Неучтённые миры (СИ)
— Ну так?.. — приблизилась пасть жабьей мордой, обдавая зловонным дыханием. — Что выбираешь: служить моему господину в Белокаменном дворце или умирать на глазах возлюбленного, пока я буду вытряхивать душу из твоей тушки?
Увидеть мужчину всей своей жизни и умереть, или увидеть мужчину всей своей жизни и отправиться на службу к другой клыкастой твари? Оба варианта не были похожи на список желаний, что я загадала исполнить к тридцатилетию. Вот совсем. Наверное, стоило ставить цели попроще. Типа прокатиться на квадрацикле, записаться на курсы каллиграфии, мир спасти, в конце концов. Хотя нет, последнее я уже делала.
— Предложение заманчивое, — задумчиво протянула я. Элл Жаб мог раздавить меня одной лапой, а неуязвимость не шла в комплекте избранности. Мозги и здравомыслие тоже. — Но, честное слово, приятель, вот позвал бы меня не служанкой, а хотя бы погонщицей овец… — Я замахнулась подобранной веткой и со всей злости засадила ее в глаз фомору. Элл Жаб взвыл нечеловеческим голосом. — Ну не люблю я мыть посуду, не люблю!
Последние слова я кричала, улепетывая вдоль аллеи к воротам.
Я успела преодолеть ровно половину, прежде чем мощный толчок сбил меня с ног.
— Ты пож-жалешь об этом. — Вокруг моей лодыжки сомкнулась пупырчатая лапа. Из красного глаза жабодемона все еще торчал стебель, но ему она похоже не мешала. — Сейчас ты еще раз дотронешься до камня, и я откушу твою дурную голову.
Элл Жаб потащил меня за ногу. Я цеплялась ногтями, оставляя царапины на брусчатке. Руки скользили то по камню, то по придорожным светильникам. Фомор хорошенько дернул меня разок, и я утянула с собой светящийся шар.
— Эй, жабоморда!
Фомор замедлил движение, чтобы оглянуться на меня. Я извернулась, и оказавшись на попе, запулила в тварь магический светильник. Шар треснул. Запах жженой плесени ударил в ноздри. Элл Жаб издал дичайший крик, выпуская меня из лап. Горящая жидкость текла из расколотого светильника, сдирая кожу рождественским серпантином.
Взмах крыла откинул меня обратно на жасминовый кустарник. Извергающая проклятья тварь, сфокусировала на мне налитый кровью глаз. Фомор раздувал щеки в ядовитом плевке, готовясь сотворить с моим лицо то же, что и магический шар с его мордой.
Я забрыкалась, но проклятые ветки держали так, будто состояли в сговоре с душегубом.
«Прощай моя неидеальная кожа и почти ровный нос», — только и успела подумать я, а потом четкий приказной голос из кустов громко повелел:
— Замри!
То ли от страха, то ли от безнадежности, я подчинилась. Рядом с ухом что-то вжикнуло. В могучую шею элл Жаба воткнулся дротик с синим в серебряную полоску оперениемВ следующее мгновение безобидная вещица взорвалась пламенем.
Элл Жаб еще успел сделать несколько шагов вперед, прежде чем землю сотряс звук падения его пупырчатой туши. Раздвоенный язык в разорванной глотке шевельнулся в последний раз:
— Ты вс-се равно заплатиш-шь. Это неруш-шимая с-сделка.
По зеленоватой коже потекла дымка. Пуф-ф! Тело фомора лопнуло, растекаясь слизью, будто расплавленный воск. Игла дротика звякнула о камень. Я шумно задышала носом, сдавливая приступы рвоты.
Что за чертовщина?
Я завертелась, выпутываясь из цепких веток. Если рядом ходит метатель взрывающегося оружия, я хотела бы иметь свободу в движениях.
— Эй! Кто там? А ну выходи! — прокричала я, продолжая бороться с кустарником.
Из темноты раскидистых ветвей вынырнула фигура.
Свет шаров-фонарей скользнул по довольно приятному лицу молодого мужчины, обозначил красный платок на шее, прошелся по форме защитного цвета, и не найдя за что зацепиться, распластался по земле.
Поднявшись на ноги, я ухватила с каменной площадки палку — остатки от расколовшейся арки, и по пятилась к постаменту. Метатель дротиков меня конечно спас, но это ничего не значило. Знаем мы этих красивых незнакомцев. Сначала он в ореоле мрачной тайны любезничает, выказывая манеры благородного аристократа, а потом оказывается, что все его состояние сколочено на поимке и продаже наивных идиоток, как ты.
— Душу не отдаю. В служанки не нанимаюсь, — сразу обозначила границы. — Спасибо что спасли меня, — и да, я помню о вежливости и приличиях. — Привет. То есть, здравствуй. Меня зовут… эй!
Не обращая внимания на такую снизошедшую до слов благодарности меня, незнакомец прошел мимо. Остановился у постамента, сдернул с плеч вещевую сумку, расстегнул замок, закинул камень-артефакт внутрь и затрусил к выходу, оставляя спасенную даму (меня) у хлюпающей жижи-демона.
Еще раз.
Он похитил артефакт.
Артефакт, что должен свести меня с любовью всей жизни.
— Эй! А ну стоять! — бросилась я за ним. — Тут очередь!
— 4 —
Далеко, над самым горизонтом проскальзывали первые оттенки занимающегося рассвета. Своенравный ветер швырялся мокрыми каплями, мусором и опавшей листвой. Я неслась по мостовой за мужчиной, что утаскивал единственную ниточку, связывающую меня с будущим возлюбленным и мистическим контрактом.
У магии свои законы. Если прислужник сказал, что придется заплатить, то никуда не денешься. Радовало одно: в магических контрактах всегда есть лазейка. Я должна найти ее, прежде чем с меня стребуют душу или натравят карательный отряд в виде еще одного фомора или жуткого Визиря.
В этом деле очень помог бы только что украденный артефакт. Прежде чем будить всех библиотекарей, летописцев и великих магов королевства, стоило внимательней приглядеться к нему приглядеться. А еще лучше, не выпускать из виду, вцепиться руками и ногами, и мило улыбаясь, ждать. А то прискачет любовь всей моей жизни к волшебному булыжнику, а вместо меня — парень в красном платочке. Неудобно получится.
— Стой! Э-ээ… стойте!
Мужчина хлюпал ботинками по растекшимся на мостовой лужам, не обращая внимания ни на летящие во все стороны брызги, ни на промозглый ветер, ни на возгласы Избранной со стажем.
— Эй, можете остановиться на секундочку?
Догнала я бравого спасителя в одном из закоулков спящих домов.
— Я много времени не отниму. Мне бы камень на пару минут.
Похититель божественного артефакта продолжал быть верным своему маршруту.
— Эм… Не хотели бы вы поговорить о боге нашем едином? Или многоликом? О макаронном монстре? О его отсутствии?
Ноль реакции.
Я хлопнула ладошками по бедрам.
— Элл Красный платочек, да подождите же меня! — Резкий вдох и голосок на пару тонов мягче: — Вы, в самом деле собираетесь бросить красивую беззащитную девушку посреди безлюдного переулка?
Судя по ускорившемуся шагу, да, собирался.
Я остановилась, и прежде, чем мужчина скрылся за очередным поворотом, мрачно констатировала:
— Я закричу. Закричу по-настоящему громко.
Он замер будто пораженный заклятьем.
— Закричу, и через десять секунд стража заполонит весь квартал, — продолжила нагло врать. Ни черта я не знала про местные законы и систему правоохранительных органов. — Вас схватят, обыщут и найдут артефакт. Ну? Стоит это того, чтобы игнорировать девушку, элл Красный платочек?
Мужчина повернулся. Всем корпусом. Будто не человек, а боевая единица. Задрал голову. Пробежался взглядом по закрытым ставням, пустынной улице и чернеющим закоулкам.
Ощутимо повеяло угрозой.
— Вот настырная, — хрипло выдохнул он.
Неожиданное открытие поразило меня сильнее, чем долгожданная реакция. Голос мужчины звучал как-то не так. Иначе. Вне тональности мира.
Тем временем, незнакомец вытащил из внутреннего кармана странную трубку. Засунул в рот и плюнул. Свистящий звук прошелся по ушам и острой болью вонзился в плечо.
Я вытаращила глаза на торчащий из меня дротик. Тонкие металлические перья романтично поблескивали лучами расползающегося по небу заката.
Запоздало пришел отголосок боли.
— Что за?..
Я не могла поверить: меня убили?..
***…Убить Избранную проще, чем кажется. Особенно, если она не в своем мире, не в цепях Предназначения и заражена магией Врага. Мне досталось сразу три бонуса разом. Проваливаясь во тьму, я цеплялась за крохи сознания, надеясь, что тот взрывающийся дротик не разнесет голову всмятку, если очень-очень захотеть. Что сила воли спасет от действия яда.