Целитель 4 (СИ)
— Настолько всё серьёзно?
— Ну, как вам сказать, Аристарх Павлович… Капитан Черепов в одиночку раскидал четырех адептов, один из которых Эдуард Олегович. При этом он всего лишь рядовая нежить. Я же в прошлой жизни напоследок умудрился грохнуть трех королей мертвых. Уж поверьте, эти твари меня запомнили.
— Сейчас доедем, и я тебя внимательно выслушаю. — пообещал целитель.
Поехали мы вовсе не в лечебницу, а на склон, откуда открывался вид на парк. Тут имелась парковка, зева не было. Отличное место, чтобы поговорить по душам.
— Что ж, Аристарх Павлович, — вздохнул я. — Как и говорил, мой путь начался в прошлой жизни. Звали меня Элор, и родился я в другом мире…
Глава 3
Аристарху Павловичу я рассказал почти всё. Основное — ничего не утаивал, дал весь расклад, кто я такой, чем закончилась война в моем мире, что мне известно о нежити и почему у меня именно такие планы, а не какие-то другие.
— Ты пошёл в целители, чтобы подготовиться к войне? — он редко, но задавал уточняющие вопросы.
— Да, так.
— А тебе не кажется, что это противоречит основам целительства? Помогать людям, чтобы потом прибегнуть к насилию.
Я покосился на Аристарха Павловича.
Смотрю и вижу, что с ним то же самое, что и с Петром, происходит. Истерики не было, отрицания тоже, но по нему прямо видно, что моя информация с трудом помещается в голову этому взрослому человеку и он пытается мыслить прежними категориями, цепляясь то за один кусок рассказанного, то за другой.
— Аристарх Павлович, в моем мире были мудрецы, которые помнили прошлые жизни и разбирались в высоких материях. Были и жрецы, которые служили напрямую богам и тоже могли дать совет. Я же обычный парень, который волею судьбы остался в раннем возрасте без родителей, пошёл в целители, но и там долго не пробыл, потому что армия мертвых добралась до нашего города и пришлось отступать. Поэтому я могу вам лишь сказать из собственного опыта.
Я перевёл дух и пожалел, что с собой воды не захватил. От долгих разговоров уже хрипеть начинаю.
— Исцелять — это, безусловно, важно, — продолжил я. — Но теряется смысл, если ты исцелил человека, а завтра его убьют и превратят в мертвого, заберут душу, чтобы подпитываться ею. Также по вашим словам видно, что вы воспринимаете войну как конфликт между людьми. А я сражаюсь против мертвых. Это совсем другое. А так да, я с вами соглашусь, что целители не предназначены для войны против рода людского. Признаюсь честно, это доставило мне много проблем при разборках со шпаной.
Аристарх Павлович потер переносицу, помолчал, а потом кивнул.
— Ты прав, Олег… Элор…
— Будет лучше, если останется Олег. Я ведь не шутил, что, если моя тайна всплывёт, может последовать самая жестокая реакция.
— Хорошо, — снова кивнул он, заторможенно и дергано. — Ты прав. Я пока с трудом могу осознать тобой рассказанное. Но если тебя убили мертвые, а души они забирают…
— То как я оказался здесь? — закончил я мысль. — Очень хороший вопрос. Сам не знаю.
— Как так?
— Аристарх Павлович. Ещё раз. У меня нет всех ответов, — повторил я. — Я был убежден, что, проиграв, буду, как и все, обречен на бесконечные страдания. А потом раз, и оказался в животе беременной женщины. Поверьте, я и сам бы очень хотел получить многие ответы.
— Но, если ты не попал в чрево бога смерти, как ты говоришь… — задумался он. — Это ведь доказательство, что и другие могли не попасть, так? Может, всё это ошибочно? — покрутил он рукой, выражая сомнения.
— Если так, я первый порадуюсь.
Вопрос он и правда хороший задал. Потому что доказательств того, что бог смерти существует, что он действительно пожирает души, у меня нет. Единственное, на что я опираюсь — это на слова жрецов и мудрецов. Могло ли это быть обманом?
Наверное, да. Но в чем тогда мотив обманывать всех нас? Да и я собственными глазами видел бесконечные армии мертвых.
— Одно могу сказать точно, Аристарх Павлович. Если насчёт душ — я доказать не могу, то… То, что мой мир был уничтожен, люди перебиты и обращены в нежить, а плодородные земли превратились в безжизненные пустоши — факт. Сам лично, глазами видел. Не весь мир, конечно. Но достаточно, чтобы в этом не сомневаться. Да и с других, соседних земель к нам прибывали, рассказывали, что у них та же беда.
— Мне это всё нужно обдумать, — резюмировал Аристарх Павлович.
— Да я вас не тороплю. Главное — бдительности не теряйте. И глупостей не делайте.
— По тому, как влипать в неприятности, ты у нас мастер, — хохотнул Аристарх Павлович.
Нервно как-то. Отчего сам смутился.
Проговорили мы с час где-то. Вернулись в лечебницу. Разговоры по душам — это важно, конечно, но и работу никто не отменял. Аристарх Павлович чем-то своим ушёл заниматься. А я — своим.
После разговора я чувствовал себя амбивалентно. С одной стороны — облегчение испытал. Сам не ожидал, что настолько легче станет, когда раскроюсь и тем грузом, что на моих плечах повис, поделюсь. С другой стороны — мне было стыдно. Аристарх Павлович хороший человек, а я ему, считай, жизнь испортил.
Ну как испортил. Считай, сообщил о смертельной болезни, которую нельзя вылечить. Вопрос, стоило ли об этом сообщать, остаётся открытым. Это и малодушие, и вынужденная необходимость — мне позарез нужны союзники.
* * *
Вторую половину дня провёл в компании Степан Денисовича. Отработали с ним «тяжелых». Сказал, что готов и трех пациентов брать. Хирург удивился, но обещал решить вопрос.
Я выше головы прыгнуть не пытался. Просто Источник подрос и укрепился. Да и тело тоже трансформировалось постепенно. Поэтому та нагрузка, которую я способен выдержать, увеличивалась. Учитывая, что по норме у меня работы тоже поубавилось, в силу отсутствия пациентов, то почему бы и нет.
Спросил про нового целителя в перерыве.
— А ты его не видел, что ли? — усмехнулся хирург, сидя у себя за столом и заполняя документы. — Смазливый черт.
— Это плохо или хорошо? — не понял я.
— Да пока непонятно, чего он нахватался в европах этих, — хмыкнул Степан Денисович и тему развивать не стал.
Ну да, пока ничего хорошего со стороны европейских «коллег» я не видел.
* * *
Уже вечером, после тренировки, когда домой шёл, меня попытались убить.
Я после разборок с Тенью не особо-то расслаблялся. По сторонам оглядывался, защиту на окна и двери ставил, засыпал с оружием. Когда по улице ночью шёл, полный Источник поддерживал и тело укреплял. И в качестве предосторожности, и в качестве тренировки.
Мне всего ничего оставалось, когда сзади послышались торопливые шаги. Обернувшись, увидел, как мне в голову труба летит.
Перехватил чужую руку рефлекторно, в сторону увёл. Нападавший попытался толкнуть, мы сцепились, и я ему Кровь в мышцы послал, расслабляя.
Собственно, на этом драка и закончилась.
Уложил его на асфальт, капюшон сдернул да Кровь в руку подал, чтобы осветить. Молодой парень, глаза выпучил, смотрит со страхом на меня.
— Ты кто такой? — спросил его.
Ответить он что-либо не успел.
— Стоять! — раздался чужой голос. — А ну отойди от него!
Я и отошёл. Кричали со спины, а подставляться не хотелось.
Ожидал увидеть подельников нападающего, но вместо этого заявились городовые.
— Господа, вы вовремя, — сказал им. — На меня напали.
— Это мы разберемся! — пообещал городовой, махнув дубинкой. — Не дергайся, парень! К стене отойди и повернись!
— Вы это мне? — искренне удивился я.
— Тебе-тебе! Напал на мальчишку кто, я, что ли⁈ Ограбить хотел, да⁈
— Да вы с ума сошли, — опешил я.
— А вот и орудие, — второй городовой нашёл трубу.
— Разбой и нападение! — обрадовался первый.
— Он против меня Масло применил! — поддакнул нападавший.
— А вот это очень серьезно! — возликовал первый. — Руки за голову! Повернулся! Живо!