Секс - наставник по соседству (СИ)

— Ты пришел что-то сказать или просто будешь пялиться?
Вот так, пинок под дых.
— Смотрю просто, не осталось ли вмятин после вчерашней проверки.
— Да я почти не почувствовала.
Вот же сучка.
Ладно, почувствуешь еще.
— Ну, так что, почему ты не спортивном костюме?
— Мм, зачем?
— Чтобы бегать, разумеется. Впрочем, если ты снимешь этот халат, то можем начать другие физические упражнения.
Член, вчера высосанный досуха, поднимает голову, словно собака, услышавшая свое имя. Блядство. Вчера она меня так не вставляла. Не, откровенно говоря, я бы прошел мимо, увидев ее. Да и видел. Всегда бесили телки, которые запускали себя после родов. Наверно, потому что у меня был пример мачехи перед глазами, которая после каждых родов умело приводила себя в порядок. А тут что, волосы русые висят паклей, кожа бледная. Ее спасают глаза и пухлые губы. Но кто их заметит, если она ходит вечно сгорбившись.
— Ну, нет. Лучше, конечно, бег. Слушай, а есть надо до или после бега? — только сейчас замечаю еще один запах, бьющий в нос. Гренки. Я почти ощущаю этот вкус на языке. Он растекается приятным теплом.
— До. Но я должен продегустировать то, что ты будешь есть.
— То есть у тебя жиромерт не только в руках.
— Булка, поверь, мой самый главный измеритель жира ты еще не видела.
Милфа моргает пару раз, быстро бросает взгляд на пах и тут же краснеет так лихо, словно краской в лицо брызнули. Она при этом становится почти симпатичной. Теперь желание увидеть ее целиком без одежды становится почти навязчивой идеей.
Она впускает меня, а я рассматриваю обувную полку. Мужская обувь на месте, детская, но, судя по всему, она одна. Меня ждала? Значит, все-таки физические упражнения, а гренками можно заполнить углеводное окно.
Только она закрывает двери, как дергаю за халат к себе, сминая ее сиськи своей грудью.
— Что вы делаете?
— Предлагаю начать с грудных мышц, они обычно самые уязвимые… — пальцами нахожу титьку, сосок на которой даже сквозь два слоя ткани царапает мне ладонь. А эта ее возмущенная мордашка только добавляет огня. Может, и не нужны будут другие телки постоянно. С такой горячей штучкой секс – марафон можно устраивать хоть несколько раз в день, из подъезда выходить не надо.
  
Глава 6.
 
Оксана 
Сердце колотится на износ, как мотор машины на скорости под двести. Мне дышать нечем, а эти его руки причиняют невыносимую сладостную боль. И это пугает. До такой степени, что я просто толкаю соседа в его твердую, как сталь, грудь. Распахиваю глаза в ужасе, как он издевательски вздыхает.
— Понял, начнем с пробежки.
— Давайте договоримся так. Вы меня не трогаете. Ни под каким предлогом, мне это… — дико нравится – не нравится совсем. Я вчера у вас убралась, Вам понравилось, вот будьте добры выполнять свою часть сделки или выметайтесь.
Он молчит, смотрит на меня насмешливым взглядом, словно ждет, что я сейчас распахну руки, крича: «Я же пошутила, налетай на мою грудь прямо сейчас, я так жду!»
— Завтрак-то будет, или мы тут до вечера будем стоять?
Я возмущенно фыркаю, отворачиваюсь и прошу следовать за мной. Провожу его в нашу крохотную кухню. Еще утром я заметила, что у него больше места, потому что по-другому сделана кухня. Он садится за стол, за которым его длинным ногам явно мало места. Выкладываю ему две гренки. Олег больше не ест, вечно боится, что поправится.
Себе накладываю две, а когда поворачиваюсь к столу, тарелка Тимура уже пустая.
— Эм.
— Вполне сносно, что застыла, садись, — встает он, опять трогает мои плечи, крепко их сжимая, запуская нежный поток импульсов от груди к животу, потом берет всю чашку с гренками и просто вываливает их себе на тарелку. Я в каком-то немом ступоре смотрю на его мужской аппетит.
— Еще есть, — смотрит на мою порцию, но я быстро толкаю хотя бы один себе в рот. Нет, ну, ты посмотри на него. Животное! С таким, блин, не щелкай. Запиваю чаем, смотря раздраженно, как он уминает и тот, что был на моей тарелке.
 
— Огонь, — откидывается он на спинку стула, поглаживая свой плоский живот. И куда там все поместилось? Сразу в мышцы ушло. – Итак, соседка. Одевайся, пошли бегать, раз уж упражнения в горизонтальной плоскости тебя не привлекают.
— Ты про пресс? Я качаю иногда пресс.
— И про пресс тоже. Одевайся.
Я вздыхаю, иду в спальню, достаю свой спортивный костюм, купленный давным-давно. С него даже бирка не сорвана. Отрезаю ножницами, надеваю. Смотрится даже сносно. Бедра кажутся не такими объемными, даже талия проглядывает.
— Воу, неплохо. Специально для меня купила?
— Ага, всю жизнь ждала, что появится такое хамло, как ты.
Он заходит в комнату, словно магнитом тянется ко мне. Шагает вплотную, смотря на довольно большой вырез футболки. Под ним спортивный лифчик, который сжал мою грудь почти так же, как вчера это сделали его ладони. И судя по взгляду, он думает примерно о том же. Поднимает руку, я тут же по ней бью.
— Эй! Я же просила!
— Да не дергайся ты. Я проверю, не нужно ли дополнительных удерживающих средств, — умудряется сунуть он в щель между грудей палец, но я отпихиваю его. То же мне, проверяльщик. – Жестокая. Ладно, бегать, так бегать.
Мы только разворачиваемся к выходу, как моя нервная система подвергается новому нападению. Замок двери в прихожей начинает щелкать. И этот звук в тишине квартиры похож на выстрел.
— Это, я так понимаю, муж.
Я даже не представляю, как будет выглядеть присутствие полуголого мужчины в моей квартире. Он может обвинить меня в измене, он может сказать, что разводится со мной.
Я поворачиваю голову к Тимуру, а он головой качает.
— Даже не думай, я не буду.
— Пожалуйста, под кровать, — шепчу я, а Олег уже в прихожей.
— Оксан! Ты где?
— Пожалуйста! Я грудь дам потрогать, что захочешь, только спрячься! Он не должен тебя увидеть!
— Там мои тапки стоят, если что.
— Скажу, что ему купила. Пожалуйста.
— Оксан!
— Да, блядь, — шипит этот гигант и падает на пол, заползая пол кровать. Я шумно втягиваю воздух, понимая, что катастрофу я лишь отсрочила.
Именно в тот момент, когда я ногой пихаю тяжелую руку под кровать, в спальню заходит Олег.
— Привет, я вообще-то зову тебя.
— Да, прости, вот костюм надевала новый. Нравится?
— Ты бы еще купальник раздельный надела. Где мой чемодан.
— Чемодан? Зачем тебе чемодан? – смеюсь я, — ты решил на работе поселиться?
— Нет, Оксана. В общем, ухожу я.
— Куда уходишь?
— От тебя. Я влюбился, наверное, впервые в жизни, и она поставила условие.
— Условие, — меня, кажется, парализует. Я просто падаю на кровать, чувствуя, как вся кровь из тела в голову стреляет. – То есть ты мне изменял все это время? Давно?
— Да какая уже разница? Где мой чемодан?
— Не знаю я, где твой чемодан! Понял?!
— Я хочу вещи свои сложить, Оксан!
— А Аленка? У нас же дочка.
— Ну, я же не бросаю дочку, я тебя бросаю. Да не переживай, — хочет подойти ко мне, но я толкаю его руку. Еще один. – Ладно, в общем.
Он открывает шкаф, достает свои лучшие костюмы, которые выбирала я. Потом просто достает с верхней полки чемодан и складывает туда самое необходимое и дорогое.
— Ладно, остальное ты потом сложишь, ладно?
Я даже не отвечаю, просто жду, когда он возьмет свой ноутбук, наушники и сложит коробку со всякой мелочевкой.
— Оксан!
— Ты уходишь? Уходи, давай.
Олег просто растворяется в пространстве, оставляя меня одну. Ах, да, не совсем одну. Я смотрю на спальню, которую когда-то мы обставляли вместе. Вот этот шкаф собирали по инструкции часа три. А теперь все. Теперь у него новая любовь.
Я сижу так, не знаю сколько, просто смотрю в одну точку и не могу поверить, как за один день моя жизнь так резко изменилась. Просто перевернулась с ног на голову.
Телефон на тумбочке начинает трезвонить, и я бегу к нему.