Глубокое озеро Чар (СИ)
— А почему ты решила, что я умру? — Габриэла присела напротив девочки.
— Мне сказала Мария, — Анжелика взяла блинчик и засунула его в рот: — Мария была в саду и помогла мне собрать цветочки. Она хотела сказать это учительницам, но они не слышали её. Тогда Мария все рассказала мне.
— А что она тебе рассказала? — осторожно спросила Габриэла, бледнея.
— Она говорит, что ты умрёшь сегодня. Тебе сделает больно плохой человек из ящика. Мария плакала, и я тоже. Не умирай, няня, хорошо? — Анжелика протянула ей блинчик, в наивном, детском жесте.
— Я не умру, дорогая, — Габриэла была напугана, но держалась очень достойно. — Мария ошиблась.
Женщины молча переглядывались, а я поняла, что словам ребёнка они верят и ни капли не сомневаются в них. Янка перестала жевать и теперь сидела с полным ртом, не решаясь глотнуть в образовавшейся тишине.
— Что это значит? — я смотрела на женщин, но они опускали глаза. — Да вы скажете, в конце концов?!
— Ладно, — Лолита пошла в другой конец большой кухни и включила телевизор. –
Анжелика, начались мультфильмы, посмотри. Давай, я усажу тебя ближе к телевизору.
Глаза девочки загорелись, и она закивала головой. Лолита перенесла стульчик с девочкой, тарелочку с блинами, джем и конфеты в вазочке и вернулась к нам.
Вся компания уселась за столом, и Лолита тихо сказала:
— На сегодня у нас запланировано одно мероприятие в подвале…
— Да хватит уже! — Габриэла нервно застучала своей тростью. — Зачем эти мистификации? Девки всё равно почти все знают. Хотели мы демона изгнать, пока ведьм в доме нет… Есть у нас одно сильное заклятие, которое его может загнать так глубоко, что ни один чернокнижник не доберётся к нему. Да вот Анжелика мне смерть напророчила… А к её слову обязательно прислушаться нужно, она просто так ничего не говорит.
— Так, может, не стоит сегодня этим заниматься? — Яшка, наконец, проглотила то, что нажевала и облегчённо вздохнула. — Зачем же опасности себя подвергать?
— Сегодня день особый. Хороший день для таких мероприятий, — ответила Лолита. — Следующего такого долго ждать придётся. Но рисковать все-таки не будем, жизнь Габриэлы важнее.
— А ты не решай за меня, — Габриэла нахмурила густые брови. — Если хорошо подготовиться, ничего со мной не случится. Просто нужно быть очень осторожными.
— Габриэла… — Ирен швырнула окурок в пепельницу и приготовилась к возмущенной речи, но нянька стукнула кулаком о стол и прогремела:
— Остынь, поварешка! Я все сказала!
Она налила себе чай в большую розовую кружку дрожащей рукой, и обратилась к нам, бледным и испуганным:
— Главное, задержите братьев. Они не должны ничего знать, иначе могут помешать.
— А вдруг они помогут? — Яшка встрепенулась и, забыв о том, что мы пообещали не говорить никому о нашем с ними разговоре в саду, выдала: — Они ведь заподозрили что-то! И сказали, что вернут себе память!
— Когда? — Лолита поджала губы. — И вы молчали?!
— Вчера, — призналась я и зло покосилась на Яшку. — Они просили никому не говорить.
— А вы уверены, что они вспомнили? — спросила Габриэла. — Как вы вообще это можете знать? Вдруг это уловка?
— Вот они явятся, и мы посмотрим, — ответила Яшка, покрываясь румянцем. — Если скажут о своих чувствах…
— А вы им говорили об этих чувствах? Рассказывали о том, что было?
— Ну да…
— И что им помешает сыграть память? А если влияние ведьм велико настолько, что они уже каждый ваш шаг просчитали? Или даже наши действия? — горячо возразила Габриэла. — Мы не можем рисковать. Нужно задержать их на час, как бы оно не было! Ясно?
— Ясно… — пробурчала Яшка. — Вот умеете вы все надежды девичьи разрушить…
Глава 11
* * *
Мы забрали Анжелику и Лолита показала нам классную комнату, которая была завалена книгами и другими учебными предметами.
— Занимайтесь, — старуха прожгла нас своим тёмным взглядом. — И ждите внуков. Как только они явятся, держите их не меньше часа.
— Но как??? — я не понимала, как можно удержать против воли двух здоровенных мужиков. — Привязать их что ли???
— Как хотите! — недовольно ответила Лолита. — Постарайтесь как-нибудь!
Она не стала с нами больше разговаривать и вышла, нервно стуча каблуками. Её все раздражало, и было похоже, что старая деревенская колдунья боялась того, что должно было произойти.
Мы нехотя взялись за работу, снабдив Анжелику карандашами и альбомом для рисования. Яшка расставляла книги по полкам, а я рассматривала карты и таблицы, недоумевая, каким образом все это может пригодиться четырёхлетней девочке.
— Есть идеи, как испашек задержать? — деловито поинтересовалась Яшка.
— Нет. А у тебя?
— Может, замок сломать на дверях?
— Они же колдуны, думаешь, дверь не откроют?
— Ну да… ну да… Тогда, может, в обморок упасть? — Яшка закачалась, закатывая глаза, но я вовремя остановила этот бенефис:
— Тебе только в индийском кино сниматься!
— Я хоть что-то предлагаю! — подруга обиделась и снова взялась за книги.
— А мне вот, этот поход в подвал покоя не даёт, — сказала я, борясь с желанием схватить Анжелику и сдернуть с этого дома. — Лишь бы наш бабульский "коммандос" делов не натворил… Нехорошее у меня предчувствие…
В этот момент дверь в классную комнату отворилась, и пред наши очи предстали братики, улыбаясь своими губастыми ртами.
— Ну, привет… — Саша подмигнул мне, и я удивлённо, но молча, наблюдала за ними. — Помощь нужна?
— Нужна, — Яшка схватилась за стремянку и поволокла её к самому высокому стеллажу. — Подстрахуйте меня, а заодно и книженции будете подавать.
— Хорошо, — Рома тоже как-то странно ухмылялся, но стремянку установил и подпер её своей ножищей размера чемодана.
Неужели вспомнили? Я пыталась что-либо прочитать по Сашиному лицу, но это было не так уж и просто. Он приблизился и принялся сворачивать карты, засовывая их в тубы, на которых были наклейки с надписями. Периодически наши взгляды встречались, и я верила, что он меня помнит, но тут же его глаза становились холодными, и эта вера ослабевала. Я посмотрела на Яшку, стоящую на стремянке, и заметила, что Рома с довольным лицом смотрит ей под юбку, в то время, как эта царица байковых трусов, живенько переставляет ножки.
— Янина Сергеевна, вы бы ваши филейные части не светили… — тихо сказала я и кашлянула.
— Чего бы я не светила? — Яшка посмотрела вниз и охнула: — Ты чего пялишься?!
— Я книги подаю… — протянул Рома с ехидной улыбочкой. — Вы о чем, милая учительница?
— Я…я… — Яшка закрутилась на стремянке, поджимая то задницу, то юбку, то ноги и пылала кудрявым костерком.
Я её прекрасно понимала, ибо имела удовольствие наблюдать утром, как она перебирала свои трусы и, конечно же, выбрала свои любимые — тепленькие, с зелёными якорьками, купленными в Детском мире в отделе для крупных детей.
— Прохладно сегодня, — она щелкнула резинкой и умостила в них животик. — Кто туда заглядывать будет? А мне ещё детей рожать…
Рома, конечно, мог сделать вид, что он ничего не видел, но это же были проклятые колдунишки!
— Янина Сергеевна… — медленно произнёс он. — Вам бы заякориться, а то не ровен час, свалитесь со стремянки.
Яшка почти слетела вниз и, шипя как кошка, помчалась к графину с водой. Она налила полный стакан и со злостью принялась заливать его в себя, периодически подтирая подбородок.
— Я так понимаю, наша помощь уже не нужна? — сладким голосом поинтересовался Роман. — Тогда мы в погреб за винишком спустимся…
Я испуганно завертела головой, не соображая, что же сказать, а из Яшкиного носа хлынула вода, с громким, шипящим звуком орошая все вокруг.
— Э-э-э… — протянула она, вытянув руку с торчащим указательным пальцем. — Куда-а???
— В погреб, — Рома развернулся было к выходу, как Янина Сергеевна закачалась, закатила глаза и упала в обморок, раскинув ручки в разные стороны.
Поджав одну ногу под себя и приоткрыв свой розовый ротик, она, видимо, воображала себя Шарон Стоун или на крайняк Камерон Диас, но была похожа на творожную ватрушку, румянящуюся в духовом шкафу.