Глубокое озеро Чар (СИ)
— Там больно.
— Что ты говоришь? — я присела рядом и взяла её холодную ладошку. — Кому больно?
— Ей, — она вытянула ручку с медведем, показывая на арку.
Я с замиранием сердца посмотрела в темноту, но никого не увидела, лишь часть стены, оклеенной темными обоями.
— Там никого нет, дорогая. Тебе показалось.
— Есть. Она живёт там, — Анжелика повернула ко мне бледное лицо. — Там больно.
Яшка даже рот прикрыла ладошкой, чтоб не издать какой-нибудь звук.
— Пойдем, посмотрим на твою комнату, — я улыбнулась девочке. — Как зовут твоего друга?
— Мальчик, — Анжелика снова прижала к себе медведя.
— Медведя зовут Мальчик? — я повела её прочь от лестницы. — Какое интересное имя…
Комната Анжелики находилась между спальней Яшки и Габриэлы, а Ирен напротив.
Девочка вошла в комнату и, остановившись возле кровати, посмотрела в потолок долгим взглядом, отчего у Яшки чуть не случился приступ.
— Тебе нравится твоя комната? — Габриэла осмотрела каждый угол и подошла к девочке.
— Нравится, — ответила Анжелика и, забравшись на кровать, положила своего медведя между подушками. — Мальчик сказал, чтоб я оставила его здесь. Он будет охранять комнатку.
— Ну, если он так сказал, то его нужно обязательно послушать, — серьёзно сказала Габриэла. — А мы пойдем, покушаем, да?
— А мне можно будет взять для Мальчика кусочек пирога? — Анжелика посмотрела на медведя, а потом на няньку.
— Конечно. Если бабушка Лолита его приготовила. Но если нет, то мы обязательно что-нибудь для него найдём.
Вся компания снова отправилась вниз, а мы с Яшкой поплелись следом.
— У меня чуть ноги не отказали, — зашептала Янина Сергеевна. — Когда Анжелика уставилась на третий этаж!
— Девочка однозначно что-то видит, — я посмотрела на узкую спинку и тонкие ножки идущей впереди малышки. — И ей здесь будет нелегко.
Мы спустились вниз и принялись накрывать на стол. Лолита приготовила вполне обычные блюда, привычные нам: отварную картошку, яичницу, салат из овощей, курицу под горчичным соусом и даже испекла пирожков. Ирен ела с удовольствием, Анжелика тоже проявила недюжинный аппетит, а вот Габриэла все морщилась, чмокала мокрыми губами и прокладывалась к бутылке.
Когда с едой было покончено, Ирен закурила толстую сигару и сказала Анжелике:
— Деточка, побегай в саду.
Анжелика соскочила со стула и, подпрыгивая, помчалась по гравийной дорожке, напевая какую-то песенку.
— Она кого-то видела на третьем этаже, — сказала я. — Это случалось раньше?
— Да, Анжелика видит потусторонний мир, — ответила Габриэла. — Она очень умная девочка, но мне стоило огромных усилий, чтобы помочь ей не бояться этого. Но мои увещевания не всегда помогают. Хотя, если бы в её возрасте мне пришлось видеть такое…
— Как можно её отдать демону? Неужели у этих ведьм нет сердца? — Яшка наблюдала за мелькавшим между кустами тёмным платьицем.
— Ты помнишь моего отца? — прокаркала Лолита. — Было похоже, что у него есть сердце?
— Бейстеро… — Яшка передернула плечами. — Это зло чистой воды.
— А эти — чистое продолжение этого зла, — Лолита тоже принялась за вино. — Но теперь я спокойна. Мы, все вместе, обязательно избавим этот мир от проклятых чернокнижниц.
— А можно план узнать? — поинтересовалась Яшка, хмуро наблюдая за женщинами. — Как бороться будем?
— Ваше дело — заниматься братьями, — отрезала Лолита. — Остальное мы сделаем сами.
— Что вы сделаете сами? — на веранду поднялся Саша, а за ним Роман, неся на руках Анжелику. — Да у вас тут целое собрание!
— Давайте-ка к столу! — их бабка засуетилась, ухаживая за внуками. — Как прогулялись?
— Отлично. Спустились к реке, — Саша посмотрел на меня и, отодвинув стул, сел рядом. — Как вам в нашем доме? Хорошо спалось?
— Отлично, — ответила я, не сводя с него глаз. — Только сны странные снились.
— Да? И что же вам снилось, Татьяна? — он заинтересовался. — Суженый на новом месте?
— О нет! — я смотрела на него, будто мои глаза приклеили к его лицу. — Кошмары. Вроде бы дом горит… Даже не дом, а сторожка… Пёс лает внутри, а выбраться не может…
— Удивительно, — он прищурился, и его губы вытянулись в узкую полоску. — И чем же закончился ваш сон? Я надеюсь, пожарные приехали?
— Нет, — я махнула рукой куда-то в сторону. — Двое, непонятно откуда взявшихся мужчин, боролись с огнём и спасли бедного пса. Это было так захватывающе! Ночь, отблески огня, полуобнаженные красавцы, блестящие от пота и воды…
Я почувствовала, как Яшка надавила мне на ногу и заткнулась, заливаясь краской. Вот это меня понесло…
— Давно мне таких снов не снилось, — протянула Габриэла. — Может, сегодня повезёт?
Лолита и Ирен громко засмеялись, а Саша с Романом все ещё таращились на меня, как на экспонат в музее. На их лицах читались недоумение, подозрительность и растерянность. Яшка кашлянула и выдала:
— Ну? Чего сидим? Давайте по рюмашке за встречу?
Какую встречу она имела в виду, было непонятно даже ей, но все схватились за бокалы, видимо, соображая, что это за учительницы такие? Пьяницы-эротоманки.
Анжелика схватила пирожок с блюда и посмотрела на Габриэлу:
— Можно отнести Мальчику угощение?
— Конечно милая, — женщина взяла из вазы конфету и протянула ей. — А это от меня.
— Спасибо! — девочка сползла с колен Романа и помчалась в дом, зажав в ладошках лакомства.
— Когда приступите к своим обязанностям? — Сашу словно тянуло ко мне невидимыми нитями, и это было так очевидно, что даже Лолита с Ирен переглянулись и запыхтели сигарами.
— С завтрашнего дня, — ответила я и попросила: — Подайте мне, пожалуйста, сок.
— Прошу, — он протянул мне графин, и наши пальцы соприкоснулись на прохладном, запотевшем стекле.
Мы взглянули друг на друга почти испуганно, и он отдернул руку, чуть не вывернув на меня содержимое графина. И тут из глубины дома раздался звонкий крик.
Первыми вскочили Яшка и Роман. Они ринулись к дверям и застряли в них, толкаясь и пыхтя. Вернее, пыхтела Яшка, а Рома пытался оттолкнуть её назад.
— Не лезьте туда, уважаемая Янина Сергеевна! — гаркнул он, но это её не напугало:
— Не толкайте меня! Вы давите меня в грудь!
— Во что? — он бросил насмешливый взгляд на Янкины прелести, и та даже рот приоткрыла от такой наглости:
— Во что надо! Прочь от меня!
Было слышно, как Рома выругался и, оторвав Яшку от дверного косяка, бросился в дом.
Краем глаза я заметила, что Саша смотрит на меня сдвинув брови, но, лихо отморозившись, я побежала вслед за Яшкой, которая рванула вперёд, словно маленький локомотив.
— Вам нужно обязательно бежать туда? — услышала я позади себя голос Саши и, не сбавляя темп, ответила, задыхаясь от быстрого бега:
— Обязательно!
— Какие-то странные вы учительницы! Нужно расспросить Габриэлу, где она вас нашла! Видок у вас, я скажу…
— Ага, спроси… видок ему не нравится… — тихо буркнула я, но он был достаточно "ушастый" испанец:
— Вы что-то сказали?
— Чего ты ко мне привязался? — я резко развернулась, и он налетел на меня, чуть не сбив с ног. — Заняться больше нечем??? Бежишь — беги!
— Что-о??? — он покрылся пятнами от злости, и я прикусила язык:
— Извините, я не хотела.
Не став дожидаться, когда этот колдунишка-предатель вывернет на меня все, что готово было сорваться у него с языка, я понеслась дальше, испытывая чувство непонятной жгучей радости.
Анжелика стояла на лестнице и плакала, сжимая уже мягкую конфету и рыхлый пирожок. Яшка почти упала рядом, не забыв при этом, словно невзначай, ударить Романа ногой в голень, отчего тот закатил глаза и замычал, сжимая кулаки.
— Что случилось?! Анжелика, ты цела?!
— Там больно! — девочка вцепилась в неё, размазывая конфету по Яшкиному лицу и воротнику. — Там больно!!!
* * *
— Бедный ребёнок… — Лолита покачала головой и принялась убирать со стола. — Беззащитное дитя…