Пламя смерти (СИ)
Гунвальд поспешил спуститься со стены и присоединиться к Вальдору. Гигант уже распоряжался:
— Вы трое — растаскивайте в стороны мешки. Да поживее! У-у, доходяги. Уйдите с глаз моих!
Вальдор сердито оттолкнул в сторону невысокого плотника, который тщетно пытался взвалить на плечо тяжеленный мешок с песком. Во время осады ворота изнутри были завалены этими мешками до самого верха, и теперь настало время освободить выход. Гунвальд присоединился к Вальдору, и дело пошло веселей. Герон попытался помочь другу, но Гунвальд заметил, что ему рановато таскать тяжести. Монах вздохнул и отошёл в сторону. Вскоре ворота были освобождены, тяжёлые засовы из цельных брёвен сброшены на землю, и створки со скрипом раскрылись.
Гунвальд с шумом выдохнул — выйти было невозможно. Перед воротами лежали груды частей человеческих тел, ещё недавно бывших бродячими зомби. Ужасающая вонь гниения заставила каршарца заткнуть нос, хотя он за время осады уже в общем-то привык к ней. Под командованием Вальдора группа гражданских начала крючьями растаскивать в стороны гниющие тела зомби, а Гунвальд отошёл в сторону. На вопрос Вальдора, почему он не помогает, варвар с независимым видом ответил, что каршарцы созданы воинами, а не могильщиками. Гигант хмыкнул и отстал.
Вскоре в груде порубанных тел была проложена дорожка, по которой Гунвальд наконец-то смог выйти из города. Но первыми были, конечно, вампиры. В порядке существующей иерархии сначала вышли несколько мастеров клинка, затем командиры рангом помладше — в их числе был и Вальдор. Гунвальд и Герон шли вместе с рядовыми воинами, и никто из надменных вампиров не сказал им ни слова. Остальные — гражданские и бывшие рабы остались внутри города.
Шагах в двухстах от крепостной стены их уже ждали ситгарцы и веирцы. Гунвальд услышал короткий рык кого-то из мастеров клинка «Построиться», и флегматично проигнорировал приказ, продолжая идти в сторону всадников.
— Чужак, тебе отдельное приглашение нужно? — старший, кажется, его звали мастер Таль, уставился своими кошачьими глазами на каршарца. — Встань к отряду, куда тебя прикомандировали.
— Гунвальд, не нарывайся, — Герон потянул его в сторону Вальдора, около которого стояли три вампирских воина — всё, что осталось от второго отряда.
— Вот ещё! — фыркнул варвар. — Я числился в отряде только на время драки с мертвяками. Теперь всё закончилось, и никто больше не смеет мне приказывать.
— Ты знаешь, что бывает с ослушниками? — прошипел мастер, начиная вытягивать меч из ножен.
Каршарец подозревал, что бывает вызов на дуэль, но, поскольку ему уже предстояла дуэль с Вальдором, то он не слишком беспокоился ещё об одной. Вампиры — отличные рубаки, Гунвальд убедился в этом во время осады, но и каршарцы не ложкой сделаны. Гунвальд нехорошо прищурился, прикидывая расстояние для знаменитого варварского боевого прыжка, но в этот момент к мастеру Талю подошёл Вальдор, сказал что-то на вампирском, после чего повернулся к Гунвальду и Герону и громко сказал:
— Доблестный Гунвальд, преподобный Герон, буду рад, если вы окажете мне честь присоединившись к моему отряду. Хотя бы на ближайший час.
Каршарец удивлённо застыл — обычно высокомерный Вальдор прилюдно попросил их! Герон свирепо зашептал в ухо другу:
— Гунвальд, не глупи. Тебе не хватило драк с мертвяками, решил испробовать мастеров клинка?
— Драк много не бывает, — громко ответил Гунвальд, бросив многозначительный взгляд на старшего вампира, после чего вежливо поклонился Вальдору и ответил: — Если ты готов потерпеть в своём отряде наше присутствие, мы согласны.
Мастер Таль пожал плечами и, убедившись, что теперь никто не покушается на воинскую дисциплину, скомандовал:
— Построиться! Тех, кто ранен и хромает — в арьергард. Амуницию поправить! Пусть Веир и Ситгар видят, что воины Григота по-прежнему сильны духом.
Старший сказал это на вампирском, Вальдор вполголоса перевёл. Герон только угрюмо поморщился, а Гунвальд выпятил грудь колесом и сделал самую свирепую физиономию — пусть все видят, что каршарцы ни в чём не уступают вампирам. Примерно полусотня воинов — всё, что осталось от защитников главных ворот Григота, торжественно отправилась на встречу с союзниками.
Ситгарские рыцари и веирские всадники ждали. Их командиры плотной группой стояли впереди строя. Гунвальд пригляделся — ни командира ситгарцев, ни его офицеров он не знал. Зато рядом с ними находились гроссмейстер Адельядо и архиепископ Одборгский, которых он не раз видел при дворе короля. Он ткнул Герона в бок и тихо сказал:
— Смотри, твоё начальство. Наверное, приехал проверить, как ты тут ведёшь церковные дела.
Герон мрачно поглядел на архиепископа и так же тихо ответил:
— Плевать.
Каршарец озабоченно посмотрел на друга — что-то монах в последнее время совсем сдал. Желая подбодрить его, Гунвальд сказал:
— Пусть только попробует наехать на тебя — я ему башку расколочу.
— Спасибо, — Герон даже не улыбнулся. — Забудь о нём.
Старший из григотских вампиров приблизился к сидевшим на лошадях командирам союзной армии, коротко поклонился и представился:
— Мастер клинка Таль из рода Бальмон из клана Григот.
Гунвальд тем временем размышлял, что это довольно невежливо — встречать пешего союзника, сидя на коне. Словно прочитав его мысли, командир ситгарцев спрыгнул с лошади и, сделав несколько шагов навстречу григотцу, с поклоном представился:
— Граф Керсон, командир особого сборного полка, присланного на помощь Его Величеством Юловаром вторым своим вассалам.
Его примеру последовал и веирец. За ним на землю спрыгнули и ситгарские офицеры, которых граф Керсон по очереди представил мастеру Талю. А вот, как отметил Гунвальд, ни гроссмейстер Адельядо, ни архиепископ Одборгский не удосужились проявить вежливость и остались в сёдлах. Ну, а чего удивляться? Маги и церковники всегда считались отдельной кастой.
Граф Керсон обвёл взглядом григотских воинов, отметил их измятые и покрытые потёками засохшей крови доспехи, затем посмотрел на горы тел, валяющихся у стен города и спросил:
— Большие потери?
— Достаточно, — поморщился мастер Таль. — Клятые хиваши в этот раз притащили тысяч тридцать поднятых.
Граф не удержался и удивлённо присвистнул, а среди ситгарцев начались перешёптывания. Веирский вампир нахмурился.
— Господа, я имею полномочия от старейшин Григота провести первые переговоры, — сказал мастер Таль. — И предлагаю сделать это в вашем лагере. В городе чёрная чума, которой хивашские шаманы заражали своих мертвяков. Поэтому…
Мастер Таль не успел договорить. Едва услышав про чёрную чуму, гроссмейстер Адельядо двинул коня и выехал вперёд. Впившись взглядом в вампира, он рявкнул:
— Если у вас чума, то какого демона вы сюда заявились?!! Хотите заразить нас всех?
И ситгарцы, и веирцы отступили на несколько шагов.
— Мы не заразны, — холодно ответил вампир, но на гроссмейстера это не произвело ни малейшего впечатления.
— Граф, — он повернулся к командиру ситгарцев, — немедленно отдайте приказ оцепить город. Каждого, кто покинет Григот без осмотра и разрешения наших врачевателей, уничтожить, а тело сжечь на костре. И отправьте солдат рубить дрова — нам понадобится много костров, чтобы сжечь горы этих мертвяков.
Керсон хотел сказать что-то резкое, но передумал и только кивнул.
— Гроссмейстер, вы слишком много на себя берёте, — вперёд выступил вампир из числа приехавших вместе с ситгарцами. — Григот…
— Мастер Нугейр, цивилизованные земли не раз переносили чёрную чуму, — оборвал его маг. — Десятки тысяч трупов, опустошённые города, обезлюдевшие деревни и заброшенные поля — вот что оставалось после неё. Я не допущу, чтобы хивашская зараза перенеслась в Ситгар.
Гунвальд увидел, как глаза мастера Нугейра нехорошо прищурились, но гроссмейстер успокаивающе повёл рукой.
— Мастер, не забывайте, со мной приехало много врачевателей. Двух-трёх я оставлю снаружи, а остальные пойдут в город, чтобы помочь тем, кого ещё можно спасти. Поверьте, я вовсе не желаю, чтобы Григот превратился в братскую могилу.