Лекарь (СИ)

На занятия успел за пару минут до их начала, предварительно высадив Леру на пирсе у катера и посмотрев, как она лихо на нем рванула в сторону Сомовки. Внутренняя диагностика показывает, что бодрость у меня зашкаливает. Да еще одноклассницы, как на грех, в обтянутых джинсиках и полупрозрачных блузках, смеются и флиртовать со всеми пытаются. И ведь все понимают, что дразнятся и подзуживают, а как до дела дойдет, то большинству заедут коленом в пах и обматерят, чтобы не приставали. В данном случае, как никогда актуален всплывший из памяти анекдот про поручика Ржевского: «Молодой гусар спрашивает у поручика Ржевского, как это ему удается пользоваться таким успехом у женщин.
— Очень просто, — отвечает он, — нужно подойти к женщине и сказать: «Мадам, позвольте вам вдуть!»
— Поручик! Но ведь за такое можно и по морде!
— Можно и по морде. Но можно и вдуть.»
Живой пример тому мой сосед по парте. Парень любвеобильный, имеет, по его словам, немало побед и переспал со многими, в том числе и в школе. Но, как я заметил, почти каждый день мается с отбитыми причиндалами. Парни даже предлагали ему в штаны небольшую сковороду прятать, когда этот ловелас зажимает в углу очередную «жертву». Нет, о насилии он не помышляет, пытается «крепость» брать наглостью и нахрапом.
— Стас, помоги, а? — обратился ко мне парень. — Ленку опять пытался обаять, а у нее не коленка, а бейсбольная бита. Вроде уже и боком стоял, а все равно прилетело так, что из глаз искры шибануло.
— Отстань ты от девки, — посоветовал я. — У тебя Машка есть, да и другие варианты рассмотри, кандидатур-то много.
— С кем-то неинтересно, кто-то уже пройденный этап. С Машкой это, сам знаешь, временно, когда ни у той, ни у меня нет ничего на примете, свободные, так сказать отношения. Блин, печет и дергает, боюсь там все распухло и на неделю из жизни выпаду! Стас, ну будь человеком, подлечи!
Ленка, как раз в этот момент мимо проходила и последние слова парня услышала.
— Не вздумай! — погрозила она мне пальцем. — Если бы ты знал, что он говорил, когда меня вчера вечером отловил и пытался лапать! Пусть недельку помучается, кобелина!
— Леночка, прости ты меня, сидеть не могу, — с мольбой посмотрел на одноклассницу мой сосед по парте. — Хочешь дам честное слово, что больше к тебе приставать не стану?
Девушка задумалась, на меня посмотрела, а потом, хихикнув, спросила:
— Неужели твое сокровище, от вида которого я впаду в экстаз, раздвину ноги и буду умолять не останавливаться, так сильно пострадало?
— Не то слово! Я же к тебе в тот момент резко навстречу подался, а ты ногу согнула, — поморщившись ответил Василий.
Хоть плачь, хоть смейся, но у парня и в самом деле проблемы и сильная боль. Тут одним магическим посылом не обойдешься. Нет, если потратить всю энергию, то от травмы и следа не останется. Но сам-то я на бодрящем зелье и, боюсь, обессилю и заснуть могу.
— Знаете, вы между собой сперва договоритесь, — решил я найти компромиссное решение. — Конечно сделаю так, чтобы до ампутации не дошло и наш друг, — хлопнул парня по плечу, отчего тот скривился и непроизвольно руки на свой пострадавший пах опустил, — мог впоследствии быть отцом. Лен, если хочешь его наказать, то могу сделать специальные примочки или мазь, за неделю все пройдет, и ты сможешь его снова пинать.
— Примочки? — переспросила девушка и густо покраснела. — Хорошо, пусть так.
Договорить она не успела, в классе воцарилась тишина, но звонк о начале урока еще не прозвучал.
— Разуйте мне глаза, — прошипел Васька.
За учительским столом молодая женщина в строгом деловом костюме, подчеркивающим фигуру, выкладывает из модного рюкзачка учебник, классный журнал и шариковую ручку. Вот она встала, поправила длинные волосы, спадающие на плечи, посмотрела на доску и отправилась к ней. Туфли на высоком каблуке, сбоку на юбке длинный разрез, но в рамках приличия. Марианна, а это именно она, что-то на доске вывела, а потом на притихших учеников посмотрела и в этот момент прозвенел звонок.
 
— Класс, здравствуйте! — громко и с весельем в голосе произнесла учительница.
Мои одноклассники встали у парт, но так никто ничего и не смог сказать. Даже мой сосед и тот про болезненные ощущения забыл и стоит в обалдении.
— Садитесь! — командует Марианна. — Что-то вы сегодня какие-то не такие, — качает головой молодая женщина. — А ведь у вас проверочная работа по домашнему заданию. Надеюсь, все подготовились. Олеся, — посмотрела на девушку, занимающую первую парту, — будь добра, раздай всем листы с вопросами. Времени дается урок, надеюсь, все справятся! А я пока проверю, что мне там вчера написали девятиклассники.
Прежде, чем приступить к самостоятельной, снял у Василия болевые ощущения, впрочем, на парня новый образ Марианны подействовал, как сильнейшее обезболивающее.
— Напомни мне о микстуре, — шепнул соседу по парте. — Нет, могу и мазь сделать, но, думаю, внутрь легче употребить.
— Побочки будут? — поинтересовался тот.
— Трахаться ты и так не сможешь, алкоголь увеличит срок лечения. Решать тебе, — ответил я, за что поплатился.
— Иванов, а может ты всему классу расскажешь о своей увлекательной беседе с Черновым? — громко поинтересовалась Марианна. — Если уже с самостоятельной справился, то сдавай работу!
— Марианна Степановна, да я еще и вопросы не все прочитал! — возмутился в ответ.
— Тогда сидим и работаем! Услышу, что кто-то болтает — минус балл! Замечу списывающих — за дверь и по всем вопросам рефераты, — пригрозила географичка.
— Вот зверь! А так-то ничего, симпатичная оказалась, — склонив голову к парте, пробурчал Василий.
А вот передо мной возникла дилемма. По большинству вопросов понятия не имею, что отвечать. Да и по оставшимся развернуто не смогу ответить. Н-да, признаю, знаний не хватает. Однако, помню и о пари с Марианной, хорошая оценка обеспечена и могу забить на ее предмет. Эх, придется и в самом деле «грызть гранит науки». Печалька, если честно, но от пробелов в образовании необходимо избавляться. И как на все время найти? Еще и сотовый выдает противную вибрацию. Кому это я потребовался?
— Марианна Степановна, — поднял руку, — разрешите выйти.
— Иди, — посмотрела на меня географичка.
На ходу вытаскиваю сотовый и смотрю на десяток пропущенных вызовов. Два звонка от Леры, три от господина Шаргина, а остальные с неизвестного номера. Набираю номер главы клана, та на первом же гудке отвечает:
— Стас! У нас проблемы! Иностранные специалисты нажрались с подрядчиком, а потом передрались. Сейчас лежат, блюют и стонут. Что делать?
— Вот дебилы! — морщусь. — В моей лаборатории возьми полулитровую бутылку из-под пива, на ней написано: «Опохмелин», — это средство сделал на всякий случай, боялся, что строители в запой уйдут. Однако, наши люди не жаловались, работали нормально, хотя и не всегда в трезвом виде. Иностранцы же не смогли конкурировать с широтой русской души. — Так вот, каждому болезному дай по двадцать миллилитров, симптомы похмелья исчезнут. Травмы у них серьезные? Надеюсь ничего себе не переломали?
— Шульц более-менее, пара синяков. А вот Клюге, — Лера вздохнула. — Мишка, который трубоукладчик, ему нос свернул.
— За что? — поинтересовался я.
— Стас, бутылка из зеленого или темного стекла? Не могу разобрать что ты написал! Почерк у тебя ужасный, — сказала женщина, пропустив мой вопрос мимо ушей.
— Так ты уже в лаборатории? — удивился такой оперативности.
— Стас, сам же говорил, что от пьянства работяг подстраховался. Значит какие-то зелья сварил, но, насколько знаю, не использовал, случай не представился, — пояснила сообразительная женщина и добавила: — Как о происшествии узнала, то сразу в твою мастерскую побежала и тебе стала названивать.
 
— Ясно, — усмехнулся я. — Тебе, точнее, болезным, нужно то, что в бутылке из темного стекла, не зеленого. На сломанный нос сделайте примочку, когда появлюсь — помогу.
— Стас, может ты сегодня с уроков отпросишься? — осторожно спросила глава клана, а потом добавила: — Если не отпустят, то прогулять один день не так страшно.