Ветры Запада. Книга 2 (СИ)
— Да? — Лада немного посомневалась. — Ну ладно, давай покажу.
— Стоп! — рявкнул сержант. — Встать! Госпожа Лада согласилась показать свои умения, чтобы вы представляли, что она с вами может сделать в реальном бою щелчком пальцев.
— Щелчком пальцев? — хмыкнула Лада. — Ну давайте щелчком пальцев. Смотрите вон на те чучела, — она показала на ряд тренировочных манекенов неподалёку и щёлкнула пальцами. Крайний манекен взорвался, и новобранцы от неожиданности попятились. Она щёлкнула пальцами ещё раз, и следующий тоже разлетелся на кусочки и обрывки.
— Хватит, Лада, не увлекайся! — поспешно остановил её Гроссе. — Эти чучела денег стоят.
— Как скажешь, Гюнтер, — пожала плечами Лада. — На самом-то деле это просто фокусы. Владеющие вряд ли станут вас атаковать, — доверительно сказала она впечатлённым бойцам, — атаковать нам вообще по уставу не положено. Бывает, конечно, но очень редко.
— Почему, госпожа? — не выдержал кто-то.
— Когда вы увидите, что делает пушечная очередь тяжёлого бронехода, то поймёте, что он справляется с этим гораздо лучше. Наша задача в бою — прикрывать нашу бронетехнику и подавлять бронетехнику противника.
— Всё верно, — утвердительно кивнул сержант. — Госпожа правильно говорит. Побеждает слаженное подразделение с правильной тактикой. У Арди хорошая тактика, но и нам есть чем их удивить.
— Не спорю, — согласилась Лада. — У вас есть неплохие наработки.
— И что, ведьмы никогда не атакуют? — с явным сомнением спросил ещё один.
— Почему же никогда? — терпеливо отозвалась Лада. — Разные ситуации бывают, но в обычном бою мы по уставу работаем в поддержке. Хотя это всё относится к обычным Владеющим, а вот Высшие, наверное, будут атаковать. Но знаете, что я вам скажу? Если вас будет атаковать кто-нибудь вроде Милославы Арди, единственной правильной тактикой будет убегать и надеяться, что бежишь достаточно быстро. Никакая другая тактика не сработает.
— Ну, Милославу Арди мы вряд ли встретим, — небрежно махнул рукой Гроссе.
— Её вряд ли, — согласилась Лада, и Гюнтер резко помрачнел. Похоже, слухи о сёстрах Ренских дошли и до него.
— Так, бездельники, — резко сказал он, — отдохнули и хватит. Три круга вокруг поля — пошли, пошли!
Сержант проводил недовольным взглядом солдат, бегущих без особого энтузиазма.
— Кстати, Лада, — мельком глянул он на неё, — тебе говорили, что твоих парней сегодня обменивают?
— Нет, — встрепенулась она. — Где?
— У нас в замке. Ваши привезут тех наших, что у вас сидели, и заберут своих.
— Это из-за них сегодня в замке такая суматоха?
— Из-за рядовых-то? — засмеялся Гюнтер. — Нет, конечно, не из-за них. Сегодня герцог приезжает, вот кастелян всех и гоняет. Думаешь, зачем я здесь торчу?
— Не хочешь, чтобы и тебя припрягли? — предположила Лада.
— Меня уже припрягли, — усмехнулся тот. — Наш герцог не любит показные встречи, зато ему нравится, когда солдаты делом заняты. Поэтому тренировочный плац пустовать не должен.
— Бедняги, — сочувственно сказала Лада, глядя на заканчивающих первый круг солдат. — Ладно, пойду я тогда в замок, чтобы обмен не пропустить. Хочу своих парней увидеть наконец.
— Да нормально с ними всё, — махнул рукой Гроссе. — Мы же не звери какие-нибудь, тем более вы с нашими парнями тоже хорошо обращались.
— Всё равно, надо бы с ними повидаться. Пока, Гюнтер.
— Пока, Лада, — сержант отвернулся, потеряв к ней интерес, и тут же что-то заорал бегущим бойцам.
Во дворе замка всё было по-прежнему — слуги бегали, а кастелян хмуро надзирал за суетой. В какой-то момент народа во дворе прибавилось, замелькали мундиры, и вдруг образовался ровный строй встречающих. «На обмен пленными что-то совсем непохоже», — с досадой подумала Лада.
Во двор въехали два военных внедорожника; из первого бодро выскочил неплохо знакомый Ладе по портретам Оттон Двенадцатый в полевом мундире генерал-хойбтмана, а следом за ним и миляга Клаус фон Абенсберг. Лада постаралась сделаться как можно более незаметной — привлекать внимание герцога ей совершенно не хотелось. Впрочем, интуиция молчала.
Герцог принял доклад кастеляна и затеял какие-то длительные обсуждения со встречающими офицерами, а фон Абенсберг рассеянно огляделся по сторонам, сразу же заметил Ладу и двинулся к ней. «А всё-таки симпатичный», — с интересом посмотрела на него она.
— А вот и фройляйн Лада, моя очаровательная пленница! — с улыбкой приветствовал её фон Абенсберг. — Рад вас видеть! Надеюсь, с вами здесь обращаются достойно?
— Здравствуйте, ваше сиятельство, — улыбнулась ему Лада. — Прекрасно обращаются. И во всяком случае, гораздо лучше, чем я могла бы рассчитывать в моём положении.
— Рад это слышать, — удовлетворённо кивнул он. — Но замечу, что я всё-таки не сиятельство. Титула я лишён, и сказать по правде, с официальной точки зрения я даже не дворянин.
— Можно отобрать у графа титул, ваше сиятельство, — серьёзно ответила Лада, — но благородное происхождение отобрать невозможно.
— Неплохо сказано, — уважительно заметил фон Абенсберг. — Но всё же не стоит называть меня сиятельством, не надо заставлять моего брата нервничать. Называйте меня просто Клаусом, если, конечно, у вас нет возражений.
— Разумеется, я не возражаю, Клаус, — охотно согласилась она. — Но только при условии, что и вы будете обращаться ко мне по имени.
— Вот и договорились, — подхватил Клаус. — А как насчёт того, чтобы поужинать вместе сегодня? Интересного в этом городишке мало, но я знаю ресторанчик, где готовят совершенно изумительный швенкбратен[20].
[ 20 — Швенкбратен (Schwenkbraten) — национальное блюдо Рейнланда и Пфальца. Представляет из себя большой кусок свинины, замаринованный и обжаренный на открытом огне.]
«А граф-то меня явно клеит, — подумала Лада. — Хотя почему бы и нет? Я-то ведь на самом деле и не против».
— Я не уверена, что мне это позволено, Клаус. Мне разрешают выходить за ворота, но дальше тренировочного плаца я никогда не ходила.
— Пустяки, Лада, — он решительным жестом отмёл все возражения. — Если кастелян вдруг будет недоволен, я легко решу этот вопрос с Оттоном.
— Есть ещё один момент, Клаус, — мягко сказала Лада. — Мне не в чем пойти в приличное место. Вот эта полевая форма — это всё, что у меня здесь есть.
— Я думаю, эту проблему мы тоже решим, — улыбнулся фон Абенсберг. — Когда мы договаривались об обмене рядовых, я взял на себя смелость попросить от вашего имени прислать ваши вещи, и обязательно какое-нибудь платье, в котором не стыдно появиться перед его высочеством.
— Однако вы предусмотрительны, — в замешательстве сказала Лада. — Благодарю вас, без вещей мне действительно приходится трудно.
— Увы, — развёл руками тот, — если бы и я в самом деле был предусмотрительным, то послал бы кого-нибудь за вашими вещами сразу. Но я подумал об этом лишь тогда, когда речь зашла об обмене. Potius sero quam nunquam[21].
[ 21 — «Лучше поздно, чем никогда» (лат.) — впервые эту фразу употребил римский историк Тит Ливий в своей «Истории римского народа». Позднее её перевели на множество языков в качестве пословицы.]
«Нет, он точно на меня запал, — уже в полной растерянности подумала Лада. — Надеюсь, он не собирается меня замуж звать? А то ведь я, наверное, уже и не удивлюсь».
— Я благодарна вам за заботу, Клаус, — с чувством сказала она, глядя ему прямо в глаза. — И с удовольствием составлю вам компанию сегодня вечером.
— Браво, Клаус! — раздался голос сзади и аплодисменты. — Ты, как я вижу, времени не теряешь.
Они, увлёкшись беседой, совершенно не заметили, когда герцог подошёл к ним сзади.
— Ваше высочество, — Лада сделала книксен, от неожиданности позабыв, что она не в бальном платье, а в полевой форме. Впрочем, вышло это весьма изящно и мило.
— Представь же мне фройляйн, Клаус, — распорядился герцог с улыбкой.
— Ваше высочество, — официальным тоном сказал фон Абенсберг, явно недовольный внезапным вмешательством, — позвольте представить вам фройляйн Ладу Дорохову, магессу барона Арди.