Среди легенд
Аркадий Николаевич сам отвел Вовку в сторонку и поделился этой новостью.
– Слушай, зятек, закончились все эти шушуканья вокруг меня. Постановлением № 1039 от 12 февраля 1948 года освободили меня от должности заместителя министра внутренних дел СССР и назначили председателем Комитета по делам физической культуры и спорта при Совете Министров СССР. Ерунда какая-то. Получается, что даже повысили. Почти министр теперь. А вот когда приказ про освобождение от должности зачитывал Круглов, то я думал, что расстреляют. Прочти, вот что в докладной записке Управления кадров ЦК ВКП(б) написано, – Аркадий Николаевич протянул Вовке бумагу.
«…С переходом на мирный период т. Аполлонов провел значительную работу по укреплению государственной границы и улучшению дела подготовки офицерских кадров, но ослабил внимание к вопросам укрепления политико-морального состояния личного состава и воинской дисциплины. В 1946 году личный состав войск совершил большое количество воинских преступлений и аморальных явлений. В среднем за квартал нарушения дисциплины среди офицеров войск составляют 13 процентов.
Тов. Аполлонов не уделяет должного внимания руководству политотделами войсковых управлений, слабо занимается воспитанием руководящих кадров, не ведет решительной борьбы с проявлением мелкособственнических настроений со стороны отдельных руководящих работников войск…»
– Аркадий Николаевич, а зачем вы мне это все говорите и показываете? – Вовка все это и так знал, и даже попытался помочь, но видно, там другие камешки на весы падали, и полки эти чертовы ни при чем.
– Сам не знаю. Посоветоваться не с кем. Думал, может, семиклассник один что умное скажет, – отобрал зло бумагу бывший генерал. Или не бывший.
– А вас звания не лишили?
– В том-то и дело, что нет. Сам поражен до глубины души. Чертовщина. Вроде под зад коленкой пнули и при этом повысили. – Аполлонов сложил бумаги в папку и растерянно улыбнулся. – Что думаешь, зятек?
– Я думаю, Аркадий Николаевич, что руководство страны и лично товарищ Сталин хотят, чтобы СССР принял участие в ближайших Олимпиадах и летней, и зимней, и, кроме того, стал участвовать в большинстве чемпионатов мира. И тут важно, чтобы мы не выглядели мальчиками для битья, а наоборот, по возможности вышли на ведущее место во всех соревнованиях. А для этого нужно поднимать спортивное движение в нашей стране. Сталину нужен очень хороший организатор. Лучшие организаторы – это военные. А лучший из них это вы. Вот вас и поставили на эту должность. Но там за бугром корреспонденты всякие узнают ведь, что вы руководили в НКВД. И будут грязью поливать и вас, и весь советский спорт. Вот для этого вас и сняли, так сказать показательно. Мол, провинился, и мы его выгнали. Маскировка все это. И теперь вам обязательно нужно за четыре года поднять наш спорт на самый высокий уровень. Железной рукой поднять.
– Твою мать! Володька, ты чего наговорил? Так в СССР не делается, какие-то тайны мадридского двора. Вызвал бы Сталин и четко задачу поставил, а тут хрень какая-то. – Махнул рукой новый председатель.
– Уж поверьте, Аркадий Николаевич, вызовут и скажут. Если вас интересует, что нужно делать для канадского хоккея, то скажу. В следующий новый год нам нужно обязательно попроситься на кубок Шпенглера. Проводится в швейцарском Давосе в период с католического Рождества до Нового года. Если хорошо подготовимся, то серебро получим обязательно, а может, и чехов обыграем, и золото увезем. А самое главное, поваримся в горниле международных соревнований.
– Наговорил. Швейцария. Володя, а ты точно семиклассник из Куйбышева? Ни хрена на него не похож. Выше меня ростом и умней.
– Я восьмиклассник уже.
– Точно! Ну, тогда ладно. Тогда это все объясняет.
– Аркадий Николаевич, а можно поинтересоваться, если вас поставили председателем Комитета, то куда дели Романова? У нас тут с ним дела всякие.
– Смешно, у восьмиклассника с председателем Комитета дела. Он теперь председатель Организационного бюро Центрального Совета Союза спортивных обществ и организаций СССР. То есть будет заниматься созданием и развитием спортивных обществ в стране. Почти параллельная комитету моему структура. Соревноваться будем, кто больше пользы для развития спорта в СССР принесет.
– Понятно.
– Понятно ему, – хмыкнул Аполлонов, – мне вот ни черта не понятно.
Матч со «Спартаком» проходил при искусственном освещении. Выглядело довольно пугающе. Освещена только площадка, несколькими гирляндами лампочек, висевшими над ней. А все трибуны, и сколоченные из досок, и вылепленные из снега, все это в темноте. Только папироски светятся тысячами красных глаз и изредка зажигаются на несколько секунд огоньки спичек, чтобы очередную сигаретку или папироску зажечь.
Первый период прошел под диктовку «Спартака» – все же первое звено красно-белых это мощь. Они просто волшебники. Переиграли и скоростями, и головой. И если бы еще им чуть больше командной игры, то вышел бы разгром. А так обменялись голами. У «Динамо» прошла «Система», а у «Спартака» пара защитников Сеглин – Соколов вывела на пятачок Зикмунда Зденека, который забил свою двадцать пятую шайбу в чемпионате. Вовку Чернышев пока не выпускал.
– Ты у нас будешь оружием возмездия, если понадобится. Сволочь ты, Фомин! Вселил надежду и сам же все этой дракой похерил! Ты скажи еще, что могло тебя и не быть в команде, сидел бы в своем Куйбышеве и в ус не дул, обыгрывая дворовые команды, – понес на Вовку в перерыве взмыленный Чернышев.
– Извините, Аркадий Иванович. Постараюсь больше не драться. – Зачем усугублять. Прав ведь, как ни крути.
– Да уж постарайся.
Вовка подошел к почти не уставшей второй пятерке. Сделать замену «спартаковцы» Чернышеву не позволяли, их первое звено Зденек— Новиков – Тарасов не уходило и словно напилось энергетического напитка. А может, и напилось, пытались же принять допинг в прошлом году хоккеисты ЦДКА, и ведь сработало бы, если бы матч с «Динамо» из-за незастывшего льда не перенесли.
– Мужики, как выйдем, сразу применим «Систему». Получится – хорошо, не получится – повторяем раз за разом. Работаем на полную. Как устанем, нас сразу сменят.
– Понятно, только когда нас Иваныч выпустит, – отмахнулся Комаров.
– Сейчас попытаюсь договориться.
Вовка пришел к сидящему чуть отдельно Чернышеву и озвучил свою задумку.
– Забьем или нет, даже не важно. Мы сменимся, и вы выйдете против сильно уставшего противника. А смениться они побоятся, их второе звено совсем слабое.
– А давай! – показал ему кулак играющий тренер. – Только пропустите, выгоню на хрен из команды!
Получилось на третьей атаке. Только перед этим Зденек еще одну шайбу Третьякову закатил. По глупости. Темно, и Вовка-длинный ее в куче-мале у ворот просто не заметил. «Система» сработала, доехали вчетвером до ворот и устроили перепасовку. Всех запутали и себя тоже. Шайбу потеряли, но Юрий Тарасов отбил ее неудачно прямо на крюк Вовке, и тот отблагодарил «спартаковцев», послав шайбу в девятку. И сразу поехал меняться. По шее опять поползла струйка сукровицы, а может, и крови.
Дальше случилось все, как Фомин и рассчитал, вылетевшие на площадку легенды «Динамо» переиграли вымотанных «спартаковцев», за две минуты забросив две шайбы. «Спартаковцы» сменились, уже даже ползать по площадке не могли, а вторая пятерка уже без уехавшего в больницу Вовки довершила разгром, на второй перерыв ушли под трибуны команды со счетом 5:2. Третий тайм сгоняли по нулям. А Вовке озверевший врач снова два новых стежка на затылке сделал, и целый час на него кричал. Да еще специально очень больно и медленно шил.
Эскулап. Что с него возьмешь?
Глава двадцать четвертая
Человеку надо мало:чтоб искали находил.Чтоб имелись для началаДруг —одини враг —один…Человеку надо мало…