Возвращение злодейки любовного романа (СИ)

— Сейчас и узнаем. Мы как раз идём проверить это предположение!
— Н-но, почему так сразу?! Я… я не готова! — у меня в голове панически носятся мысли. Всё очень и очень плохо!
— Король приказал не медлить, — отвечает управляющий, а потом тянет меня за собой. У меня не остаётся выбора, кроме как пойти следом.
Я стараюсь держаться независимо и гордо, хотя горло пережимает страх. Мы идём через толпу девушек. Каждая косится на меня с завистью. А то и с ненавистью. Я встречаюсь глазами с рыжей кандидаткой. Она так кривится, словно лимон проглотила. Видно недовольна, что её ловушка не сработала.
Позади идёт Ри, отрезая любые пути к бегству. У меня нет ни единой догадки, что творится у него в голове.
«Ниже травы, тише воды, значит? Молодец, Катя! Залегла на дно, называется», — мысленно ругаю я себя. Сердце у меня стучит так, что кажется сейчас разорвётся на части.
  
Глава 2
 
Дворец Короля Руанда угнетает своим величием. Я чувствую себя лишней, точно мышонок, что заблудился и оказался в Лувре.
В воздухе витает аромат невиданных цветов и редких специй. Высокие потолки украшены картинами битв, стены облицованы драгоценными камнями и металлами, и всюду герб дома Цезариус — волк, рвущий зубами горло льву.
Художник не постеснялся прорисовать агонию и кровь, да так животрепещуще, что мне хочется зажмуриться и сжаться от страха. А ещё, всюду охрана, закованная по горло в кожаную или в стальную броню. Лица суровые, звериные клыки выпущены наружу, оружие заточено и начищено до блеска. Я не сомневаюсь, стражники без колебаний пустят его в дело.
Служанки пересекают коридоры и залы маленькими шажками. Я то и дело ловлю на себе их любопытные взгляды. Некоторые девушки вытягивают шеи, пытаясь разглядеть мои запястья. Отчего-то я смущённо прячу их.
Белобрысый оборотень идёт впереди, гордо выпятив грудь. Точь-в-точь пёс, что несёт хозяину добычу. Вот только добыча — это безродная, невзрачная девушка, да ещё и обманщица, у которой не может появиться метки… потому что она уже есть.
Я заранее чувствую себя крайне неловко. Представляю, как расстроится управляющий. Он-то уже возложил на меня кучу надежд. Другие кандидатки точно начнут ехидничать… А ещё — страшно увидеть Алана. И одновременно — очень хочется.
Мне всё кажется, что, а если… если он на самом деле знает, что я не злодейка? Вдруг за маской рассмотрит меня настоящую… и мы станем союзниками. Он поможет мне справиться с Элизой, а я… я раскрою ему метку. И между нами всё будет прекрасно.
От этих радужных мыслей в груди начинает трепетать, в животе становится горячо, а фантазии летят куда-то совсем в неправильное русло…
— Поклонись, когда подойдём к трону, — шепчет вдруг управляющий, вырывая меня из грёз. — Глаза подними, только когда разрешат, поняла?
Я киваю. Мы как раз подходим к огромным дверям. Те тяжело расходятся перед нами. Я заранее склоняю голову и вхожу в тронный зал. Пока мы идём к трону, я смотрю только на носки своих неказистых туфель. По коже носятся табуны мурашек.
«Так, спокойнее, Катя. Просто веди себя вежливо и тихо».
Неожиданно управляющий тыкает меня в бок, и я понимаю, что забыла поклониться, и торопливо склоняюсь ещё ниже.
— Подними голову, дитя, — разносится по залу тихий, но твёрдый голос.
Я выполняю приказ.
Передо мной на величественном троне сидит седой мужчина в чёрно-золотом одеянии — Король. А рядом на троне чуть меньше сидит довольно молодая женщина в шикарном платье, тонкой диадемой в платиновых волосах и веером в руке — Королева. Принца нигде нет… И я выдыхаю свободнее.
Король чертами отдалённо напоминает Алана, но если бы меня попросили описать его, то первое, что пришло бы на ум: Уставший. Крайне уставший человек с застарелой печалью в выцветших глазах.
«Ничего удивительного, — думаю я. — Ведь он потерял свою истинную. А всем известно, что жизнь после подобного теряет всякий смысл».
— Ну здравствуй, дитя, — печально улыбается Король Руанда. Он же — Диорт Цезариус. Отец Алана.
 
Краем взгляда замечаю, что Королева недовольно кривит красивые губы, в её взгляде отчётливо читается брезгливость и неудовольствие. Эта женщина — третья жена Короля, мать младшего брата Алана. Судя по всему, из оборотней. Она тоже не любит людей?
— Добрый день, Ваше Величество, — вежливо говорю я.
— Мне сказали, ты сумела достать из шкатулки потерянную ведьмину слезу. Это так?
— Да.
— Как же ты смогла, дитя? Этот артефакт был утерян в пожаре.
— Это чудесная случайность, Ваше величество.
— Чудесная, да, — кивает Король, — но точно неслучайность. По крайней мере, я на это надеюсь. Как ты наверняка слышала, что мои сыновья не сумели найти свою пару среди оборотней. Узор судьбы на их запястьях указывает, что надо искать среди людей. Если для кого-то из моих сыновей ты окажешься парой, мне будет спокойнее покидать этот мир. Ведь для нашего народа нет счастья больше, чем жить и дышать одним воздухом с тем, кто предназначен Богиней судьбы.
Не зная, что ответить на такую откровенность, я приседаю в реверансе. Образ Короля совсем не вяжется с тем, что я рисовала себе в голове. В жизни он куда мягче и кажется хорошим человеком.
— Дорогой, давай не будем торопить события, — вдруг говорит Королева, обмахивая себя веером. — Не давай девочке надежд, крах которых она не сможет пережить.
Кажется, слова Короля её задели… Ещё бы, ведь она — лишь замена истиной, как бы грустно это ни звучало.
Я пытаюсь вспомнить имя этой женщины по книге, но оно ускользает из памяти. Слишком редко она упоминалась. В отличие от её сына… судьба которого весьма печальна.
А в следующий момент у меня замирает сердце. Я слышу, как вновь открываются двери за спиной, и мне не нужно поворачиваться, чтобы понять, кто зашёл в зал. Каждой клеточкой тела я знаю.
Слышу шаги, потом короткий миг тишины, а в следующую секунду шаги приближаются, да так быстро, что у меня сердце уходит в пятки. А потом чужая рука ложится мне на плечо и разворачивает… Как уже было когда-то… на балу. Тогда я пыталась сбежать — но не вышло. Неужели не выйдет и теперь?
Я вскидываю испуганный взгляд. И вздрагиваю.
Передо мной стоит вовсе не Алан… а незнакомец.
Высокий, худой парень с красивыми платиновыми волосами, растрёпанными как у мальчишки. По его надменному лицу гуляет острая усмешка.
— Ну-ка, — горит он и, не спрашивая разрешения, берёт мои руки в свои и переворачивает запястьями вверх. — Что-то не вижу никакой метки. Очередная пустышка.
Я испуганно смотрю незнакомцу за спину. Там застыл Алан. Высокий, сильный, напряжённый как струна. Стальными глазами-рапирами впивается в моё лицо. А у меня от этого взгляда всё внутри переворачивается, точно я на американских горках.
Время словно замирает. Глаза в глаза мы с Аланом смотрим друг на друга. Сердце тяжело бьётся в груди.
Я чувствую на себе всеобщее внимание. Король подаётся вперёд со своего трона, вглядываясь в мои запястья. Чтобы метка появилась, достаточно прикосновения. Или взгляда, при условии, что мужчина и женщина стоят достаточно близко. Например, как мы с Аланом сейчас.
Проходит секунда. Другая… Но ничего не происходит. И я слышу разочарованный вздох Короля. Тихое хмыканье Королевы. На лице Алана и вовсе мелькает растерянность пополам с облегчением. Он отводит взгляд и больше на меня не смотрит. Словно я перестала быть ему интересна. Сердце сжимает непонятная обида.
Не узнал. Не понял… Или не захотел понять?
— Что, уже успела размечтаться, как станешь принцессой? — издевательски говорит незнакомый парень с платиновыми волосами.
 
Не нужно много ума, чтобы понять — это брат Алана, младший принц, заносчивый и избалованный Джаред. Вот только его судьбу никому не пожелаешь… Она не сильно-то отличается от моей.
Джаред отпускает мои руки. Те безвольно падают и повисают вдоль тела.