Жена (не) подарок (СИ)

— Как тогда. Все как тогда... Ничего не исправить. Уже ничего. Поздно.
Снова этот безумный стеклянный взгляд. На этот раз еще безумнее. Я почувствовала: тело его было тут, но он сам — совсем в другом месте.
— Врача, Олег, позови врача! — зашептала я, попытавшись достучаться до него. Потратила на это последние силы.
Не услышал.
— Поздно, поздно, поздно, — все повторял он, раскачиваясь взад-вперед.
Ему будто не было до меня никакого дела. Ни до чего не было дела.
Это конец. И Артура сама выгнала, он не вернется. А значит, меня никто не спасет.
Ремезов прав: поздно.
Боли уже не было, я склонила голову к груди, чувствуя, что слабею все больше.
Тук-тук. Тук-тук. Тук.
— Мила, Мила, очнись же, девочка моя любимая! Не умирай, я люблю тебя, слышишь?! Дыши! — Это было следующее, что я услышала, на секунду вынырнув в реальность. Артур. Все-таки вернулся... — Врача! Быстро!
  
Глава 62
 
Артур Арчин 
Я смерчем ворвался в кабинет Сирануш Акоповны. Спросил, тяжело дыша:
— Милу могли увести на какие-то процедуры, к ребенку или еще куда-то?
Врач не прониклась моим взбудораженным видом.
— Нет, Артур Германович, — спокойно ответила она, подняв взгляд от бумаг, которые заполняла до того, как я бесцеремонно ее прервал.
— Нужно проверить. Срочно. И узнать, все ли в порядке с моим сыном.
— Это еще зачем? — всплеснула она руками.
— Потому что, если моя жена не у ребенка и не на процедурах, значит, ее украли из вашей гребаной клиники! Мы ведь оба понимаем, что сама уйти она не могла. Шевелитесь! — прогремел я. — Засужу к чертовой матери!
Сирануш Акоповна побледнела — волшебное слово «засужу» сработало.
— Но как же так, — пробормотала она, вскакивая из-за стола, — мы ведь выяснили еще несколько месяцев назад, что не было никакой утечки с нашей стороны, никто не взламывал систему охраны.
— Значит, на этот раз все-таки взломали.
В прошлый раз, когда Ремезов поджидал меня и Милу у клиники, я поднял на уши руководство, но независимый эксперт подтвердил, что защиту серверов не обошли. Точнее, даже не пытались. Сошлись на том, что Олег сторожил бывшую жену старым дедовским методом — вживую.
Похоже, он обвел нас вокруг пальца.
— Артур Германович, я сама схожу в ясли, узнаю, как ребенок и не появлялась ли ваша жена. Заодно проверю еще несколько кабинетов.
Я кивнул и кинулся на первый этаж, к выходу.
— Где у вас комната видеонаблюдения? — запыхавшись, обратился я к девушке за стойкой регистратуры.
Она молча приоткрыла рот, привстав с места, хмурясь и явно сомневаясь, говорить или нет.
— Ну же? — прогремел я.
— Т-там... — ткнула она пальцем вправо. — Третья дверь налево.
Телефон зазвонил. Сирануш Акоповна.
— С вашим сыном все в порядке, Артур Германович, но Милы нет. Я свяжусь с директором, чтобы вам дали доступ к камерам. Мы ее найдем.
Голос врача звучал виновато и... не очень уверенно. Я заскрипел зубами от злости. Толку мне с этой вины, у меня жену украли. Любимую.
Я помчался в нужном направлении, снова прижав телефон к уху.
Слишком долго. Руслан, давай же, ответь.
— Да, — наконец раздался его голос в трубке.
— Милы нет в палате. Охранника тоже нет. Врач проверила возможные места. Это Ремезов, Руслан. Точно он, больше некому.
— Еду.
Я пихнул телефон в карман штанов и рывком открыл нужную дверь.
— Быстро показывайте запись с камер! Палата номер тридцать шесть. Скорее!
Молоденький щуплый охранник развернулся на крутящемся стуле вместе с бутербродом в руке. Оттуда на его черные штаны закапал соус.
— Вы вообще кто? — попытался он остановить меня, не успев дожевать.
— Вам позвонят в течение нескольких минут, но я предлагаю не терять время. Вы же хотите премию за содействие? У меня жена пропала.
Парень заморгал, отложил недоеденный бутерброд в сторону и махнул рукой на кучу мониторов.
— Время?
Я бросил взгляд на часы, прикидывая в уме время, когда ушел из палаты жены.
— Полтора часа назад.
Охранник послушно включил нужную запись... судя по которой, Мила до сих пор преспокойно лежала в своей палате.
 
— Не понял, — недоуменно мотнул головой я. — Мотай назад!
Через несколько минут мы выяснили, что запись в том коридоре и еще в одном, соседнем, попросту закольцевали. А следом шла слепая зона. То есть теоретически Ремезов или его люди могли уйти с Милой куда угодно.
— Твою мать... — зарычал я. — Камеру на выходе. Бегом!
Пока я на ускоренной перемотке смотрел последние полтора часа, парню позвонили.
— Да, Павел Сергеевич, слушаюсь, Павел Сергеевич.
Директор, черт его дери.
Если только не найдем Милу, я их всех тут...
«Нет, Артур, найдем. Обязательно. Иначе и быть не может», — начал успокаивать я сам себя.
Не вышло. Сердце заходилось в мучительной тревоге за жену.
Однако никто, похожий на Милу, здание не покидал. Значит, она все еще внутри.
— Где тут можно спрятать человека? — обратился я к охраннику.
Тот уставился на меня как на умственно отсталого.
— Так где угодно, — развел руками он. — Тут куча кабинетов, палат и подсобных помещений. Еще и в подвале ремонт, там вообще можно спрятать что хочешь... И камеры там отключены.
И я помчался в подвал, велев парню следить за выходом и оповестить меня, если вдруг что увидит.
Время летело, словно пуля, выпущенная из автомата, а результатов не было.
Врач предупреждала меня, что Миле нужен покой, что есть опасность внутреннего кровотечения, и теперь я, открывая дверь за дверью, сходил с ума: что, если опоздаю?
Через десять минут отзвонился Руслан — он подъехал со своими людьми, и мы начали прочесывать здание вместе.
Я мрачнел все больше. Нет, это не секунды утекали сквозь пальцы — нечто большее и гораздо более ценное.
«Господи, помоги!» — в отчаянии взмолился про себя, выскочив из подвала. Милы там не оказалось.
И вдруг наткнулся взглядом на табличку «Осторожно, мокрые полы».
Что там говорил охранник? Подсобные помещения?
Я заметался по коридору в поисках дверей с подходящими надписями.
Наконец-то увидел такую. С силой дернул ее на себя и разочарованно выдохнул.
Пусто.
Помчался дальше. Снова такая же дверь, секундная заминка, рывок и... снова пусто.
Зазвонил телефон. Руслан.
— Артур, оказывается, тут есть еще один выход. Рядом с процедурными. Закрытый, правда. Камеры уже просмотрели, никто не выходил. Милу могут прятать рядом, чтобы вывести оттуда.
Процедурные? Я помнил, как отводил жену в одну из них.
Полетел туда, молясь про себя всем богам. Только бы успеть, только бы она была там.
Я вылетел из-за поворота в нужный коридор и увидел в его конце Руслана.
Он дал знак, что начнет оттуда. Тем лучше, быстрее прочешем.
Я собрался открыть первую дверь, но отпустил ручку. Мое внимание приковала дверь без надписей через одну. Точнее, табличка там когда-то была, но теперь вместо нее зияла пустота.
Не знаю, что понесло меня именно к ней. Несколько шагов, и вот я дернул ее на себя.
И тут же увидел жену. Лежавшую на полу. Бледную, без сознания. В крови. И... она не шевелилась.
А рядом, раскачиваясь взад-вперед, на коленях полубоком ко мне сидел какой-то бородатый мужик. Он вцепился в волосы, словно псих, и что-то бормотал себе под нос, будто ничего не видя.
Почему он ей не помогал?
?!.
— Нет! — взревел я и кинулся к Миле. — Нет! Зовите врача!
Неужели? Не может быть... Я отказывался верить, что опоздал.
— Очнись, очнись же!
Не помню, что шептал ей. Кажется, умолял не оставлять меня.
Вдруг ее веки дрогнули, и вместе с ними мое сердце, до этого камнем давившее грудь, вновь забилось. Душу затопило невообразимое облегчение.
— Врача! — снова заорал я как ненормальный, подхватил жену на руки и вынес ее из подсобки.