Ветры Запада. Книга 2 (СИ)
— Их лучше поберечь, — виновато сказал я. — Все их девочки-Владеющие — это Ренские. Сами понимаете, как род отнесётся к смерти своих дочерей. Я вовсе не хочу сказать, что наши люди для меня менее ценны, просто надо иметь в виду, что Ренские всё-таки помогают нам добровольно, и от того, сколько из них вернётся домой, будут очень зависеть наши будущие с ними отношения.
Станислав сморщился, и я его чувства прекрасно понял. Если наши ратники поймут, что мы бережём Ренских за их счёт, нам будет сложно убедить их, что мы действительно о них заботимся. Образ семейства, который мы так долго и старательно выстраивали, скорее всего, просто рухнет. Собственно, я и сам до конца не понял, будет ли полк Ренских для нас подспорьем или лишним грузом. Во всяком случае, пока что это большой вопрос.
— Я понял, господин, — кисло сказал Лазович.
— А с волками, я думаю, всё ясно, — заговорил я, уходя от неприятной темы. — Регулярным частям герцога Баварского они не противники, так что используй их для охраны и патрулирования. Ну, про бывших сослуживцев ты и сам всё знаешь, не мне тебя учить.
— Странно себя чувствую, — усмехнулся Станислав. — Всего несколько лет назад мне и присниться не могло, что буду использовать весь отряд Волков Севера целиком просто как вспомогательную часть.
— С ними у тебя проблем не будет? Наверняка не всем это понравится.
— Да скорее всего, не понравится, — пожал плечами он. — Многие же верят, что мне просто незаслуженно повезло, а уж они-то на моём месте и получше бы справлялись. Но приказы они будут выполнять, а больше меня ничего не волнует.
— Кстати, всё забываю тебе сказать — формируй диверсионно-разведывательную группу, сейчас самый подходящий момент. Пока только группу из пяти-шести бойцов, а потом расширим до копья. Первым делом Ладу Дорохову туда включай.
— Дури в ней слишком много, — скривился Станислав.
— Вот поэтому её туда и надо. Сейчас от неё свои страдают, а так она будет дурить на страх врагам.
— Проблем от неё больше, чем толку, — проворчал он. — Не боец, а наказание дружины, честное слово.
— Но при этом она очень перспективная Владеющая, Станислав, — развёл я руками. — У всех Владеющих свой путь развития, у неё вот такой. Да собственно, все сильные боевики с прибабахом, просто не у всех это сразу заметно.
Станислав посмотрел на меня с весёлым любопытством.
— Вполне допускаю, что и мы с Леной тоже, — засмеялся я в ответ на его взгляд. — Свои странности ведь не замечаешь, а так-то чем мы лучше других? В общем, Ладу туда, и ещё подбери трёх-четырёх парней ей под стать. А командиром поставь кого-нибудь поспокойнее, кто их сможет более-менее в узде держать. В Трире погоняешь их по разным заданиям, пусть как следует сработаются.
* * *Лада Дорохова, о которой столь лестно отзывались отцы-командиры, в это самое время гоняла чаи в каптёрке, а заодно была занята тем, что с увлечением обрабатывала боевого товарища.
— Дурачок ты, Свенчик, — убеждённо говорила она. — Ты думаешь, что ты в своей жестянке на поле боя выйдешь, и все имперцы тут же уписаются со страху? Ты очень, очень ошибаешься.
— Ты, Лада, просто не понимаешь, что такое сверхтяжёлый бронеход, — возражал ей Свен Маттсон.
— Он в империи сделан, кстати, — с ехидством уточнила Лада. — Это ничего, что они про свои бронеходы всё знают?
— Ну и что из того? Их и в империи считанные единицы. Меня на поле остановит только пушка калибра от двадцатого[2] с хорошей баллистикой, да и то не факт. Только ты ещё попробуй в меня попади. Моя малышка, конечно, не Буур, но бегать тоже умеет.
[ 2 — Двадцатый калибр — это два вершка, то есть 88 мм.]
— Пушек у них хватает, Свенчик, — снисходительно улыбнулась Лада. — Но они на тебя снаряды тратить не будут. Как раз таких, как ты, Старшие Владеющие и высматривают. И что ты сможешь против Старшего? Он тебя с твоим сверхтяжем будет пинками по полю катать, и никуда ты от него не убежишь. Ну, то есть, убежишь, если успеешь из бронехода выскочить и дёру дать. Тогда он, может быть, на тебя внимания не обратит.
— У имперцев Владеющих нет, — мрачно возразил Маттсон.
— Ты точно дурачок, — с жалостью посмотрела на него Лада. — Есть у них Владеющие, просто они их по-другому называют. Про имперских паладинов слышал? Вот как раз со Светлым паладином ты и встретишься.
— Тебя послушать, так можно подумать, что Старший — это прямо бог какой-то, — с недоверием сказал Свен. — Что-то не верится мне, что против него ничего сделать невозможно.
— Ну это как сказать, — задумалась Дорохова. — Если против нашего, то может быть, и невозможно. А вот от паладинов есть варианты защититься. Ну, абсолютной защиты нет, конечно, но бороться можно.
— Это как так получается? — усомнился Маттсон. — У них Владеющие какие-то не такие, что ли?
— Не такие, конечно, — авторитетно подтвердила Лада. — Ты, Свенчик, вообще знаешь, как Владеющие на мир воздействуют?
— Не знаю я, кто там на чего воздействует, — хмуро ответил тот.
— Ясно, что не знаешь, — снисходительно согласилась она. — Иначе бы не спрашивал, почему у них Владеющие не такие. Но так и должно быть, это вообще мало кто знает. Это проходят на старших курсах Академиума, причём факультативом. В общем, слушай: наши Владеющие используют волевые построения, то есть впрямую обращаются к Силе, а вот паладины обращаются не к Силе, а к своему Христу. То есть у них сила заёмная, понимаешь?
— Ну и что с того?
— А то с того, что если силу бога использовать для атаки, то силу другого бога можно использовать и для защиты, понимаешь, Свенчик?
— Как-то не очень понимаю, — с недоверием отозвался Маттсон.
— Чего тебе непонятно? — удивилась Лада. — Христос всем другим богам враг, и они ему тоже. Одно дело, если он тебя просто своей силой бьёт, и совсем другое, если ему приходится сначала силу враждебного бога преодолеть. Даже до такого, как ты, должно доходить, как это работает.
— И как такое сделать? — Маттсон предпочёл оставить укол без внимания.
— Способы разные есть, — Лада надолго задумалась. — Большей частью сложные — или храмовый ритуал нужен, или хотя бы жрец рядом. Хотя есть ещё один способ попроще — не самый эффективный, но всё равно помогает. Не то чтобы прямо вот совсем помогает, зато простой.
— Ну и как? — поторопил её Свен.
— Ты рисовать умеешь?
— Ну… немного могу.
— А готиком писать?
— Готик знаю, — кивнул Маттсон. — А что, нужно обязательно готиком писать?
— А как же иначе? У римских христиан для таких дел как раз готик и используется. Если по-русски написать, это будут просто непонятные узоры.
— Так чего писать-то надо?
— Значит, так, — Лада что-то напряжённо прикидывала. — На передней бронеплите рисуешь топор Перуна…
— Я с Севера, мы Тору жертвуем, — перебил её Свен.
— Тору? Ну, молот Тора рисуешь, тоже пойдёт. Чем больше рисунок, тем лучше. Можешь и на других плитах рисунок сделать тоже. А под молотом Тора готиком крупно напиши «Trottel[3]», вот я это слово тебе на листочке пишу, оно значит «Во славу божью». Полностью удар Христа не отразит, но заметно ослабит.
[ 3 — Trottel (нем.) — Идиот.]
— Так просто? — усомнился Маттсон.
— Это просто для того, кто Академиум окончил и факультативы по высшим сущностям посещал, — снисходительно объяснила Лада. — Обычному человеку это узнать неоткуда, конечно.
— А почему на обычных бронеходах такого не рисуют?
— Ты ещё на Буурах предложи молот Тора рисовать. Бога по мелочам не дёргают, он за такое и наказать может. Никому же не нравится, когда его пытаются использовать. А защитить сверхтяжёлый бронеход — это достойная причина для обращения, бог к такому отнесётся благосклонно.
— Ну не знаю… — с сомнением протянул Свен. — Надо бы с ребятами посоветоваться.
— Сначала надо мне спасибо сказать за совет, — сварливо заметила Лада.
— Спасибо, конечно, Лада. Хотя мне говорили, что тебе верить ни в коем случае нельзя. Посмотрим, может, и попробую, как это работает. Ладно, мне бежать надо, парни меня уже потеряли, наверное.