Истинная на двоих, или Краденая невинность (СИ)

Лошадь медленно плелась по узкой тропе, неся нас вперед из последних сил. Рэй подгонял ее, дергался в седле, то прижимая меня к себе, то отстраняясь. Я же смотрела в чащу и боялась пошевелиться лишний раз, лишь бы не касаться горячего мужчины, или обернуться, чтобы не смотреть оборотню в глаза.
Всю дорогу Рэй упрямо молчал, а когда тропа вывела нас к ручью, натянул поводья и остановил лошадь.
— Попьем воды и двинемся дальше, — сдержанно проговорил и ловко слез с коня. Подал мне руку в своей излюбленной уважительной манере, но я замотала головой.
— Я сама могу, — повела плечом и до белых косточек сжала кулаки.
— Проявляешь упрямство там, где не надо, — злобно фыркнул Рэйден и махнул на меня рукой. Мол, как хочешь.
Подойдя к ручью, склонился, чтобы наполнить фляги одну за другой.
Я осторожно слезла с лошади, почесала ее за ушком и тоже двинулась к берегу. Дико хотелось пить и смыть с кожи слой дорожней пыли.
Сложив ладони чашечкой, напилась до колик в животе и плеснула в лицо капельки влаги. Стало чуточку легче дышать, хотя сердце все еще замирало в груди и мысли по кругу возвращались к Арману. Что б его!
— Кем был тот парень в твоей в комнате, которого убил Арман? — вдруг спросил Рэй.
— Габриель. Он мне нравился… — ответила, не раздумывая. Поднялась на ноги, проверила, крепко ли завязана коса и подытожила: — Но я знала, что у нас нет будущего.
— Нравился? — удивленно переспросил оборотень. — Дурацкие у вас законы, — Рэй опустил ладони в воду и яростно умылся. Даже меня окатило брызгами. — В Эртине оборотень королевских кровей вправе сам выбрать жену. Даже если она другой расы и статуса.
— Дело не в законах, а в моем происхождении… — я пожала плечами. — Моя мама была хенсой, простолюдинкой, пока не попала на отбор для дарвиек… И отец, воевода драконьего короля, с первого дня знал, что останется с ней навсегда, потому что она — его женщина, а не высокого рода. Я же должна продолжить род Айшура, потому выйти за того, кого желает мое сердце, не имею права. А сейчас и говорить об этом нет смысла… Габриель все равно мертв, — присела на согретый миассом камень и засмотрелась в глубину ручья. — А мне приходится идти в пасть врагу из-за нашей метки.
— Я тебе не враг, Лили, когда-нибудь ты это поймешь, — мужчина расположился рядом со мной на траве и будто случайно коснулся моей руки. Я тут же отстранилась. — Потому и появились эти метки. Ты должна продолжить род с эртинцем. Рано или поздно тебе придется с этим смириться и, — он согрел меня взглядом. — Лучше рано, — улыбнулся и осмелился взять меня за руку точно так же, как Арман вчера, вплетая свои пальцы между моими.
Я дернулась и выпуталась из его рук, отодвинулась на край валуна.
— Никогда, — и отвернулась.
— Вот упрямая, — прыснул со смеху оборотень и поднялся на ноги. — Поехали, — перекинув через плечо кожаную сумк, пошел в сторону лошади, что мирно щипала травку и пышным черным хвостом отгоняла от себя назойливую мошкару.
— Почему ты меня не отпустишь, Рэй? — хрипло бросила ему в спину, сжала горло ладонью, чтобы усмирить эмоции и нервы. — Задание для тебя важнее меня?
Рэйден долго молчал. Услышав необычный шорох в чаще, я все-таки послушно подступила к лошади и осторожно посмотрела оборотню в глаза. Он тут же увел взгляд в сторону.
— Пойми, — указал на седло, давая понять, что мне нужно подняться первой. — Нет у нас обратного пути. Я же не оставлю тебя одну в лесу? — повернулся ко мне и вопросительно приподнял бровь.
Я вставила ногу в стремя и запрыгнула на лошадь.
— Но ты мог бы помочь мне вернуться…
— В Ветроне меня убьют еще до того, как выяснят, что метка уничтожит и тебя, — Рэй быстро забрался на лошадь позади меня и приобнял, когда потянулся к поводьям.
— Если я пойду в замок одна, не убьют, — я натянулась струной. Чувствовать жар его тела и напряжение каждой мышцы, было сродни мучению.
— До него еще надо дойти, — выдохнул Рэй, и мы двинулись в путь. — Поверь, в Эртине ты будешь в безопасности. Найдем способ разорвать вашу связь с Арманом, а потом он поплатится за предательство короны.
 
— Только с Арманом, — я хмыкнула. — Чего и стоило ожидать.
— В чем ты хочешь меня упрекнуть? — кожей почувствовала на себе тяжелый взгляд Рэя. Даже между лопатками что-то кольнуло. — Я своих чувств не скрываю и сделаю все, чтобы ты осталась со мной. Если нужно будет собственноручно избавиться от соперника, я и родного брата убью.
— И никогда не услышишь мое «да», — говорить было все труднее. В таком положении я чувствовала себя беззащитной, доступной. — Для меня семья — то, ради чего жизнь отдам. И мне все равно, что вы росли отдельно. Он твой брат. Посмеешь руку на него поднять, найдешь свою смерть на острие моего меча, Рэйден. Предателей я не прощаю. Могу понять ошибку или заблуждение, но не предательство…
— А тебе, смотрю, понравились его грязные словечки, — злобно выплюнул мне в спину, зацепил губами прядь волос, склонился к уху. — Хочется еще? Наверное, тебя это заводит? Не привыкла слышать подобное в стенах замка, а тут вот оно!
— Замолчи… — мой голос, казалось, провалился в живот, стал низким и густым.
— Так может мне просто надо начать говорить гадости, чтобы тебе понравиться? — продолжал куражиться оборотень.
— Говори, что хочешь, все вы на одно лицо, — я с лихвой выплеснула ядовитую порцию злости. Зачем защищала Армана — только сделала хуже, не понимаю, но и унижать себя не позволю. — Тот, кому я важна, пошел бы против всех, не только против короля, против всего мира. Так что не нужно вливать мне в уши ложь о своей безумной и необъятной любви, — оттолкнула его локтями, заставляя отстраниться. — Ешь ее ложками сам, а меня оставь в покое.
— Знаешь что, Лили… — Рэй не договорил. Слова так и повисли в воздухе от картины, что развернулась перед глазами.
Вокруг зеленого шатра, что черным королевским знаменем Эртина подпирал лазурное небо, были разбросаны, будто лепестки диких гигантских роз, окровавленные тела.
Видимо, с этим отрядом мы должны были встретиться.
Но не успели.
Я не сразу поняла, что происходит. Хватала ртом воздух и, неосознанно вцепившись в руку Рэя, рассматривала поле битвы.
Воинов явно застали врасплох. Некоторые были убиты во сне, другие не успели добежать до лошадей, большинство не перевоплощенные, в человеческом облике, но были и волки, разорванные, сломанные. Как игрушки…
Словно на них напал какой-то монстр, а не люди.
Кровавое зрелище венчал огромный полыхающий костер из королевских знамен.
— Кто это сделал? — выдохнула испуганно, сглатывая неприятный привкус гари на языке.
Рэйден сошёл с лошади и бросил на меня пустой взгляд. Его лицо побледнело, а пальцы сжались в кулаки. 
Он медленно ходил между тел, так и не проронив и слова. На миг остановился посреди этого безумия и упал на колени перед одним из оборотней. Коснулся его окровавленной шеи, вздрогнул и закрыл пальцами застывшие стеклянные глаза мужчины. Замотал головой, будто хотел стряхнуть увиденное, будто не верил, что такое могло случиться.
Что-то хрустнуло позади. Я обернулась и задержала дыхание. Вдруг стало так зловеще тихо, что сердце в страхе ударило в клетку груди, выбив последний воздух. 
Лошадь встрепенулась и рванула с места. Я едва удержалась в седле. Прижавшись корпусом к мощной шее скакуна, дернула поводья в попытке его остановить, но животное не подчинилось. Нещадно несло меня по узкой тропе, словно за ним гналась сама смерть. Ветки больно хлестали по рукам, рассекая кожу до мяса. Я спрятала лицо в густой гриве и на миг зажмурилась, а когда пытка деревьями закончилась, лошадь остановилась, как вкопанная. 
Я распахнула глаза и, дрожа всем телом, приподнялась.
Арман…
Он жестом заставил коня склонить перед ним голову, отчего я немного сползла вперед по седлу и чуть не свалилась в сухие ветки головой. Оборотень был перепачкан, темные штаны висели лохмотьями и еле держались на бедрах. На смуглом торсе из-за крови и ран не просматривались татуировки. Лучи уходящего за горизонт миасса игрались алыми всполохами в его черных волосах. Арман прожигал меня цепкой зеленью звериных глаз, заставляя дышать чаще.