Пламя смерти (СИ)
— Да ладно, — воскликнул Дево. — Пятый уровень?
— Видимо, да. А чего ты удивляешься? Ведь твой ледяной смерч на настоящего дракона окажет не больше влияния, чем обычный снегопад. Так почему бы адепту с драконьим даром не преодолеть воздействие заклятья массового урона пятого уровня?
— Но… хотя, да… — Дево задумчиво пригладил седую бороду. — Знаешь, Ади, до этой минуты я сомневался, что поступаю правильно. Но теперь я готов к переезду.
В глазах Адельядо блеснула искра торжества. Он поднялся и протянул руку тилисскому гроссмейстеру.
— Дев, сейчас церковники ополчились на магов с новой энергией, и только вместе мы сможем противостоять их нападкам. Объединившись, мы станем силой, с которой не смогут не считаться. И ради этого… — Адельядо проникновенно посмотрел в глаза Дево, — я готов отказаться от звания ведущего гроссмейстера. Ты — общепризнанный мастер и отличный руководитель. Если пожелаешь, я уступлю тебе роль первого мага.
— Нет уж, — проворчал Дево. — Мы с тобой знакомы уже лет сто восемьдесят, и я знаю тебя, как облупленного.
Адельядо изобразил невинность, но Дево погрозил ему пальцем.
— Лучше сразу сожрать огненную саламандру, чем иметь в подчинении такого человека, как ты. Ты же через неделю начнёшь строить козни, чтобы вернуть себе звание первого мага. Я удовольствуюсь ролью второго мага — по крайней мере, мне не нужно будет то и дело ездить во дворец на всякие пустые приёмы и совещания. Я смогу спокойно заняться теоретической магией.
Адельядо расхохотался и хлопнул по плечу худенького тилисского гроссмейстера.
— Дев, ты всё так же прямолинеен, как и раньше. Удивляюсь, как ты так долго продержался на посту, ведь, насколько я знаю, покойный Энмунд не любил откровенности.
— Что его и погубило, — буркнул Дево. — Ладно, пойдём, покажешь мне эту вашу замечательную вампиршу. Хочу посмотреть на обладателя драконьего дара вживую.
* * *Через двое суток Дилль понял, что насквозь пропах вонью. Густой, удушающий запах смерти, исходивший от полчищ окруживших город мертвецов, пропитал всё вокруг. Дилль, несмотря на голод, не мог нормально поесть — порывы ветра, приносившие с собой вонь, начисто отбивали аппетит. Но ещё больше досаждали тучи мух, с громким жужжанием носившихся в воздухе. Назойливые насекомые не просто надоедали, но ещё и разносили заразу. Чёрная чума, уже унесшая жизни сотни раненых в бою воинов, появилась и среди горожан.
Орды мертвецов по-прежнему стояли плотным кольцом вокруг Григота. Хиваши — и воины, и шаманы, перенесли свои шатры подальше от гниющих зомби. Все — от молодых воинов до мастеров клинка, сходились во мнении, что хиваши ждут, пока болезнь ослабит ряды защитников города.
Дилль и Гунвальд поселились у Герона — монах едва ли не силой притащил их в дом Ирме. Каршарец не особо и сопротивлялся — еда тут была куда лучше, чем кормёжка на воинской кухне. Да и вонь от тысяч трупов за стеной меньше чувствовалась. А вот Диллю было неуютно — ему казалось, что своим присутствием они стесняют хозяев. Возможно, потому, что Герон то и дело порывался отправиться на стену по примеру своих друзей, а Ирме настойчиво ему запрещала. Мастер Волдиви, ненадолго появившийся дома, кратко поприветствовал гостей и вновь удалился к отряду, командиром которого он был.
Во время очередного спора Герона и Ирме, Дилль, которому надоели их препирательства, предложил:
— Госпожа, пусть Герон идёт с нами. Мы с Гунвальдом проследим, чтобы он не брал в руки ничего тяжелее нательного креста.
Монах с возмущением глянул на Дилля, Ирме тоже нахмурилась, подозревая, что её хотят провести. Дилль поспешил развить свою мысль:
— Герон, ты ведь во время похода в Запретный предел призывал святой огонь, который замедлял мертвяков. В случае атаки этот твой талант очень пригодился бы — хивашские мертвецы куда шустрее тех, из Запретного предела. Вот и займись своими непосредственными обязанностями — борьбой с нежитью. А махание топором оставь воинам.
Ирме успокоено улыбнулась Диллю, а Герон хмыкнул:
— И как это я сам до такого не додумался?
— Потому что тебе думать вредно, — с набитым ртом сказал Гунвальд, державший в одной руке здоровенный кусок мяса, а во второй — устрашающего размера кружку с пивом. — И мне тоже. Для этого у нас есть Дилль.
Ирме хихикнула, глядя на возмущённого Герона. Дилль слегка покраснел. Монах достал из-за пазухи нательный деревянный крест, задумчиво повертел его в руке и сказал:
— Маловат будет. Займусь-ка я изготовлением креста, более подходящего для настоящей битвы.
И, не откладывая дела в долгий ящик, Герон отправился в сад, подбирать материал для боевого креста. Дилль и Гунвальд откланялись и поспешили к второй стрелковой башне. Сменив на посту двух часовых, друзья встали около бойницы. Каршарец выглянул наружу, удостоверился, что толпы мертвецов по-прежнему стоят на месте и фыркнул:
— Хороши воины. Они сгниют прежде, чем доберутся сюда.
— Они уже добрались сюда, Гунвальд, — мрачно сказал Дилль. — Зомби мышцы не нужны, их поддерживает нечестивая некромагия. Или ты забыл, как быстро мертвяки начинают двигаться после того, как шаманы дают им команду?
— Не забыл, — проворчал Гунвальд. — А вот интересно, если бы шаманы не смогли командовать своими мёртвыми поделками, как повели бы себя трупаки?
— Чего тут гадать? Они бы из организованной армии превратились в толпу и просто бросались на всё живое, — пожал плечами Дилль. — И тогда вампиры с их скоростью и ловкостью без труда могли бы…
— Что? — поинтересовался Гунвальд, когда Дилль замолк. — Эй, ты уснул что ли? На посту спать можно только каршарцам.
— Погоди, — отмахнулся Дилль. — Я вспомнил разговор генерала Куберта и мастера Орхама, когда мы возвращались из Неонина. Помнится, они удивлялись, что хиваши не дают своим ручным зомби доспехов.
— А ведь действительно, — Гунвальд не поленился вновь высунуться и посмотреть на стоящих вдалеке мертвецов. — Из брони у них только окровавленные тряпки. Даже шлема завалящего ни у кого нет. Я думаю, хивашские шаманы просто не считают нужным защищать зомби, ведь мертвецу раны не страшны. А стрелы и подавно.
— Гунвальд, не тупи, — раздражённо сказал Дилль. — Хоть ты и не мыслитель, как ты сам недавно сказал, но подумай, насколько опаснее зомби, защищённый доспехами. Ведь его с двух-трёх ударов даже ты не одолеешь, а он за это время вполне может ранить или убить тебя.
— Ну-у, да, — согласился каршарец. — И что?
— А то, что люди, сумевшие подчинить себе поднятых, далеко не дураки. И если бы у них была возможность создать отряд бронированных зомби, они бы уже давно это сделали. Получается, железо не позволяет шаманам командовать мертвяками. Или ослабляет эту возможность.
— Думаешь? — с сомнением спросил каршарец.
— Уверен. Поставь себя на место шаманов…
— Никто ещё так не оскорблял каршарца, — лениво возмутился Гунвальд. — Представить себя хивашским шаманом — это же надо такое придумать.
— Да, так оно и есть, — не обращая внимания на буркотню друга, продолжал размышлять Дилль. — Очевидно, что зомби в доспехах просто выходит из-под контроля. Тогда понятно, что шаманы, не желая рисковать собственной шкурой, отправляют мертвецов на битву с одними лишь мечами и топорами.
— Даже если оно так, то чем это может нам помочь? Мы же не можем обрядить трупаков в железо.
— Нет. Но можно попробовать кое-что другое, — Дилль принялся лихорадочно обдумывать возникшую мысль. — Скажи-ка, насколько далеко ты сможешь забросить, к примеру, кирасу?
— Зачем? — удивился каршарец, но, увидев нетерпение на лице друга, ответил: — Шагов на двадцать. Но предупреждаю сразу, попасть в зомби так, чтобы кираса на него наделась, не смогу.
— Этого и не требуется, — отмахнулся Дилль. — Ты сиди здесь, а я найду Вальдора. Нужно проверить мою мысль в действии.
Дилль буквально слетел по деревянной лестнице, узнал у ближайшего вампира, где находится командир второго отряда, и помчался на поиски Вальдора. Гигант нашёлся на занятиях — он тренировал молодых воинов. Дилль бросился к нему.