Глубокое озеро Чар (СИ)

— Нет. Минут десять медленным шагом, — ответила я. — Называется «Озеро Чар».
— Почему? — удивилась подруга. — Странное какое-то название…
— Имеются в виду чары — волшебство, — объяснила я. — Озеро колдовства.
— Ого! — Яшка сразу заинтересовалась. — Наверное, и легенда есть?
— Есть. Но я ее не знаю, — разочаровала я ее. — Если хочешь, поинтересуемся у тети Розы. Она рядом живет, ее калитка прям в наш сад выходит.
— Хочу, конечно! — она потерла свои розовые ладошки с голубым маникюром. — Люблю такие вещи!
— Ты веришь в колдовство? — я насмешливо зыркнула на Яшку. — Никогда за тобой не замечала.
— Все может быть, — пожала плечами подруга. — Я не то чтобы верю, но и не отрицаю.
— Ха-ха, — сказала я, весело улыбаясь. — Три раза.
Из-за стены леса, показались старый шлагбаум и облезлая будка, возле которой сидел лохматый пес.
— О, да тут все серьезно! — хохотнула Яшка. — Охрана!
— Конечно! — я притормозила и, выглянув из окна, крикнула: — Кутузик, где дядя Леша?
— Кутузик??? — Яшка вопросительно посмотрела на меня.
— Его Кутузов зовут. Еще маленьким, дядя Леша нашел его в лесу, с раной вместо глаза. Вылечил его, и теперь пес сторожит поселок, — объяснила я.
Кутузов залаял, весело виляя хвостом, и из будки показался высокий старик в тельняшке и камуфляжных штанах.
— Кто у нас тут? Танюша, ты, что ли???
— Я, дядь Леш!
— Наконец-то, пожаловала! — с укором произнес он. — Год не показывалась. Могилка у деда просела, я земли наносил, крест поправил.
— Спасибо, — мне стало стыдно. — Больше не пропаду.
— Дай Бог, — старик поднял шлагбаум. — С подружкой приехала?
— Да, на все лето, — я забралась обратно в машину.
— Ну и правильно, чего в городе сидеть, — он проводил взглядом наш автомобиль, опустил шлагбаум и зашел в будку.
— Ух ты! — Яшка вышла из машины и повисла на калитке, ожидая, когда я открою ворота. — Хороший домишко у твоего деда!
— Хороший, — согласилась я. — Дед академиком был.
— Интеллигенция, — протянула подруга. — Понятно…
Я распахнула ворота и въехала во двор, обратив внимание, что он зарос травой. Дом все так же гордо возвышался над двумя рябинами и огромным жасминовым кустом. Его окна, прикрытые ставнями, создавали гнетущее впечатление. На крыше поскрипывала чердачная дверь, распахнутая ветром настежь, а на втором этаже, с застекленной верандой, не хватало одного стекла. Порывшись в сумочке, я достала ключи и открыла дверь, ощущая знакомые запахи родного дома.
— Как волнительно! — запищала Яшка, радуясь, как ребенок. — Дом просто волшебный! Какой сад густой… Кажется, будто вокруг какая-то тайна!
— Фантазерка ты! — засмеялась я. — Воображение у тебя, будь здоров!
— А я тебе говорю, здесь нас ждет приключение! — не унималась Яшка. — Давай уже войдем!
Мы зашли внутрь дома, и у меня потеплело на душе от воспоминаний. Сколько лет я бегала по этой лестнице, сидела под лампой с красным абажуром… Запах, стоявший в комнатах не изменился, к нему лишь присоединились запахи пыли и легкого запустения.
— Обалдеть! — Яшка закружилась по комнате, расставив руки. — Шикарно жили академики!
Она пролетела мимо круглого стола с венскими стульями, стукнулась лбом о сервант с фарфором и с визгом завалилась под кожаный диван.
— Приключения начались? — поинтересовалась я у подруги. — Цела?
— Не знаю, — закряхтела Яшка, поднимаясь с пола. — Я спину потянула…
— А отпуск только начался! Пошли машину разгружать.
Я включила холодильник, и мы выложили в него продукты, которые купили в супермаркете. В открытое окно доносились деревенские звуки: кудахтанье курей, лязг колодезной цепи и стук топора, что уж очень умиляло впечатлительную Яшку. И тут, в эти умиротворяющие звуки, вмешались чьи-то визгливые крики:
— Я хочу на озеро!
— Александра, я сказала, нет! После обеда!
— Я не хочу обедать! Я на диете!
— И я! И я!
— Александра! Мария! Быстро за стол!
Мы с Яшкой переглянулись и высунулись из окна. Соседский двор хорошо просматривался сквозь молодые яблоньки, и мы увидели все семейство, расположившееся в беседке, увитой розовой ипомеей.
 
— Этих я уже видела сегодня, — сделала вывод Яшка. — Они так постоянно орут?
— Ага, — вздохнула я. — Ужасная семейка. Пойдем, я тебе твою комнату покажу.
— У меня будет своя комната?! — восхитилась подруга.
— Нет, я тебе коврик постелю! — хмыкнула я. — Пошли!
Поднявшись на второй этаж по скрипучим ступенькам, я открыла дверь в свою спальню и пропустила Яшку вперед.
— Будешь жить в моей комнате, а я — в дедушкиной, через стену. Постельное белье я привезла, а то, что в шкафу, мы с тобой на днях постираем. Лежало ведь целый год…
— Здорово! — Яшка сразу распахнула окно, впуская свежий воздух, и весело поинтересовалась: — Чем заниматься будем?
— Не знаю… Пошли на озеро сходим, а потом что-нибудь приготовим, — предложила я. — Освежиться охота, жарко.
— Ура! — подруга схватила сумку и вывернула ее на кровать. — Где же мой купальник?..
— Собирайся, а я пойду в душ, воды наберу. Летом ведь можно и на улице обмыться, — я веселилась, глядя как Яшка лепит к себе новый, под цвет ногтей купальник. — А булки из этих трусов не вывалятся?
— И что? — ее это совсем не смущало. — Это же хорошо, когда есть чему вываливаться. Симпатичный купальничек, да?
— Обалденный, — согласилась я. — У меня такой же.
Глава 2
Мы закрыли дом и вышли в маленькую калитку со стороны сада. Так было ближе, да и идти в зарослях было приятнее, чем по открытой солнцу, песчаной дороге. Все дышало влажным зноем и источало запахи, которые казались тяжелыми и терпкими под палящими лучами. Вокруг все шуршало, двигалось, стрекотало и жужжало, заставляя нас с Яшкой постоянно подпрыгивать и стряхивать с себя особо назойливых насекомых.
— Сейчас в лес войдем, там получше будет, — успокоила я подругу. — Ты бы все-таки головной убор надела.
— А мы что, не в лесу? — удивилась Яшка, напяливая бирюзовую шляпу с розой.
Мы купили две одинаковые, в прошлом году в Туапсе. Единственное различие в них было — цвет. Моя была цвета фуксии, с завязочками под подбородком. Широкие поля хорошо закрывали лицо от солнца, а легкий материал отлично вентилировался.
— Еще нет. Эти заросли возле родника разрослись еще лет десять назад, а лес начнется, как только мы перейдем во-он ту широкую тропинку.
— Ааа, ну хорошо…
В этих зарослях, мы, как две райские птицы, сияли ярким пятном, радуя местную живность. Шляпы, огромные очки, сарафаны соответствующего цвета и босоножки, с ядовитыми, желтыми цветами. Кстати, босоножки мы купили перед поездкой в магазине, где на всем висел ценник — двести рублей. Яшкин аргумент — "для деревни пойдет", сыграл решающую роль.
Подруга выглядела шикарно. Чтобы шляпу не сдуло ветерком, она затянула завязочки, которые тут же врезались в ее мяконький подбородочек, отчего он приподнялся тугим кружком. Из под очков торчал покрасневший носик, под которым блестели белобрысые волосики, а красная помада над подбородком-кружочком завершала образ. Последовав ее примеру, я тоже затянула завязочки, ощущая, как щеки начинают давить на глаза, и сразу освободила руку, перестав придерживать ею шляпу.
Перейдя тропинку, мы углубились в лес, и сразу стало легче дышать. Огромные сосны золотистыми столбами подпирали небо, наполняя воздух ароматом и прозрачностью, в их ветвях прыгали белки, и от их быстрых движений на наши головы осыпалась золотистая хвоя.
— Я вижу озеро! — Яшка ткнула пальцем в поблескивающую между деревьями гладь воды. — Там какой бережок?
 
— Пологий. Песочек, — ответила я. — И нет никого.
— Почему?
— Местные, почему-то, не очень любят ходить на озеро. Не знаю, почему даже, — пожала я плечами. — Если только соседи пожалуют.
— Странно, — Яшка подозрительно посмотрела на меня. — Рядом такое место замечательное, а они не ходят… Точно, здесь какая-то тайна есть.