Жена (не) подарок (СИ)

— Нет так нет, — пожал плечами Руслан, хитро улыбаясь. — Как скажешь.
То-то же. Нет, я не спорил, Мила мне нравилась, но любовь — слишком громкое слово. Можно ли любить того, кому не доверяешь? Сомнительно.
— Свадьба через неделю, — все же ответил я.
Друг кивнул, резко посерьезнел и наконец-то перешел к делу:
— Ремезов активно засобирался.
— Куда? — нахмурился я.
— Выясняем. Однако он выставил на продажу всю свою недвижимость и даже машину. В общем, все свои активы.
Я присвистнул. Прошло две недели после нашего последнего разговора. Неужели он внял моим словам? Было бы хорошо, но меня одолевали нехилые сомнения.
— На квартиру, что досталась ему от отца, уже нашелся покупатель. Думаю, сделка будет оформлена в ближайшую неделю.
Я поджал губы.
— Тебе тоже все его сборы не внушают доверия?
— Именно, — ухмыльнулся Руслан. — Он написал заявление на увольнение на работе, передал важных клиентов другим специалистам. То есть однозначно готовит отступление. Действует слишком странно и поспешно, не находишь?
— С чего такая прыть? — недоумевая, поинтересовался я.
— О том и речь, Артур, о том и речь. Ты его сильно напугал, однако я так и не нашел, что именно его так взбудоражило. Мои ребята активно поднимают старую информацию, проверяя каждую более или менее крупную сделку, в которой он участвовал. Но сдается мне, дело не в работе.
Руслан сделал знак рукой официантке, кивнув на свою пустую кружку.
— Ниточка тянется из того времени, когда он с родителями жил в Ефремкино*. Только вот самой деревушки уже лет десять как нет. Она уже в то время, пока они там находились, активно умирала. Я до сих пор пытаюсь найти кого-то, кто в состоянии хоть что-то вспомнить о семье Ремезовых.
— И как успехи?
— Пока нашел только одного парнишку, однако он тогда был слишком мал, чтобы запомнить что-то существенное. «Да, помню семью, помню, что тетя Ангелина была очень красивая и добрая, угощала пирожками», — вот и все, что добился от него. Он даже самого Олега не вспомнил. Так что толку мало, — развел руками Руслан. — Ищу других жителей, возможно, кто из старожил еще жив. Но, сам понимаешь, надежды мало.
— А что с его отцом?
— Да ничего, тоже тупик, — вздохнул друг. — Умер еще до знакомства Олега с Милой. Спился практически сразу, как вернулся с сыном в город, умер от сердечного приступа.
— Ты не думаешь?.. — схватился за ниточку я.
— Думал, конечно, — сразу понял меня Руслан и с сожалением покачал головой. — Нет, тут все чисто. Олега вообще в стране не было, когда все это случилось, отдыхал на Кипре. Кстати, Ремезова-старшего по-человечески жаль, он был хорошим врачом, много жизней спас. А своей жене, получается, помочь не сумел, если то, что рассказала Мила, правда.
— Да что же Ремезов такого скрывает? — нетерпеливо стукнул кулаком по столу я.
— Не знаю, Артур. Пока не знаю. В уме ему не откажешь. Порой ощущение, будто он заметает следы волшебной метлой. Ну ничего, даже самые продуманные люди совершают ошибки. Олег не исключение. Раз он так испугался, что ты его прижучишь, значит, грешок за ним имеется, и немалый. Дай мне время.
— Почему он так повернут на Миле, не выяснили?
— Боюсь, тут мне тоже нечем тебя порадовать. Я сначала решил, может, тут что-то личное, может, Мила похожа на его мать, но нет. Та была жгучей, очень красивой фигуристой брюнеткой, а Мила — полная ее противоположность.
М-да. Все страннее и страннее.
— Что, если как-то замешаны родители Милы?
— Да ну.
Друг поморщился и кивнул на неприметную флешку, которая все это время лежала на столе, я обратил на нее внимание только теперь.
— В файлах все это есть, можешь ознакомиться. Обычная история, коих миллион. Мать умерла, а кто отец, так и осталось загадкой. Обычная повариха, несчастная, по сути, женщина, к концу жизни спилась и умерла в своей крохотной квартирке: задохнулась угарным газом. Детей больше не родила. Она, кстати, искала Милу после ее совершеннолетия, да вот только так с ней и не связалась, хотя данные ей дали. Наверное, не решилась.
 
Вот как... Информацию, конечно, изучу.
Интересно, Мила пошла бы на контакт с матерью или не дала бы ей сказать и слова? Ответа я не знал. Не знал и того, сообщать ей о раскопанной информации или не стоит. Да уж, не зря говорят: многие знания — многие печали.
Телефон Руслана пиликнул, и он взглянул на экран.
— Англия. Ремезов собрался в Англию.
— И что? — недоуменно уставился на друга я.
Как по мне, отличный выбор для того, у кого есть деньги, а после продажи всего имущества они у Олега точно будут в достаточном количестве.
— Англия, пожалуй, самая жесткая европейская страна в плане выдачи преступников России. Точнее, невыдачи, Артур. И вряд ли он бы так пекся об этом, если бы речь шла всего лишь о финансовых махинациях. Тут явно что-то серьезнее.
— Вот хитрый ублюдок! — Мои брови поползли вверх. — Копай, Руслан. Если нужны еще деньги, это не проблема, сам понимаешь. Найди, что скрывает Ремезов. И удвой за ним слежку. Пусть ни один его шаг не останется незамеченным.
Я нахмурился. Мозг словно пытался обратить внимание на что-то конкретное во всей этой истории со сборами. На что?
Думай, Артур, думай. В каком случае человек избавляется от всех активов в стране? Ну точно же! Если не собирается вернуться. Оно бы, конечно, и прекрасно: туда ему и дорога, но учитывая его повернутость на Миле... Разве оставит ее так просто?
— Он хочет ее украсть! — выдал я под озадаченный взгляд Руслана.
*Ефремкино— название деревни вымышлено автором, все совпадения случайны.
  
Глава 52
 
«Мила, расслабься. Дыши. Это же просто роспись», — уговаривала я себя, но не тут-то было. Дыхание перехватывало, я жутко нервничала и к концу дороги в загс «съела» всю губную помаду.
Артур ждал меня там и, как полагается жениху, еще не видел мое свадебное платье.
Я надеялась, ему понравится.
Во всяком случае, коллеги остались в восторге. Реакцию тех самых Марии и Гали и вовсе никогда не забуду.
Наряд висел на манекене, когда я вчера зашла за ним, и застала их кружившими вокруг.
«Как небрежно, но в то же время легко, утонченно и изысканно! И небанально! — пели они. — Наверняка это задумка шефа для весенней коллекции. Шедевр!»
О, взгляды этих девиц на меня — бесценно.
Точнее, их недоверчивое выражение лиц и практически одновременный возглас «Да ла-а-адно!», когда узнали, что эскиз платья — мой, да и сшила я его практически полностью сама.
Их лица вытянулись, но вместо слов они лишь поджали губы, синхронно хмыкнули, качнули головами и удалились за свои столы с высоко поднятыми головами. Мол, вот еще, вслух признать, что были не правы.
Я лишь улыбнулась. Чувствовала: это начало если и не слаженной работы в дальнейшем, то хотя бы нейтралитета. Уж теперь-то точно не станут жаловаться, что меня взяли по блату, а большего и не ждала.
Я тогда с любовью обвела взглядом мое платье, провела рукой по струящейся ткани, представляя, как его надену. Даже цвет выбрала не белый, а сочетание светло-кремового, молочного и немного серого. Возможно, кому-то мой выбор цветов и фасона мог показаться странным, но я никогда не тяготела к пышным огромным юбкам, меня больше тянуло к летящим и легким силуэтам.
Имелся и еще одни плюс такого платья: оно скрывало мой круглевший живот, который платье с корсетом лишь подчеркнуло бы.
Артур оказался прав: Антон с одобрением покивал, когда я показала ему рисунок и попросила помощи. Потер руки, словно пчела, севшая на цветущее растение, заговорщически мне подмигнул и тут же легким движением карандаша почеркал мой эскиз.
«Та-а-а-ак... Это хорошо, это очень хорошо, но вот тут добавить, здесь плавнее, а здесь лучше графичнее. Вот. Самое оно для невесты Артура Арчина. Шедеврально!»
М-да, сказал как отрезал. А я, между прочим, не один день над наброском провела. Но, рассмотрев эскиз критическим взглядом, поняла, что он прав, а решение сделать края бахромчатыми добавило наряду изюминку.