Между (СИ)

— Более чем! — огрызаюсь я и уже собираюсь развернуться, чтобы уйти, но Дэймон в два счета подлетает ко мне и останавливает.
— Снова хочешь убежать? Поступить в своем стиле? Нет! Ни хрена подобного! Ты дослушаешь меня! Сама этого хотела!
Он продолжает уже чуть менее горячо:
— Но я знал, что если для меня ты — это ты, то для Йена, с его больной фантазией ты — Клэр. И он во что бы то ни стало, захочет вернуть ее себе, любыми способами. Сперва я хотел тебя защитить. Быть может, для меня это было бы своего рода искуплением, не знаю! Но потом я так крепко подсел на тебя, словно на какой-то сорт наркотика. И мне с каждым днем было все тяжелее сохранять нейтралитет к тебе. Мне была и есть невыносима мысль, что ты будешь с кем-то другим, кроме меня. Если я перегибаю палку, то это просто потому, что люблю тебя!
Я задыхаюсь от его исповеди. Сердце неистово колотится в груди. Я чувствую нечто такое, что испепеляет меня изнутри. Я не могу контролировать этот всепоглощающий жар. Мне кажется, что еще несколько мгновений — и я сгорю живьем. Заламываю пальцы за спиной, прикусываю губу, чтобы хоть как-то вернуть себе контроль над своими чувствами, разумом, телом. Дэймон смотрит на меня так, словно ждет решающего слова, вердикта.
— Можно я задам последний вопрос?
Дэймон кивает.
— Та фотография… ты хранишь ее, потому что скучаешь по Клэр?
Дэймон отвечает тихо и подавленно, я не ожидаю такой резкой смены.
— Не более чем по своей прошлой жизни. Там, где обитают воспоминания о Клэр, все настолько дерьмово и неправильно, что одна мысль об этом вызывает во мне стыд и лишь одно желание — забыть и никогда не вспоминать. То фото, которое ты нашла… я храню его не как воспоминание о Клэр, а как напоминание о том, что я делал со своей жизнью раньше, и что никогда не должен повторить.
Сейчас я могу либо перечеркнуть и отпустить все, что терзало меня до этого момента и дать нам шанс любить друг друга, либо уйти. Уйти без права и возможности вернуться. Дэймон ждет. А я молчу.
  
Глава 38
 
- Мия! Не молчи! — Дэймон проводит рукой по волосам.
Я делаю глубокий вдох, смотрю на его бессилие. Самообладание покидает меня со стремительной скоростью. Мне никуда от него не деться, от себя тем более. Встаю и делаю шаг ему навстречу. Дэймон нерешительно протягивает руку, и я без колебаний принимаю ее. В ту же секунду бросаюсь ему на шею и обнимаю. Он мой, я знаю это, так же, как и я его, всецело, без остатка.
Дэймон запускает пальцы в мои волосы, с неистовой силой прижимает к себе, яростно целует. Наши тела тесно сплетены, дыхание становится одно на двоих. Я словно умерла и лишь сейчас возвращаюсь к жизни. Рядом с ним.
— Черт возьми, что ты делаешь со мной! — выдыхает Дэймон и его слова тонут в моем стоне.
— Прости, — шепотом говорю я, не имея сил отстраниться от него. Руки Дэймона гладят мою спину под кофтой. Оторвавшись от моих губ, он заглядывает мне в глаза и внимательно изучает.
— Это я должен просить прощения. За все, что сделал.
— В этом и есть любовь? В том, что непременно должно быть больно?
Дэймон морщится, будто от нестерпимой боли.
— Нет, детка, надеюсь нет. Мне жаль, что ты думаешь так, что я вложил тебе эти мысли в голову. Хотя, порой сам сомневаюсь в этом. Я виноват. Я не знаю, как поступать правильно.
Я осторожно касаюсь пальцем его губ, заставляя замолчать.
— Мы оба не знаем, как поступать правильно. Словно слепые в темноте…
Неожиданно Дэймон слегка отстраняется от меня, и в ответ на мой недоуменный взгляд, берет мою руку в свою и прикладывает к своей груди. Чувствую, как бьется его сердце, удары частые и глухие.
— Одно я знаю точно. Оно твое, только твое. И так будет всегда, что бы ни случилось, где бы я ни был. Мое сердце бьется только для тебя.
Я не могу сдержать улыбку. От его слов мне становится тепло и спокойно. Будто вся боль уходит, оставляя место только надежде и любви. Тянусь к нему, требую его ласки, и он отвечает. Обхватывает меня за талию и поднимает на руки. Не прерывая поцелуй, Дэймон несет меня к кровати и осторожно опускает. Я завороженно наблюдаю, как он ловко и изящно снимает рубашку. Любуюсь его обнаженным рельефным телом, когда он нависает надо мной. Я подаюсь вперед и поднимаю руки, чтобы он раздел меня. Кофта летит на пол, а Дэймон устраивается между моих ног и, скользя рукой по моему животу, медленно ласкает губами шею, грудь. Я обхватываю его широкую спину руками, полностью отдаюсь ему, позволяю целовать там, где он хочет. Меня переполняет желание, смешанное с чем-то диким, первобытным. Я не могу думать ни о чем, кроме его губ, рук, настойчиво спускающихся все ниже, к моим бедрам. Дэймон снимает с меня последнюю одежду, возвышается надо мной, пожирая глазами. Они темные, непроницаемые. Он жаждет меня так же, как и я, в этом нет сомнений. Невольно начинаю дрожать от нетерпения, наблюдая, как Дэймон снимает свои штаны.
 
— Спокойно, детка, — шепотом говорит он, приблизившись к моим губам.
От его тела исходит пламенный жар, и я выгибаюсь ему навстречу, чтобы наши тела соприкоснулись. Дэймон стискивает зубы, рычит, пытаясь действовать сдержанно, но судя по тому, в каком напряжении находятся все его мышцы, я чувствую, с каким трудом ему это удается.
— Я не хочу сделать тебе больно, — его голос слышится мне неясно, сквозь пелену блаженства.
— Не сделаешь…Ты нужен мне прямо сейчас, — бормочу я и впиваюсь ногтями в его спину. В ответ Дэймон стонет. Его рука яростно сжимает мое бедро, приподнимает ногу повыше. Он всем своим весом вдавливает меня в кровать и безжалостно входит внутрь, сливая наши тела воедино. Я вскрикиваю от боли и наслаждения одновременно. Не давая мне не секунды, чтобы принять его внутри себя, Дэймон опять обрушивается на меня со всей неистовой силой. Таким я его ни разу не видела и не чувствовала. Он заполняет меня снова и снова, не давая ни секунды отдыха. Я извиваюсь под ним, подчиняясь его властным движениям. С каждым движением я ощущаю уже знакомый жар. Он поднимается снизу и постепенно заполняет каждую клеточку, надвигается волнами, погружая в эйфорию. Дэймон увеличивает темп, и я покачиваюсь в такт ему. Еще секунда и я кричу, выгибаюсь всем телом. Чувствую, что Дэймон кончает вслед за мной, и утыкаюсь носом ему в шею. Он тяжело дышит, пытаясь, как и я прийти в чувство.
— Как же я соскучился, — тихо шепчет он, и я сильнее прижимаю его к себе.
— Я тоже скучала. Это было невыносимо. Быть без тебя. — я убираю мокрые пряди с его лба, провожу кончиком пальца по щеке. Дэймон прикрывает глаза. Он осторожно целует меня. Иступленная ярость прошла, выплеснулась наружу, оставив место спокойствию и умиротворению.
Дэймон помогает мне встать.
— Примешь со мной душ? — предлагает он и слегка тянет к себе. Я не могу сдержать улыбки, видя его нерешительность.
— Конечно.
………………………………………………………………………………………………
— Мне пора домой, — мы сидим за столом в номере отеля. Дэймон заказывает ужин, и следит, чтобы я съела все, что лежит у меня на тарелке.
— Ты не останешься? — спрашивает он, поднимая взгляд.
— Я обещала матери, — ловлю себя на мысли, что сама этого не хочу.
Дэймон пытается скрыть досаду.
— Я думал, ты вернешься со мной?
Мои щеки вспыхивают румянцем.
— Я поступила слишком импульсивно, уехав. Теперь у этого есть свои последствия. Как это будет выглядеть, если ты заберешь меня обратно?
Дэймон склоняет голову на бок, смотрит на меня осуждающе.
— Ты снова переживаешь, что скажут другие. Я могу объяснить все сам. Тем более с твоим отцом мы очень даже подружились, — он лукаво улыбается.
— Ты умеешь производить впечатление, — я закатываю глаза, — в тебя сложно не влюбиться.
Дэймон накрывает мою ладонь своей и сжимает.
— Мне не нужна ничья любовь, кроме твоей…
Замечаю, как он напрягается, и спешу перевести тему.
— Ты хочешь уехать завтра?