Альва. Дарующая жизнь (СИ)
Рангар вскочил со стула, раздувая ноздри от злости. Стражи-сахаты тут же заняли боевую позицию. Дарги и акхоры, сопровождавшие своего императора, тоже напряглись, готовясь к любому исходу.
— Так, стойте! Мы здесь собрались не личные отношения выяснять! — рыкнул Рэйвиг. Акхор чувствовал, что запахло жареным. — Мы всё ещё не скрепили магической печатью наше соглашение. Может, сначала займёмся этим?
— Какое, к дьяволу, соглашение?! — рявкнул Рангар сверкая яростным взглядом. — Никакого соглашения не будет, пока мне не покажут альву!
— В таком случае тебе лучше покинуть Амансиан, — ледяным, как сталь, голосом произнёс император.
— С удовольствием! — сквозь зубы процедил Рангар и, кивнув своим братьям, размашистым шагом направился прочь из тронной залы.
— Тэрон!.. Что происходит?
Император красных драконов совсем не ожидал такого поворота событий и был очень недоволен.
— Прости, Рэйвиг, придётся найти другой способ попасть на север, — хмуро отозвался Тэрон.
Акхор недовольно поджал губы, нахмурился. Всё, на что он рассчитывал от этой встречи, летело в бездну.
— Так что, всё настолько серьёзно… с этой альвой?
— А ты бы показал свою избранную Рангару? — Тэрон вопросительно выгнул бровь.
Рэйвиг скривился и промолчал, мысленно соглашаясь, что сахат прав. Он бы не показал. Ни за что. Особенно чернохвостым.
— А то, что сказал Рауд, это правда? — Рэйвиг ухмыльнулся. — Признавайтесь: вы выкрали у Рангара альву? Прямо из-под носа?
Тэрон нахмурился, а потом ответил уверенно:
— Рауд ошибся: альва принадлежит нам.
Глава 27
Драконы буквально влетели в мою комнату с лихорадочно горящими глазами. Ощупали меня тревожными взглядами и сразу же перешли в наступление:
— Почему ты не сказала, что ты предназначалась императору даргов?
Голос Тэрона прозвучал чересчур резко и требовательно. В его тёмно-синих глазах бушевал настоящий шторм.
— Вы не спрашивали, — опешила я, не понимая толком, что случилось. — Да разве это имеет какое-то значение?
— Похоже, уже нет, — усмехнулся Элиор.
— Малышка, это точно он? Тот дракон, который хотел забрать тебя себе, его звали Рангар? — Мирос обхватил моё лицо ладонями, с тревогой всматриваясь в глаза.
Я кивнула.
— Да. Я как раз хотела вам рассказать, что видела дарга в саду. Я не понимаю, откуда он там взялся… Я очень испугалась.
— Всё хорошо, малышка. Не надо бояться. — Мирос ласково погладил меня по щеке.
Сразу стало тепло на душе, и я снова почувствовала себя в безопасности. Вот только Тэрон и Элиор продолжали хмуриться и сверкать друг на друга гневными взглядами.
— Ты должен был за ней следить, — с укором бросил император.
Элиор поджал губы.
— Сейчас уже поздно искать виноватых. Я говорил тебе, что изначально это была плохая затея — проводить Совет в Амансиане. Нам нужно думать, что делать сейчас.
Тэрон окинул меня странным взглядом, задумчивым и тяжёлым, затем молча развернулся и направился к двери. Попросил охранника позвать Лирей, которая, как оказалось, ждала за дверью. Женщина вошла в комнату и поклонилась, почтительно опустив голову.
— Ваше Величество?..
— Лирей, подготовьте Элив. Сегодня вечером она должна быть в моей спальне, — проговорил император.
А у меня сердце вдруг забилось с бешеной силой от предчувствия неладного.
Зачем в спальню? Почему вечером?
Мамочки, он же не хочет сказать, что…
Будто подтверждая мои опасения, Тэрон посмотрел мне в глаза и слегка улыбнулся, уловив в них панику. Затем снова перевёл взгляд на Лирей.
— Сделайте всё, как полагается.
— Слушаюсь, Ваше Величество.
***Когда драконы покинули комнату, я впала в ступор: не могла ни пошевелиться, ни что-то сказать. Просто смотрела в одну точку и пыталась переварить услышанное.
Сегодня…
— Элив, — послышался за спиной ласковый голос Лирей. — Пойдём со мной. Тебе надо помыться.
Я резко развернулась и вцепилась в неё, как в спасательный круг. Пропищала тихо:
— Лирей, я боюсь. Я не хочу…
— Милая моя, не надо бояться, — ободряюще улыбнулась она. — Всё будет хорошо.
Она гладила меня по спине и продолжала говорить, что-то успокаивающее, но я её почти не слышала, с головой погрузившись в пучину ужаса.
Почему именно сегодня? Зачем эта спешка? Ведь они обещали подождать.
Кажется, я… ещё совсем ещё не готова.
— Пойдём. Сейчас ты примешь горячую ванну, и тебе станет легче, — ворковала Лирей, расплетая мои волосы.
Потом она быстро наполнила ванну горячей водой и помогла мне раздеться, потому что сама я была словно во сне: руки не слушались, тело оцепенело и мелко дрожало.
Расправившись с одеждой, я залезла в ванную. От волнения меня трясло так, будто у меня бела настоящая лихорадка. Я долго не могла согреться. Лирей заставила меня полностью погрузиться в горячую воду, и только тогда я понемногу начала отходить. Тёплая вода сделала своё дело: я расслабилась. Вот только мне так и не удалось избавиться от тревожных мыслей.
— Всё будет хорошо, Элив, поверь мне, — ласково бормотала Лирей, намыливая мне голову. — Близость с мужчиной — это не так страшно, как ты себе представляешь. Это даже… приятно. — Она смущённо хихикнула у меня над головой. — В первый раз, конечно, может быть немного больно, но потом… Потом всё будет замечательно. Я уверена, что император и его братья — опытные любовники и смогут доставить тебе удовольствие.
Я сидела в ванной, красная, как рак, с головы до ног, уже не только от того, что разомлела в горячей воде, но и от дикого смущения. Все происходило слишком быстро, и я совершенно не была к этому готова.
— Как это будет?.. — набравшись смелости, всё же спросила я. — Как будет проходить инициация? Их ведь трое… а я одна.
Лирей молчала, продолжая усердно намыливать мои волосы и поливать их водой, смывая пену.
— Лирей… — позвала я и обернулась, заглядывая ей в глаза. — Я должна знать.
Она вздохнула и ответила:
— Их будет трое во время инициации.
Сердце в груди пропустило удар, и тело словно окаменело. Каждый мускул напрягся, превращаясь в оголённый нерв. Дыхание стало частым и прерывистым.
— Как — трое? — спросила я сипло, с трудом проглотив образовавшийся в горле ком.
— Вот поэтому я тебе и не говорила раньше времени: знала, что ты будешь накручивать себя и переживать почём зря, — вздыхала Лирей. — Конечно, с первого взгляда, это может показаться страшным, да. — Она посмотрела мне в глаза и улыбнулась. — Я тоже боялась в первый раз, честно. Но могу тебе сказать из собственного опыта: всё оказалось не так страшно. У драконов всегда так: в первую ночь, когда ставятся брачные метки, они все присутствуют на инициации. Но потом всё будет так, как захочешь ты. Они всегда будут прислушиваться к твоим желаниям и никогда не будут спать с тобой все вместе, если ты этого не захочешь.
— Откуда вы можете знать, как они поступят? — всхлипнула я.
Лирей пожала плечами.
— Я, конечно, не знаю всего. Все драконы разные. Но вот мои мужья всегда считаются с моими желаниями, — уверенно заявила она. — Да и другие альвы никогда не жаловались. По крайней мере, я никогда не слышала такого.
Может быть, Лирей была права, и я зря переживала. Но тогда я уже вообще ни о чём не могла думать, только о предстоящей ночи с тремя драконами. Мне было страшно до чёрных мушек перед глазами.
***Вечер наступил так быстро, что я даже не успела опомниться. Время будто нарочно насмехалось надо мной и летело непозволительно быстро. И вскоре я уже стояла в полупрозрачной белой сорочке, которую и сорочкой-то назвать сложно: всего лишь пара полосок лёгкой нежной ткани, прикрывающих грудь и бёдра и закреплённых массивными золотыми украшениями в виде колец и поясов.
И именно так я должна буду предстать перед драконами?