Ветры Запада. Книга 2 (СИ)
— Я им в точности такой ответ и передала, — улыбнулась Мира.
* * *Диорит вывернул из бокового коридора совершенно неожиданно. Встреча была неприятной — Кальцит его особенно не любил. Диорит был главой клана Ходящих и был чем-то вроде знамени фракции консерваторов, выступающих против любых контактов с наружниками. Собственно, Ходящие меньше всех прочих кланов нуждались в этих контактах, так что радикально-консервативные взгляды их главы были совершенно естественными. Само по себе это вряд ли могло быть поводом для нелюбви — общество рифов вообще придерживалось крайне консервативных взглядов, — но Диорит считал Кальцита слабаком, продавшимся наружникам за обещание похлёбки, и охотно знакомил со своим мнением всех желающих и нежелающих.
Обычно Кальцит его просто игнорировал, но не так давно ему пришлось попросить у Диорита Слезу Пожирателя, чтобы выполнить заказ Кеннера Арди. Слёзы были крохотными кристалликами, изредка появлявшимися на стволах Пожирателей Душ. Ходящие собирали их для торговли с нижними карлами, которые сами не могли приблизиться к логову Пожирателей из-за того, что имели души. А ещё эти кристаллики использовались, чтобы преобразовать обычную платину в монокристалл, обладающий некоторыми свойствами сатурата — именно это и требовалось для заказа Арди. Слезу Кальцит получил, заказ выполнил, а сейчас неуклонно приближался срок оплаты, и игнорировать Диорита уже не получалось.
— Как дела, брат Кальцит? — ехидно поприветствовал его Диорит. — Расплатились с тобой наружники?
— Хорошо дела, брат Диорит, — мрачно ответил тот. — Расплатятся.
Этот вопрос мучил и его самого. В целом, Кеннер Арди вызывал доверие — когда Кальцит с ним разговаривал. Но стоило тому скрыться с глаз, как Кальцита начинали посещать мрачные мысли. Наружникам нельзя доверять никогда и ни в чём — это основное правило, которое вбивается в подгорников с детства. Однако сам Кальцит довольно долго жил в Рязани, и столичный город заставляет взглянуть на жизнь немного шире. С явной неохотой он в конце концов был вынужден принять факт, что, во-первых, наружники бывают разные, а во-вторых, сами подгорники ведут себя с наружниками ничуть не лучше, так что кто бы жаловался.
Как бы то ни было, подобные соображения хороши, лишь когда они не касаются непосредственно тебя самого. Вот и Кальцита совершенно не утешали мысли, что наружники, по сути, ничем не хуже самих рифов. Слёзы Пожирателей были очень дороги, и если Кеннер Арди вдруг решит отказаться от своих обязательств, расплачиваться придётся всему клану Созидающих, и расплачиваться придётся долго. А о том, что при этом будет с самим Кальцитом, даже думать не хотелось.
— Слишком ты всё-таки доверчивый для старейшины, брат Кальцит, — покачал головой Диорит. — Ничего, мы тебя от излишней доверчивости вылечим. Мы уже обсуждали это с братьями — если не расплатишься вовремя, уменьшим твоему клану грибную норму. Пока не расплатитесь, поголодаете немного, зато хорошо запомните, как это — быть дураками и работать даром на минимальной пайке.
— Вы же сами собрались продавать сплавы Ренским, — хмуро напомнил Кальцит. Слова Диорита неприятно гармонировали с его собственными мрачными мыслями.
— Во-первых, не мы, а Формирующие с Открывающими это затеяли. А во-вторых, они продавать хотят, а не отдавать даром. А ты просто так отдал, ничему не научил тебя прошлый случай.
Внутри Кальцита начала клокотать глухая злоба.
— Хороший ты мастер, брат, тут возражений нет, — с издёвкой продолжал Диорит, — но в старейшины рано тебя клан избрал. Молод, глуп, и клан подводишь.
Кальцит вздохнул и резким ударом в челюсть заставил Диорита отлететь к стене и сползти по ней. Несколько секунд тот сидел на полу, затем, опираясь о стену, поднялся на ноги, помотал головой, прогоняя остатки мути, и широко ухмыльнулся.
— Отличный удар, брат! — сказал он, разминая кулаки.
— За пятнадцать минут управимся? — озабоченно спросил Кальцит, вставая в бойцовскую стойку. — А то меня люди ждут.
— Ха! — пренебрежительно ответил Диорит. — Я тебя за пять минут уработаю.
И стремительно прыгнул к Кальциту, выбрасывая вперёд кулак.
* * *Кальцит быстрым шагом шёл по коридору, потирая отзывающуюся болью челюсть — опаздывать не хотелось, но скорее всего, опоздать придётся. Как-то не вовремя подвернулся Диорит. Очень к месту, но совсем не вовремя.
Наружники считали подгорных невоспитанными грубиянами, но они просто не понимали, почему подгорники так себя ведут. По странному выверту эволюции у подгорного народа на двух мальчиков рождалась только одна девочка, и это во многом определило психологию народа. Женщин очень берегли, и крайне редко и неохотно отпускали из племени. А избыток мужчин раса компенсировала неумеренной агрессивностью — слабые при этом погибали, и женщины доставались сильнейшим. К тому же агрессивность очень помогала племени выживать в Нижнем мире, где пацифистов просто и без затей съедали.
В результате регулярные драки были обязательным элементом жизни подгорников. Если долго не удавалось спустить напряжение в драке, то это выливалось в глухое раздражение, причину которого наружники не понимали. Казался им диким и обычай старейшин решать все вопросы с непременной дракой — а с кем же ещё им драться? С обычным кланером старейшине драться не подобает.
Кальцит откинул полог и стремительно вошёл в комнату, где сидели заждавшиеся его хозяйственники клана.
— Прошу прощения за опоздание, — извинился он. — Диорит задержал.
Все дружно сморщились — Диорит успел достать уже всех.
— Он уговаривает кланы перевести нас на сниженную грибную норму, — недовольно заметил Алунит, главный интендант. — Говорит, что нас наружники и так прокормят. Многим эта идея нравится, в общих кладовых грибов маловато. Они пока не могут придумать для этого обоснование, но со временем обязательно придумают.
— А у нас как с едой? — хмурясь поинтересовался Кальцит.
— Да так же, как и у всех, — хмыкнул Алунит. — Еды мало, народа много. Если кланы нам действительно норму урежут, будут проблемы.
Кальцит помрачнел ещё больше. Один и тот же разговор повторялся из дня в день, как будто из разговоров могли вырасти грибы. Еды эти разговоры не добавляли.
— Старейшина Кальцит здесь? — от двери раздался детский голос. Пацан лет десяти просунул голову в комнату и с интересом разглядывал обстановку.
— Чего тебе, малец? — раздражённо рявкнул Кальцит. Драка помогла совсем ненадолго, глухое раздражение опять начало накапливаться.
— Там наружники на баллоне прилетели, старейшину Кальцита спрашивают. Говорят, привезли что-то.
Выпалив это, мальчик мгновенно исчез. Кальцит с недоумением посмотрел на своих хозяйственников, но те не торопились развеять его недоумение, а с таким же непонимающим видом смотрели в ответ.
— Что они привезли, старейшина? — спросил Алунит.
— Не знаю, — Кальцит по-простецки почесал затылок. — Пойдём посмотрим.
* * *Дирижабль был огромен. Привычный рифам курьер на соседней мачте выглядел почти игрушечным. А ожидающим Кальцита наружником оказался толстенький человечек с лицом проныры — словом, типичный снабженец.
— Господин Кальцит? — вежливо поклонился он.
— Просто Кальцит, — в замешательстве ответил тот.
— Как пожелаете, почтенный Кальцит, — согласился наружник. — Меня зовут Натан Гусев, по распоряжению господина Кеннера Арди я доставил вам партию продовольствия в счёт предстоящей выплаты.
— А если мы потом откажемся зачесть это в счёт выплаты? — мгновенно оживился интендант. — Наш договор не предусматривает предоплаты в натуральной форме.
— Помолчи, Алунит, — резко оборвал его Кальцит.
— С вашего разрешения, почтенный Кальцит, я всё же отвечу, — широко улыбнулся Гусев. — Наши сотрудники действительно указывали господину Кеннеру на такую возможность. Однако господин заявил, что он вполне доверяет почтенному Кальциту и готов рискнуть.