Между ними (СИ)

— Маша, — я наклоняюсь к сестре и беру её лицо в свои руки. — Чтобы с мамой не случилось я тебя одну не оставлю. Ты меня понимаешь?
— Понимаю.
Мы проводим с ней еще какое — то время, она показывает мне свои детские фотографии и рассказывает о своей жизни с родителями. Я ухожу, когда в комнате появляется Мими, чтобы побыть с ней перед сном.
Примерно через полчаса в мою дверь раздается негромкий стук. Ну, что ж, пора выяснить, что на уме у этой горячей итальянки.
  
40. Юлия
 
Подпрыгиваю на кровати, словно падаю куда-то. Почувствовав под собой твердую поверхность, понимаю, что это всего лишь сон. Открываю глаза и не могу понять где я. Попытка вспомнить все и сразу с треском проваливается. Попробую сделать это постепенно. Оглядываю незнакомую, абсолютно белую комнату, очень похожую на палату. Точно! Это больничная палата. В моей руке торчит капельница. Меня аж передергивает, не люблю больницы, капельницы, уколы, это не по мне. Палата очень дорогая, во-первых, одноместная, во-вторых, здесь есть всё, вплоть до холодильника и телевизора, а за почти незаметной белой дверью, наверняка душевая и туалет. Стол, стул, небольшой диванчик, жалюзи на окне. Всё чисто и аккуратно.
И тут на этом моменте я подрываюсь. Мы же с Алексом попали в аварию. О, Боже, я здесь, а где он? Оглядываюсь в поисках кнопки вызова медсестры. Знаю, таковая есть в больницах, особенно в таких палатах. И нахожу ее за спиной справа от себя. И через минуту я лицезрею молоденькую, запыхавшуюся медсестру.
— Как вы себя чувствуете Юлия Александровна? — спрашивает она, подойдя ближе.
— Вроде нормально. Меня привезли на скорой, но в аварию со мной попал еще один человек. Он тоже здесь?
— Не знаю, извините, вам лучше спросить у лечащего врача или главврача больницы.
Становится интересно, откуда главврачу знать, как я сюда попала. Что и как со мной будет дальше? Где этот человек и где я?
— А меня что никто не искал? Совсем никто не приходил?
— Сюда нет, а вот в реанимации вас посещал Александр Анатольевич.
— Александр Анатольевич? — мне это имя вообще ни о чем не говорит.
— Ну да, Тихомиров, — на лице девушки появляется мечтательная улыбка.
Наверное, девушка думает, что, назвав фамилию этого Александра, я должна моментально его вспомнить.
— Ой, — вдруг спохватывается она. — Я же должна сказать Владимиру Сергеевичу, что вы очнулись. Мне пора.
— Подождите, — я прямо требую у девушки остановиться, и она это делает. — Александр, он такой высокий, русоволосый блондин с синими глазами?
— Да-а, — тянет она.
— Он врач!? — то ли спрашиваю, то ли утверждаю я.
— Да-а, — снова подтверждает она. — Могу идти?
— А разве он не лежит в больнице?
— Нет, он был только в реанимации и больше я его не видела. Вам все-таки лучше узнать у Владимира Сергеевича, я его сейчас позову.
Девушка так быстро убегает, что я не успеваю больше ничего спросить. На тумбочке стоит стакан и бутылка с водой. Мне бы телефон, чтобы выяснить, сколько я здесь валяюсь, а заодно где Саша. Но добраться до тумбочки нереально. Она далеко, а у меня капельница и я еще слишком слаба. Потому остается только лежать.
Воспоминания как волны накатывают одна за одной. Как мы целовались с ним в машине и нам не хотелось отрываться друг от друга. Как он брал меня сзади, нежно, но так страстно и настойчиво. Чувствую, как начинаю возбуждаться и это сейчас совсем не кстати. Следующей картинкой, вспыхнувшей в моей голове, оказывается нас секс втроем. Я абсолютно не помню сколько раз мы это делали. Помню только, что отрубилась, когда за окном уже поднимался рассвет. А я ведь ехала просто с ними поговорить. Одно дело сделать это единоразово. Но совсем другое иметь постоянный секс с двумя, хоть и шикарными мужчинами. Я не смогу втроем, не для меня это. И тот, и другой имеют виды на меня, это стало так понятно, особенно мне именно сейчас вдали от них и когда меня не отвлекают. Я могу подумать в тишине и поразмышлять. И Алекс, он же жуткий собственник, теперь я это понимаю. Понятны причины его взглядов с этой полыхавшей злостью и яростью ни с того ни с сего. Нет, они были не на пустом месте, то были ответы на мои слова или действия.
 
Я не успеваю глубоко погрузиться в этот психоанализ и разбор поведения, слов, взглядов парней. Дверь открывается и я вижу перед собой мужчину.
Кажется, меня сильно приложило в машине Алекса. Мне мерещится мой заказчик Мелихов. Я моргаю и стараюсь внимательнее вглядеться в его лицо. Это без всяких сомнений он.
— Владимир Сергеевич, здравствуйте. А-а-а… что вы тут делаете? — мой вопрос звучит грубо, но у меня не получается быстро подобрать подходящих слов.
— Добрый день, Юлия! Рад, что ты меня узнала, значит не сильно пострадала в аварии. А я здесь работаю главным врачом, — открыто улыбается мне мужчина.
— Всей больницы? — уточняю я.
— Всей, — продолжает улыбаться он. — Как самочувствие?
— Вроде нормально, а вы меня скоро выпишите?
— Долго держать точно не будем, недельку, дней десять, не больше. Удостоверимся, что последствий после аварии нет и отпустим.
— А я долго была без сознания?
— Тебя привезли вчера рано утром, а сейчас уже скоро обед.
Сегодня воскресенье, Алекс был вчера и сегодня его еще не было. Сердце ноет, я переживаю, уже так хочется ясности, где он, как он? Спросить у Владимира Сергеевича, ведь явно не так просто он был у меня в реанимации, куда никого не пускают. Но мне стыдно об этом спрашивать, а вот попросить достать вещи из тумбочки это проще.
— Тебе нужна одежда? — уточняет он после моего вопроса.
— Нет, мне нужен телефон.
— Но телефона я не видел, ключи от квартиры, да, были, одежду и средства гигиены, да тебе привезли, и всё.
Может он разбился, и Алекс не посчитал, что гаджет мне нужен. Обидно, досадно, но ладно, переживём.
— А кто привез одежду? — мысль появляется в голове и даже еще не закрепившись, я озвучиваю ее вслух.
— Саша привез, — отвечает мне врач и внимательно смотрит на меня.
— Вы… вы его знаете?
— Да, он мой приемный сын, а откуда ты его знаешь, Юля?
— Мы познакомились в клубе, — это ведь ничего, если я немножко приукрашу, говорить правду у меня язык не повернется.
— Давно?
— Около месяца, — опять вдохновенно вру я.
— А Кириллом вы где познакомились?
Я хлопаю глазами и прямо ощущаю, как вертятся в голове шестеренки, пытаясь связать Кира и Владимира Сергеевича.
— А он тоже ваш сын? — вырывается вопрос вместо ответа.
— Да, тоже, — в отличие от меня Владимир Сергеевич отвечает на все мои вопросы.
Я чувствую, что начинаю краснеть, смущение затапливает меня и я, опустив глаза вниз тихо шепчу:
— Кирилл тоже был там.
— Понятно, а может ты и Диму знаешь? — легко рассмеявшись произносит мужчина.
— Знаю, — я поднимаю на него глаза.
— Как всегда, отдыхали всей честной компанией, лучше бы работали, — вздыхает он.
— Разве отдых — это плохо? — я опять задаю вопросы, а мне следует прекратить это делать.
— Нет, конечно, ты не обращай внимания, девочка, это я так к слову. Отдыхай, Юля, набирайся сил. Если что-то заболит говори обязательно, боль терпеть не надо, договорились?
— Да, если, что я скажу медсестре.
— Ну вот и отлично, — он уходит, плотно прикрыв дверь палаты.
Даже не ожидала, что главврач окажется таким тактичным человеком, ведь он даже не спросил с кем из парней у меня отношения. А вот почему я думаю, что они все-таки есть? Ведь никто из парней мне их не предложил.
  
41. Юлия
  
— Вот же, елки зеленые, я ведь не спросила, — проговариваю вслух и слегка ударяю себя по лбу.
Я забыла уточнить, что с Сашей. Ну как я так могла. Телефона под рукой нет, встать не могу. Вот что мне теперь делать?
Поток моих мыслей был прерван появлением женщины, развозившей еду по палатам. А потом пришла медсестра и вколола какую-то непонятную фигню, от которой я уснула. А проснувшись увидела Яну, сидящую на диване.