Любовники (СИ)

Сердце начинает биться в такт мелодии, но для меня каждый его удар – болезненно. И дышать тоже трудно.
Том появляется на сцене с огромным букетом персиковых роз. Моих любимых. Музыка становится тише и идет фоном. Я смотрю на своего парня и мне становится страшно. А он что-то говорит, его глаза сияют, но я совсем не могу разобрать ни слова, лишь смотрю неотрывно на него. И жду. Жду, когда грянет взрыв и пол подо мной расползется, низвергая меня в пучину хаоса и агонии. Когда я упаду в самое пекло своих страхов, терзаний. Своей ненависти.
И взрыв гремит.
- Алексия Джонс, ты станешь моей женой? – Том стоит передо мной на одном колене. Цветы лежат на сцене рядом с ним, а в руках он держит детонатор, в виде коробочки с колечком посередине.
Делаю шумный вздох и понимаю, что в зале воцарилась тишина. Такая тишина, что мой вздох услышали буквально все. Испуганно оглядываю зал. Все ждут. Ждут моего ответа. А я не хочу! Слишком все быстро. Это не правда, невозможно!
Но реальность, вот она – переливается и сияет несколькими каратами на красном бархате. Секунды замирают и медленно плавятся под выжидающим взглядом Тома. Кажется, прошла целая вечность, прежде чем по залу разлетелось тихое «Да».
Сделаем вид, будто бы ничего не произошло
Я - невеста. Мне бы радоваться и выглядеть счастливой. Но я выгляжу лишь ошарашенной.
В ушах до сих пор отголоски бурных аплодисментов и визгов толпы.
Большим пальцем прокручиваю колечко, которое сковало мою свободу, мою волю. А нужна ли мне была свобода? Раньше мне нужен был лишь Том. Но теперь. Теперь я не знаю.
Но Том мне нужен до сих пор. Теперь он мне нужен так жадно, так отчаянно, что я не смогу его отпустить. Не захочу. Вина будет уничтожать меня изнутри. Медленно и непреклонно. Но снаружи я буду жить, радоваться и любить. Топить свою совесть и свою вину. Заглушать. Не слушать. Игнорировать.
- Ты знал. – Не спрашиваю, а утверждаю.
Ник хмыкает и пожимает плечами. Как мне сейчас хочется ударить его. Выплеснуть всю накопившуюся злость, размахнуться и оставить след на его щеке, как он оставил след в моей душе. Но я молчу. Больше не нужно слов. И не нужно взглядов.
Надо это прекращать. Моя жизнь отныне изменилась. Так стремительно, что я даже не успела осознать всю серьезность ситуации. Что ждет меня дальше? Я ощущаю себя словно на «русских горках», чувствую, как захватывает дух от дикой скорости и непредсказуемых поворотов, но уже не могу вырваться. Меня сковали. Окольцевали. Да и вообще, к лучшему ли все эти изменения? А главное, хочу ли я этого?
***
Мы решили, что свадьба будет летом. Через полгода. Полгода, чтобы мне все осознать.
Но меня еще больше прижимают к стене, связывают по рукам и ногам. Том решил сообщить о нашей помолвке своим родителям. Да и моим тоже.
Не передать словами, какого было удивление обеих сторон. А с родителями Тома я даже и не была знакома. Нам в срочном порядке пришлось это исправлять. И мы оставшиеся дни до конца января разъезжали по родственникам моего… жениха.
Зато это помогло отвлечься. Но не от своей вины, которая еще больше раздирала меня изнутри, когда я познакомилась с маленькой сестренкой Тома и увидела, как тепло он к ней относится. Том очень хороший. А я самая настоящая тварь. Тварь, которая изменила ему, предала. Он не заслуживает меня.
 
Но я боюсь ему признаться, боюсь отпустить. Я еще и эгоистичная тварь. Я попросту боюсь остаться одна. Ведь если я расскажу, то потеряю сразу и любимого, и лучшую подругу. А я не хочу.
***
В феврале мы едем к моим родителям, которые не сказать, что были рады слышать о том, что я выхожу замуж – скорее они были ошарашены так же, как и я, когда Том делал мне предложение.
Сейчас я уже могу сказать, что согласилась опрометчиво, под влиянием шока. Я не отвечала за свои слова. Но Тому об этом знать не обязательно. Никому не нужно знать.
На день влюбленных Мелисса приглашает нас с Томом отметить этот праздник с ними. Я всеми силами стараюсь найти повод, чтобы не пойти, но мои слабые попытки тут же отвергаются и бракуются.
- Милая, ну ты чего? – Том не понимает моего настроения. – Это же год отношений Ника и Мел, мы не можем это пропустить, ведь это мы их познакомили.
И я сдаюсь. Как говорится, бросаю весла и плыву по течению. Но беда лишь в том, что течение это не тихое и спокойное, а стремительное и бурлящее, со множеством подводных камней и скал, о которые я скорее всего разобьюсь.
- Лекси! – Прохожу в дом, где меня встречает радостная подруга. Кругом развешены сердечки, стоят свечи – в общем, романтика. Даже воняет благовониями. – Том! Я так рада, что вы пришли!
- А мы точно по адресу? - усмехнулся Том, снимая свой тренч.
- Да-да, - мне показалось, или Мел нервничает? - проходите на кухню.
Первая переступаю порог кухни и там же замираю на месте. Огромный стол ломится от лакомств и угощений, фруктов, сладостей и неимоверного количества свечей. А посреди всего этого великолепия сидит Ник. В белой рубашке с расстёгнутом воротником и закатанными рукавами, поверх которой жилет серого цвета. На его лице играют отблески огней от свечей, что придает ему толику загадочности и великолепия. Задерживаю дыхание, чтобы справиться с собой. Но все хваленое спокойствие летит к чертям, когда мы встречаемся взглядами.
- Привет, - голос тихий, но для меня звучит как пушечный выстрел.
И слова застревают где-то в горле.
- Привет, - за меня отвечает Том, внезапно очутившийся за моей спиной. – Мы точно вам не помешаем?
Кажется, теперь и до моего жениха начинает доходить, что мы тут лишние.
- Нет, - спокойный ответ Ника раздражает меня. Он ведет себя совершенно бесстрастно, чего не получается у меня.
Пытаюсь скрыться от всего этого и иду на поиски подруги. Нахожу её в ванной, поправляющей макияж.
- Мел, - мну руки, стараясь не дотрагиваться до кольца, что подарил Том. – Мне точно кажется, что мы лишние…
- Не говори ерунду, - отмахивается подруга, - вы – причина наших отношений. Поэтому вы обязаны быть здесь и сейчас.
Киваю, так как не знаю, что еще сказать в свое оправдание. Весь вечер провожу как на иголках, и пью больше положенного. Но алкоголь вновь не берет меня. Я не чувствую расслабления ни на секунду. Лишь раздражение усиливается с каждой улыбкой Ника, каждым прикосновением его к Мел.