Глубокое озеро Чар (СИ)

Продолжение Глубокое озеро Чар Часть 2. Аромат магнолии.
Аромат магнолии. 1 глава
Это место существует на самом деле, но, конечно, там никогда не происходило событий, которые будут описаны ниже. Это всего лишь выдумка.
Предисловие.
Усадьба огромных размеров построена семьёй Эредия и насчитывает 365 окон. На эту странность соседи обратили внимание ещё в 30-е годы 19-го века, когда она была построена.
Рядом расположена другая усадьба — Кольменарес. Она имела связь с усадьбой Хурадо, но не была запятнана кровью, сатанистами и расследованиями. Оба дома были построены в похожем готическом стиле.
Странные события начались на рубеже 19-го и 20-го веков. В Малаге стали систематически исчезать девушки лет 20. Некоторых из них со следами пыток обнаружили на берегу реки неподалёку от усадьбы Хурадо. Поговаривали, что они стали жертвами сатанинских обрядов, проводимых в доме. Якобы сатанисты собирались в доме регулярно. Из дома раздавались крики, шумы и другие страшные звуки, приводящие в ужас окружающих. По вечерам в окнах было видно странное свечение, тени людей в странных одеждах.
Поговаривали, что к дому ведут 2 подземных тоннеля. Один соединяет дом с соседней усадьбой Кольменарес, а другой выходит к берегу реки. По этому тоннелю переносили тела жертв. Также по тоннелям могли приходить гости на их мрачные торжества, оставаясь незамеченными. Смельчаков, пытающихся приблизиться к дому, встречали голоса духов, просящих о помощи. Из дома за смельчаками гонялись привидения, и те спасались бегством, но далее сходили с ума.
Полиция регулярно проверяла все сообщения и тщательно расследовала убийства, но никакой связи с усадьбами семей Эредия и Лариос не нашла.
Легенда то затихала, то обрастала новыми слухами и подробностями, добавляя ужаса. Происходило это после смены владельцев, когда дом принимал заброшенный вид. Владельцы менялись регулярно, но никому не удавалось закрепиться надолго.
В 90-е годы 20-го века в доме стали собираться экстрасенсы и парапсихологи для расследований. Во время спиритических сеансов они слышали крики убитых девушек, сообщающих подробности — где и как их убили, где закопали, и кто это сделал.
В 2004 году зловещий дом пытались переделать в гостиницу. Во время строительных работ экскаватор провалился под землю, возможно, это был тот самый тоннель, который до этого не могли найти. Строительство остановилось, а застройщик вскоре обанкротился…
* * *
— Как вспомню, что здесь творилось в том году, так вздрогну… — Яшка стояла посреди дедовой усадьбы и с задумчивым видом смотрела на соседский двор. — Мне иногда казалось, что это был страшный сон, кошмар…
— Хороший кошмар, менты потом несколько месяцев нас таскали, — хмыкнула я. — Все поверить не могли, что всех, кто был у озера, заезжие сатанисты убили.
— Если бы я была на их месте, то тоже не поверила бы, — Яшка порылась в сумке и достала бутылку вина. — Может бахнем? Не могу я на все это трезвыми глазами смотреть.
— А что, давай… — я открыла поржавевший замок и вошла на веранду. — Сейчас кружки принесу.
Стояла середина мая, было тепло, и пахло молодой листвой и цветами, которые в своей красочной пестроте благоухали в ухоженных палисадниках. После ужасного происшествия на озере, убийств и демонов с колдунами, прошло чуть меньше года, но забыть все это безобразие не представлялось возможным. Неделю назад мне позвонил дядя Леша и сказал, что кто-то пробрался в дедов дом, и теперь нужно сменить замок. Он починил дверь, навесил старый замочек, но это ведь не выход из положения.
Как бы мне не было страшно ехать в «Серебренниково», но и дедов дом на разграбление я оставить не могла. Яшка поддержала меня, и мы, дружно заболев, бросили школу к чертям собачьим и рванули в деревню. А может, нас подсознательно тянуло сюда, раз мы без сомнений поперлись в этот мистический круговорот зла…
В глаза сразу бросилось то, что в доме кто-то побывал. Некоторые вещи были не на своих местах, некоторые вообще валялись на полу, разбросанные чьей-то недружелюбной рукой. И что здесь искали? Надеялись на лёгкую поживу или хулиганили?
 
Я прошла на кухню, взяла кружки, штопор и вернулась к Яшке, которая, задумчиво подперев подбородок, сидела в беседке.
— Ну, что там? Что пропало? — спросила она, откупоривая бутылку.
— Ещё не знаю, — я даже облизнулась, когда рубиновая жидкость полилась в кружку. — Да что там брать-то? Ценностей никаких у деда не было…
— Ты правильно сделала, что заказала двери и решётки на окна, — сделала вывод Яшка. — Жаль ведь, последнее растянут!
Мы выпили, закусили шоколадными конфетами, и разговор снова вернулся в то русло, которое нас очень беспокоило и возбуждало.
— Интересно, где сейчас наши испанцы? — Янина Сергеевна подкатила глаза и томно вздохнула. — Как исчезли после всех событий, и поминай, как звали… А у меня планы были…
— Ой, да они давно уже в Испании своей, местный колорит соблазняют! — буркнула я, вспоминая тёмные горячие глаза внука Лолиты. — А ты, небось, уже в испанские донны записалась?
— Почти, — согласилась Янка. — Все надеялась, что они объявятся, и, как в «Красотке», заберется мой мачо на балкон с букетом и заберет в жаркую Испанию…
— Я балдею… — протянула я, насмешливо глядя на подружку. — Вот это тебя распирает, мать… Губень ты не по-детски раскатала…
— Девочки, с приездом!
Я обернулась и увидела дядю Лешу, который аккуратно прикрыл калитку и шел к нам. Рядом с ним бежал Кутузов, виляя хвостом и высунув длинный язык.
— Здрасьте, дядь Леш! — я искренне была рада его видеть. — А вот и мы!
— Да вижу… — он опустился на скамейку и с улыбкой посмотрел на бутылку вина. — Что отмечаете?
— Ничего… Вспоминаем, — ответила я, и он понимающе кивнул:
— Я тоже часто вспоминаю…
— А как местные жители после всех событий? — спросила Яшка. — А Лолита?
— Жители… — он тяжело вздохнул. — Какая-то часть даже понятия не имеет, что случилось, обсуждают каждый вечер на завалинках. А те, кто не успел в ту жуткую ночь на представление демоническое, затаились и сидят, носу не кажут. Поди, теперь разберись, кто из деревенских в этой секте был!
Дядя Леша закурил, вопросительно взглянул на меня и, получив согласие, налил себе вина в узкий пластмассовый стакан, который вытащил из кармана.
— А Лолиты нет здесь… Уехала она.
— Куда уехала? — в один голос спросили мы. — Насовсем, что ли?
— Внуки её в Испанию забрали. Она теперь иностранка, — хмыкнул он. — Так и уехала в своих туфлях, только носки новые, бело-кипельные, надела!
— Правильно, что ей здесь делать? — Яшка выглядела недовольной, будто Лолита заняла её место в испанском доме. — В таком месте оставаться — себе дороже…
— Вы бы тоже здесь не задерживались, — дядя Леша обвел нас серьёзным взглядом. — Мне-то бояться нечего уже… А вот вы, как кость в горле у них… Кто знает, что им в голову придёт?
— Завтра-послезавтра, должны двери привезти и решётки на окна, — сказала я, чувствуя, как мурашки страха копошатся в районе копчика. — Установят, и мы сразу уедем.
— Вы хоть запирайтесь на ночь, — предупредил дядя Леша. — Это вам не шутки.
— А Семен Кукуруза? — вдруг вспомнила Яшка и схватилась за бутылку. — Неужели так и бегает по лесу?
— Умер он, — печально вздохнул мужчина. — Колдовство закончилось, Бейстеро умер и дал свободу Семену. Его нашли возле заброшенного дома, в котором они с женой жили. Так и помер, на фундаменте в куче кирпичей…
— Как жаль… — мне почему-то захотелось плакать. — Мне кажется, он больше всех пострадал.
 
— Не нужно его жалеть, он отмучился, — дядя Леша разлил остатки вина. — Давайте, за него и девок погибших.
Я покосилась на соседний двор и он, заметив это, добавил:
— Продали они дом. Ни мебель, ни посуду, ничего не забирали. Так и уехали пустые.
Мы выпили, и дядя Леша поднялся, сунув Кутузову конфету.