Невидимый

Ему предстояло зайти в редакцию, чтобы отправить кое-какие материалы, но прежде он решил пройтись по городу. Тихий мелкий дождик смочил тротуары. Юхан не стал раскрывать зонтик. Поднял лицо к небу, закрыт глаза, почувствовал, как капли катятся по щекам. Ему всегда нравился дождь. От него становилось так спокойно. Во время похорон папы тоже шел дождь, и Юхан помнил, что от этого на душе делалось легче. Все казалось более достойным и спокойным.
Проходя по Хестгатан, он увидел в кафе на другой стороне улицы Эмму. Она в одиночестве сидела за столиком у окна и листала журнал. Перед ней стоял высокий стакан с кофе латте.
Юхан остановился. Его охватила растерянность. До встречи с Петером в редакции еще было время. Не сообразив толком, как себя вести и что сказать, он решил зайти.
В кафе было почти пусто. Юхана удивил стильный интерьер. Высокий потолок, стулья у стойки бара, где были выставлены багеты и итальянские сыры и колбасы. На подносах красовались огромные шоколадные «маффинсы». Поблескивали металлом кофемашины. За стойкой стояла красивая девушка с длинными волосами, уложенными в затейливый, якобы небрежный узел на затылке. Просто настоящее итальянское кафе!
«Невероятно, что в маленьком городишке Висбю есть такие заведения», — подумал Юхан. С тех пор как на острове незадолго до этого появились высшие учебные заведения, стали открываться новые магазины и кафе, город начал жить полноценной жизнью и в мертвый сезон.
Эмма сидела в дальнем углу помещения. Когда Юхан приблизился, она подняла глаза.
— Привет, — сказал он и подумал, что улыбка у него просто идиотская. Что такого особенного в этой женщине, почему она имеет над ним такую власть?
Она с удивлением посмотрела на него. Господи, да она его даже не узнала! В следующее мгновение выражение ее лица изменилось, она откинула с лица прядь волос.
— Привет. А ты с телевидения, тебя зовут Юхан, правильно?
— Совершенно верно, Юхан Берг, «Региональные новости». Можно присесть?
— Да, конечно.
Она убрала журнал.
— Я только возьму себе кофе, — сказал он. — А тебе взять чего-нибудь?
— Нет, спасибо.
Юхан заказал двойной эспрессо. Ожидая у стойки, он невольно разглядывал Эмму. Густые прямые волосы обрамляли лицо. Поверх белой футболки на ней сегодня была джинсовая куртка. Все те же застиранные джинсы. Выразительные брови и большие темные глаза. Она закурила и посмотрела на него. Он почувствовал, что краснеет. Черт побери!
Расплатившись за кофе, он уселся напротив нее.
— Я уж и не думал, что нам доведется встретиться, — проговорил он.
— Да? — удивилась она, внимательно разглядывая его, и снова затянулась.
— Как ты? — спросил он, чувствуя себя полным идиотом.
— Не очень. Слава богу, уже начались каникулы. Я ведь учительница, — пояснила она. — Сегодня последний учебный день, а вечером в школе будет праздник для детей и родителей. Я отпросилась. Мне по-прежнему плохо. Вся эта история с Хеленой… Я до сих пор не могу поверить, что все это правда. Все время думаю о ней. — Она снова затянулась.
Юхан ощутил, что его так же тянет к ней, как и в прошлый раз. Ему безумно хотелось обнять ее. Погладить и утешить. Он отогнал наваждение.
— Это действительно трудно себе представить, — продолжала она, — что такое может произойти на самом деле. — Рассеянным взглядом она следила за сигаретой, которую вертела в пепельнице так, что с нее осыпались хлопья пепла. — Больше всего я думаю о том, кто мог это сделать. И еще чувствую жуткую злобу. Что кто-то отнял ее у меня. Что ее больше нет. А потом стыжусь того, что я такая эгоистка. А полиция занимается ерундой. Не понимаю, с чего им взбрело в голову задержать Пера Бергдаля.
— А что?
— Он любил Хелену больше всего на свете. По-моему, они собирались пожениться. Наверное, все из-за той ссоры накануне вечером — поэтому полиция и думает, что он убийца. Само собой, вышла неприятная сцена. Но это вовсе не значит, что он убил Хелену.
— А что за ссора?
— На вечеринке, накануне того дня, когда Хелену нашли убитой. Мы собрались тогда дома у Хелены и Пера в компании друзей, ужинали, веселились.
 
— И что произошло?
— Пер стал ревновать, потому что Хелена танцевала с одним из парней, с Кристианом. Пер залепил ей пощечину и разбил ей лицо в кровь, а потом ударил и Кристиана. Полный идиотизм! Они не сделали ничего плохого — просто танцевали, как и все остальные.
— И все это произошло накануне убийства?
— Ну да. А ты что, не знал?
— Нет, именно это прошло мимо меня, — пробормотал Юхан.
«Так вот оно что!» — подумал он. Теперь ему стало ясно, почему арестовали Бергдаля.
— Это все так невероятно… так ужасно… — Эмма закрыла лицо руками.
Он потянулся через стол и неуклюже погладил ее по руке. Плечи Эммы дрожали, она судорожно всхлипывала. Юхан осторожно сел рядом на диванчик, протянул ей бумажный носовой платок. Она шумно высморкалась и уткнулась ему в плечо. Юхан обнял ее, стараясь утешить.
— Просто не знаю, что мне делать, — проговорила она сквозь слезы. — Хочется уехать куда глаза глядят.
Когда она успокоилась, он проводил ее до машины, которая была припаркована на боковой улочке. Он шел позади Эммы, не сводя взгляда с ее спины. У машины они остановились. Эмма нашарила в сумочке ключи. Когда она произнесла «Ну пока» и наклонилась, чтобы открыть дверцу, он взял ее за руку. Совсем легонько. Как будто задавая вопрос. Она повернулась и посмотрела на него. Он погладил ее по щеке, и она слегка подалась вперед. Совсем чуть-чуть, но этого оказалось достаточно, чтобы ему хватило смелости поцеловать ее. Это был краткий и осторожный поцелуй — в следующую секунду Эмма оттолкнула его.
— Прости, — пробормотал он глухо.
— Все в порядке. Ты не должен извиняться.
Она села в машину и повернула ключ зажигания. Юхан стоял под дождем и беспомощно смотрел на Эмму через стекло машины. Она выехала на дорогу и исчезла из виду. Его губы все еще горели от поцелуя. Остановившимся взглядом он смотрел ей вслед.
Плюх-плюх! Шлёп! Резиновые сапоги 32-го и 33-го размеров шлепали по мокрому от дождя полю. Матильда и Юханна любили этот звук — когда глина пыталась засосать сапог, оставить его себе. То здесь, то там между бороздами образовались маленькие озерца. Девочки шлепали по воде, поднимая тучи брызг. Дождь продолжал хлестать, и румяные лица детей светились от восторга. Ноги уверенно ступали в грязь и снова высвобождались. Плюх-плюх! Издалека были видны две маленькие фигурки в дождевиках, бредущие по полю. Заигравшись, девочки ушли слишком далеко от дома. На самом деле им не разрешалось уходить так далеко. Но мама ничего не заметила. Она сидела и кормила грудью братика, в то же время обсуждая по телефону очередную измену в популярном телесериале.
— Смотри, что я нашла! — крикнула Матильда, которая была старше и бойчее сестры.
Она заметила какой-то предмет под кустом на краю поля — ей пришлось приложить все силы, чтобы оторвать его от земли. Топор. Она показала его сестре.
— Что это? — удивленно спросила Юханна.
— Как что? Топор, конечно, дурочка, — ответила Матильда. — Давай покажем его маме.
Поскольку на лезвии топора виднелись пятна, похожие на кровь, и девочки нашли его неподалеку от места убийства, их мать немедленно позвонила в полицию.
Одним из первых о находке узнал Кнутас. Почти бегом преодолев длинный коридор, он спустился по лестнице в технический отдел. День выдался богатый событиями. Утром прибыло первичное заключение экспертизы, которое показало, как и ожидалось, что Хелена Хиллерстрём была убита ударом топора по голове и что сексуальному насилию она не подверглась. Зато под ногтями у нее обнаружились фрагменты кожи Пера Бергдаля. Неудивительно, учитывая то, что уже известно об их ссоре. Кроме того, Кнутас успел переговорить с лабораторией и узнать, что следов спермы на трусиках не выявлено.