Альва. Дарующая жизнь (СИ)

Элиор подался вперед, не разрывая зрительного контакта, и коснулся моих губ своими. Его поцелуй был осторожным и нежным, ласкающим, будто крылья бабочки. Я даже растерялась на мгновение, уже заранее ожидая от него привычного властного напора. Но этот несносный дракон неожиданно удивил меня, и моё сердце взволнованно забилось.
Отстранившись, Элиор нахмурился, глядя на меня.
— Ты замёрзла. Давай-ка к берегу.
Я действительно немного замёрзла, и мои губы дрожали от холода. А может, просто от волнения и бушующих внутри эмоций?
Мы поплыли к берегу.
Выйти из воды оказалось намного сложнее, чем зайти в неё. Моя сорочка была мокрая и почти ничего не скрывала. Она облепила тело, выставляя всё напоказ.
Притормозив у берега, я инстинктивно прикрыла руками грудь, да так и осталась стоять в воде, не решаясь пойти дальше.
Элиор обернулся и хмыкнул насмешливо. Вот он, похоже, вообще ничего не стеснялся — вышел на берег в чём мать родила, демонстрируя мне своё мощное идеальное тело.
Смутившись, я сразу отвернулась, покрываясь мурашками от лёгкого ветерка.
— Элив, выходи из воды, не то замёрзнешь.
Элиор уже успел надеть штаны и теперь сурово смотрел на меня с берега.
— Отвернись… пожалуйста.
— Ты смеёшься, сладкая моя, — усмехнулся он и лукаво прищурил глаза. — Думаешь, я что-то не видел? Элив, я твой муж. Не надо стесняться меня. — И протянул мне руку. — Иди ко мне.
Я закусила губу, терзаясь сомнениями.
Элиор был прав: я вела себя глупо. В ночь инициации драконы не только видели меня обнажённой, они творили со мной такое… что можно заживо сгореть со стыда. И я понимала, что сейчас уже поздно строить из себя скромницу, но… Как бы я ни старалась, не могла побороть смущение. Особенно перед ним.
  
Глава 38
 
Я всё же вышла из воды, чтобы тут же оказаться в сильных и горячих объятиях Элиора. Он обнял меня, прижав спиной к своей обнажённой груди, и прошептал на ушко:
— Трусливый маленький зайчонок.
А потом наклонился и прикоснулся к моей шее обжигающим поцелуем, согревая кожу тёплым дыханием и вызывая россыпь мурашек на теле.
— Элиор… Мне холодно, — соврала я, сходя с ума от паники. Потому что тело вопило совсем о другом: меня буквально захлёстывало жаром возбуждения от близости дракона.
— Замёрзла? — Он убрал руки с моего живота и обнял за плечи, обволакивая теплом своего тела. — Сейчас я обернусь в дракона, а ты прижмись к его телу — согреешься гораздо быстрее.
Я обернулась и недоверчиво посмотрела на него.
— А он меня не тронет?
Элиор коротко рассмеялся.
— Глупышка! Дракон скорее себе хвост откусит, чем причинит тебе боль!
— Зачем? — Я удивлённо распахнула глаза. Но потом, поняв, что это была всего лишь шутка, проговорила с улыбкой: — Не надо хвост трогать. Жалко ведь.
Элиор отстранился и мгновенно обернулся крылатым змеем.
Как у них получается так быстро менять форму?
Чудеса!
Сахат лёг на землю и протяжно пророкотал, видимо, подзывая меня к себе.
«Ну ладно… Смелее, Элив!»
Если этот зубастый драконище не съел меня раньше, то и сейчас не тронет.
Я подошла к зверю и осторожно прильнула к его огромному чешуйчатому телу. От него исходило такое тепло, что никакой печки не надо. Элиор оказался прав: я согрелась мгновенно. Даже сорочка и волосы просохли всего за несколько минут, окутанные теплыми потоками драконьей магии.
Сахату, похоже, тоже понравилось, что я доверчиво прижимаюсь к нему в поисках тепла. Он расслабленно положил голову на лапу и наблюдал за мной сквозь узкие щели слегка приоткрытых век.
Эта идиллия продолжалась ещё довольно долго: мы просто наслаждались тишиной и ласковыми лучами тёплого солнца, а ещё — странным будоражащим чувством… С Элиором-драконом мне было гораздо спокойнее чем с Элиором-мужчиной. Зверь действовал на меня умиротворяюще, а мужчина разжигал внутри дикий огонь, который я сама пока не могла контролировать, и, попав в его полную власть, рисковала сгореть и истлеть в нём без следа.
 
Мне нравилось гладить и обводить пальцами каждую чешуйку могучего змея, чувствовать, как он довольно рокочет в ответ и как тяжело вздымается его грудная клетка. А вот к Элиору-мужчине я бы так просто ни за что не прикоснулась. Я бы дрожала от одного его взгляда, чувствуя, как низ живота наливается томительной тяжестью, а ноги слабеют под действием его сильной и подавляющей ауры. Элиор-мужчина будоражил во мне всё самое порочное, неизведанное и дикое.
— Нам пора возвращаться, — услышала я над ухом властный голос своего мужа.
Я так была поглощена собственными мыслями, что даже не заметила, когда он вновь принял человеческую форму.
— Уже? — Я посмотрела на солнце, постепенно садящееся за горизонт, и сердце защемило от тоски. Возможно, я никогда больше не увижу этой красоты: зелёного леса, гор, тихой безмятежной реки. Второй раз драконы точно не выпустят меня из Амансиана. — Давай побудем здесь ещё немного, а?
Элиор нахмурился, сведя брови к переносице, а потом присел рядом со мной на траву.
— Это небезопасно, Элив.
— Ну, пожалуйста… — протянула я, жалобно глядя в его голубые глаза, в которых очень сложно было что-то прочитать. Этот дракон всё ещё оставался для меня загадкой. Я не знала, о чём он думает и что предпримет в следующий момент. — Я так хочу ещё немного побыть здесь, на Земле!
Он тяжело вздохнул и недовольно поджал губы. А я сразу сникла, понимая, что мне его не переубедить и не разжалобить. Это же Элиор, у которого законы и принципы всегда будут на первом месте. Но спустя минуту мучительного молчания он вдруг ответил:
— Хорошо, но только до утра. С рассветом мы возвращаемся в Амансиан.
Он согласился остаться? Правда?
Я сначала даже не поверила, думала, ослышалась. Повернулась и недоверчиво посмотрела на него. Но Элиор выглядел вполне серьёзным.
Первым порывом было взвизгнуть от радости и обнять несносного дракона, но я подавила в себе это желание и лишь робко улыбнулась ему.
— Спасибо. Вот только… Тэрон и Мирос будут волноваться, — Когда я вспомнила о других своих мужьях, сердце в груди тревожно забилось. — Наверняка нас уже ищут.
— Не ищут, — уверенно ответил Элиор. — Они знают, что ты со мной. — И в ответ на мой удивлённый взгляд ответил: — Между драконами, в которых течёт кровь одной альвы-матери, образуется особая связь. Мы можем мысленно общаться друг с другом в облике драконов.
— Ух, ты! Понятно. Значит, они не сердятся?
Элиор криво усмехнулся.
— Лучше тебе этого не знать.
Я закусила губу от досады. Ну, конечно же, они переживают, иначе просто не может быть! А я, осознавая, что веду себя чересчур эгоистично, в тот момент ничего не могла с собой поделать. Я хотела остаться на Земле, сама толком не понимая, для чего. Но, возможно, мне просто нужно время, чтобы проститься, отпустить свою прошлую жизнь и двигаться дальше.
Я вновь посмотрела на реку, на заходящее солнце, и на душе стало до боли тоскливо. Неожиданно для самой себя я прильнула головой к плечу дракона, мысленно выражая благодарность за эти несколько минут счастья.
— Так, всё, хватит грустить! — не выдержал мой муж и встряхнул меня за плечи. — Ты не пленница, Элив. Ты — наша любимая женщина, наша избранная. Каждый из нас жизнь за тебя готов отдать, понимаешь? Но здесь, на Земле, слишком опасно для тебя. Ты должна это понимать. Единственное место, где ты будешь в полной безопасности, — это Амансиан. И это не клетка, как ты его считаешь. Амансиан — место, где мы без страха можем растить наших детей, пока они ещё слабы и слишком уязвимы.
Я растерянно моргнула. О детях, если честно, я вообще пока не думала. Это казалось мне чем-то таким далёким… Но я помнила, что Лирей рассказывала об этом. Она говорила, что маленькие дракончики до определённого возраста остаются в человеческом облике и практически ничем не отличаются от обычных детей. И лишь когда их внутренний зверь достигает определённого возраста, они могут обратиться и расправить крылья.