем, хочет приват.
— А я здесь при чем? — хмурюсь и начинаю расстегивать на себе обувь.
— При том, что он хочет тебя, — разочарование прямо чувствуется в голосе этой алчной до денег девицы. — Даже несмотря на то, что Таня сказала ему, что ты только танцуешь.
 
— И что?
— Всё равно зовет тебя. Поэтому не заставляй красавчика ждать, пока он не передумал и не лишил тебя и клуб денег. Мало тебе долгов? — и с этими словами Шанталь скрывается за шторкой.
— Тоже мне, выскочка, — ворчу, поднимаясь и не надевая “стрипы”, переобуваюсь в обычные туфли на шпильках. Зачем калечить ноги ради какого-то непонятного мужика, которого привел Косарь. Он их сюда водит по пять раз на неделе. Даже если там красавчик, мне что с того.